Виктор Старицын – Крепость (страница 43)
В 17 часов личный состав принял пищу, затем Гаврилов, Иваницкий и Падерин занялись переформированием подразделений. До конца дня формировали сводный полк из пяти батальонов. Два стрелковых под командованием Фомина и Галицкого. Самую большую по численности сводную роту артиллеристов разделили на две половины и включили в качестве третьих рот в стрелковые батальоны. В разведбат Падерина включили роту пограничников и полковую разведроту. Сформировали батальон боевой поддержки в составе минометной, пулеметной, противотанковой и саперной роты. В батальон боевого обеспечения вошли штабная, связная, медицинская, транспортная и хозяйственная роты. Всего – 1280 бойцов и командиров, 480 лошадей, из них 240 вьючных и 30 одноконных повозок. Вооружение полка получилось вполне солидным: 3 зенитных пулемета, 2 полковых и 29 ротных минометов, 21 противотанковое ружье, 19 станковых и 109 ручных пулеметов, 230 автоматов и 110 самозарядных винтовок. В разведбате две роты остались конными, а одна стала пешей. Боеприпасов – 2–3 боекомплекта. Продовольствия – на пять дней экономного расходования. Численность рот, конечно, составляла от одной трети до половины штата. Только роты артиллеристов были почти полного состава. Иваницкого назначили заместителем командира полка, замполит артиллеристов батальонный комиссар Жидков стал замполитом сводного полка. В 20 часов объявили «отбой». Вымотавшиеся бойцы завалились спать на мягком лесном грунте, постелив плащ-палатки, не обращая внимания на укусы комаров. Ночь была теплой. Охранение нес разведбат.
Выступили в шесть утра. За второй день марша прошли 15 километров по прямой. Больше пройти не удалось. Лишь изредка удавалось идти по старым лесовозным дорогам. А в основном приходилось идти через густой лес. Сильно тормозили повозки. Их приходилось перетаскивать через поваленные стволы и ямы. Пришлось по одной стрелковой роте от каждого батальона прикрепить к обозу. Каждую повозку через препятствия перетаскивали по 5–6 бойцов. Еще по одной роте от батальона с топорами и лопатами на ходу вели расчистку пути для повозок. И все это не снимая своей личной выкладки, которая у каждого бойца составляла не менее 20 килограммов.
Еще до войны все возможные маршруты движения были пройдены и дивизионным разведбатом, и полковой разведротой. Однако путь все равно приходилось прокладывать заново. Шедшие в головном дозоре широкой цепью пешие разведчики определяли пути обхода трудных участков: заболоченных низин, лесных ручьев, оврагов, непроходимых лесных завалов. Маркировщики отмечали выбранный маршрут белыми лоскутами на ветках деревьев. По этим меткам и шли колонны. Лоскуты снимал арьергард. Но все равно после прохода сотен людей и лошадей оставались широкие протоптанные тропы. От возможного преследования полк защищали мины, изобретательно расставляемые саперами позади полка.
Всех встреченных местных жителей: охотников, лесников, лесорубов – разведчики забирали с собой, на привалах их опрашивали о предстоящем пути и наиболее знающих использовали как проводников. Конная разведка широким веером продвигалась в четырех-пяти километрах впереди.
Через лес шли тремя параллельными колоннами. Тем не менее полк растянулся почти на километр. Три ротные кухни разведбата работали на марше с полной нагрузкой, обеспечивая поочередное питание батальонов на привалах. Один раз в день горячее питание получили все. Чай бойцы скипятили себе сами в ведрах на кострах за время ночевки. Сырую воду пить врачи категорически запретили, во избежание кишечных заболеваний. Для костров использовали только березовый сухостой, практически не дающий дыма. За этим командиры следили строго. Всем было ясно, что залог успешного прорыва – в скрытности передвижения.
На ночевку встали в 16 часов в шести километрах западнее большого села Малорита, через которое проходили железная и несколько автомобильных дорог. Могли бы идти и дальше, но впереди были шоссейная дорога Кобрин – Любомль и железная дорога Ковель – Брест, по которым могли передвигаться немцы. Необходимо было провести разведку. Встали лагерем у лесного оврага. По дну оврага протекал ручей, обеспечивший полк водой.
В Малорите, являвшейся узлом дорог, с 23 по 25 июня успешно оборонялся усиленный батальон из состава 61-й стрелковой дивизии. Противник так и не смог выбить батальон из опорного пункта, расположенного на скрещении железной и шоссейной дорог на северной окраине села. Падерин сообщил, что гарнизон оставил опорный пункт по приказу командования в ночь на 26 июня. Высланные во все стороны разведчики вернулись вечером, приведя с собой двух «языков».
Плененные немцы рассказали, что в Малорите расквартировался на пополнение один из моторизованных полков 3-й танковой дивизии, изрядно пощипанный при попытках взять крепость. Взбешенное немецкое командование решило во что бы то ни стало уничтожить полк. Шоссейная дорога контролируется стационарными постами силой по одному отделению. Посты размещены через каждые 500 метров, кроме того, дорога патрулируется маневренными группами в составе бронеавтомобиля и взвода пехоты на грузовиках. Разведчики установили расположение стационарных постов и периодичность движения маневренных групп.
Нанеся данные разведки на карту и помозговав над нею, Гаврилов со штабом отказались от мысли форсировать сразу и шоссейную и железную дороги. В самом деле, форсировав шоссейку, полк обнаружит свое местонахождение, и противник успеет подтянуть к вероятным местам перехода через железку крупные силы. А прорыв через высокую насыпь железки под плотным огнем приведет к большим потерям. Поэтому решили после прорыва через шоссе совершить марш по лесам на юго-восток вдоль железной дороги. Форсирование шоссе решили готовить ночью, а на прорыв идти в предрассветных сумерках. Сразу же двинули вперед разведроту и два взвода минометчиков. Группу наблюдателей выдвинули к околице Малориты, чтобы засечь выдвижение из села сил противника.
Разведчики и минометчики подготовили позиции еще до темноты в 800 метрах от шоссе, по-тихому спилив несколько деревьев, и установили минометы на получившейся полянке. Дозоры скрытно выдвинулись в обе стороны вдоль шоссе. Разведчики засветло промаркировали маршрут выдвижения от лагеря до исходных позиций. В два часа ночи полк начал марш. За час прошли через лес два километра и заняли исходные позиции. В четыре часа ротные минометы накрыли плотным огнем шесть стационарных немецких постов на шоссе. Штурмовые группы легко захватили разгромленные посты. На флангах в километре от места прорыва шоссе оседлали стрелковые роты, заняв оборону. Подорвали два мостика через ручьи, которые немцы успели отремонтировать, лишив противника возможности перебросить подкрепления автотранспортом. Главные силы тремя колоннами начали пересекать дорогу.
Наблюдатели у Малориты донесли, что с южной околицы на дорогу выдвигаются броневики и грузовики с пехотой. Гаврилов приказал расстрелять их полковыми минометами. Дальнобойности минометов как раз хватало, чтобы накрыть немцев. Два миномета провели пристрелку по данным корректировщиков, а затем накрыли колонну пятиминутным беглым огнем. Этого вполне хватило. Противник не смог выдвинуться из села. По докладу корректировщиков на околице горело не менее двух десятков грузовиков.
Операция прошла как по писаному. Потерь полк не понес. Зато немцев накрошили сотни две. Перейдя дорогу, полковые колонны снова углубились в лес. Сзади на шоссе загрохотали взрывы. Это с опозданием проснулась немецкая артиллерия. Но полка на шоссе уже не было. Затем противник перенес огонь на лес у шоссе. Опять с опозданием. Через полчаса начал обстреливать лес наобум по площадям. Практически безуспешно. Хотя один шальной снаряд, разорвавшись на стволе дерева, ранил лошадь и двух бойцов. Лошадь пришлось пристрелить.
Фланговые колонны полка возглавляли стрелковые роты. По центру двигалась колонна батальона боевой поддержки. Во втором эшелоне продвигались тыловики, обоз и раненые. В арьергарде шли пешие разведчики и саперы, которые щедро усыпали маршрут взрывоопасными сюрпризами для вероятных преследователей. Пешие разведчики составили головной и фланговые дозоры. Конные разведгруппы продвигались в четырех-пяти километрах впереди.
В этот день прошли лесами 20 километров и остановились на ночевку в двух километрах от железной дороги северо-восточнее деревеньки Гута. Днем пришлось форсировать две небольшие речки и несколько ручьев. Повозки через речки и ручьи перетаскивали на руках. В трудных местах две роты стрелков помогали раненым и обозникам. Две роты готовили путь гужевым повозкам. По одной передовой роте в стрелковых батальонах оставались в боевой готовности и к работам не привлекались. Лесные поляны, вырубки и открытые заболоченные пространства обходили. Над лесом часто пролетали немецкие самолеты, но под густой зеленью ничего высмотреть не смогли. Дремучие белорусские леса надежно укрыли полк. Политработники наладили прием сводок Совинформбюро и зачтение их в подразделениях. Упоминание в сводках действий полка, именовавшегося частью под командованием майора Гаврилова, воодушевило бойцов. Подробно перечислялись потери, нанесенные немцам при обороне крепости.