Виктор Старицын – Крепость (страница 20)
Получив радиодонесение от разведчиков об обнаружении немецких «сверхпушек», Бобров поднял оба полка штурмовиков, всего 48 самолетов, и всех истребителей – 22 И-16 истребительного полка и 32 «чайки» штурмовых полков. Каждому полку штурмовиков была поставлена задача – уничтожить одну артустановку. Выдав команды полкам, комдив от порога штаба на своей эмке помчался к своему самолету. Там, чувствуя в себе давно забытую молодецкую удаль, по приставной лесенке взлетел в кабину. Давно не было законного повода вволю подраться. Штабное звено дивизии порулило на старт. Замы Боброва были стреляными волками и летали куда чаще его самого. Полки, надеялся Бобров, уже были в воздухе. Взлетев, с набором высоты Сергей Иваныч повел звено прямо на крепость.
Радиообмен, слышимый в наушниках, свидетельствовал, что взлетевшие первыми истребители Покрышева уже связали боем две прикрывающие пушки эскадрильи «мессеров». Видимо, немецкое командование, поняв, что воздушная разведка засекла расположение «сверхпушек», усилило их воздушное прикрытие, подняв в воздух сразу две эскадрильи истребителей. Эскадрилья Покрышева во главе с ним самим осталась на высоте над схваткой для подстраховки.
Собственные истребительные эскадрильи штурмовых полков, свободно вышедшие к целям, приняли на себя первый массированный удар прикрывавших пушки дивизионов скорострельных «эрликонов» и в ответ проштурмовали позиции зенитчиков из пулеметов. Это было против действующих наставлений. Но комдив специально дал такое указание истребителям прикрытия штурмовых полков. В случае отсутствия истребительного прикрытия, проштурмовать позиции зенитчиков, с тем чтобы облегчить штурмовикам выполнение задачи. Три «чайки» погибли. Зато зенитный огонь резко ослабел. Все же массированный удар целой авиадивизии оказался для немцев неожиданным.
Подошедшие колонной пар штурмовики первым заходом с пикирования ударили эрэсами по демаскировавшим свои позиции зенитчикам. По четыре прицельно выпущенных 40-килограмовых осколочно-фугасных РС-132 с каждого одноместного штурмовика и по шесть 7-килограммовых РС-82 с каждого двухместного учинили форменный разгром на позициях зенитных расчетов. Облака пыли и дыма от разрывов плотно закрыли их позиции. Даже те расчеты, что, возможно, уцелели после удара, не могли вести прицельный огонь. Истребители штурмовых полков встали в два оборонительных круга на высоте 2000 метров над целями, обеспечивая работу штурмовиков.
Все это Бобров наблюдал лично, выведя свое звено над целью еще выше истребителей Покрышева.
Выйдя из пикирования после удара по зениткам, штурмовики, как на учениях, пологим виражом с набором высоты построились в две колонны по одному на высоте 900 метров и замкнули штурмовые круги. В следующем заходе на «сверхпушки» с пологого пикирования были сброшены по две ФАБ-100 с одноместных самолетов и по две ФАБ-50 с двухместных. Бомбы ложились кучно, с небольшими отклонениями от огромных артустановок. Дважды рядом с пушками произошли сильнейшие взрывы, подбрасывавшие самолеты на несколько десятков метров вверх. Видимо, детонировали артиллерийские боеприпасы. Нескольким «ожившим» зениткам тоже досталась полновесная порция бомб. Больше снизу никто не стрелял. На третьем заходе бомбовый удар был повторен. Летчики зафиксировали по меньшей мере по три-четыре прямых попадания бомб в каждую артустановку.
Немецкое командование, запоздало стремясь спасти свои пушки, подтянуло с ближайших аэродромов еще три эскадрильи истребителей. Первую, из 10 самолетов, на подходе атаковал сверху Покрышев со своими летчиками. Сразу удалось сбить двух «мессеров», остальные завертелись с «ишаками» в круговерти воздушного боя. Две другие, из 8 и 7 самолетов, попытались атаковать ходящих по кругу штурмовиков, но были перехвачены «чайками» непосредственного прикрытия.
Вывалив на огромные пушки весь запас бомб, штурмовики разомкнули круги, снизились до бреющего и двумя колоннами пар легли на обратный курс. Штурмовать артиллерийские позиции из пулеметов не было никакой необходимости. Там и так не осталось ничего живого.
Истребители все еще крутились с немцами в пяти «собачьих свалках». Преимущество «мессеров» в скорости не позволяло «ишакам» и «чайкам» по своему усмотрению выйти из боя. Оставалось только, маневрируя, постепенно оттягивать клубки боя к востоку, на свою территорию. Пока бой был более-менее ровным. Было сбито пять «мессеров», четыре «чайки» и три «ишака». Оценив обстановку, Бобров спикировал на самый дальний клубок самолетов, крутившийся над Кобылянами. Все же летчикам на «чайках» приходилось труднее, чем истребителям Покрышева, да и до своей территории им было дальше. Внезапным ударом сверху удалось сбить сразу двух «мессеров». Остальные предпочли скрыться. Затем звено Боброва помогло «чайкам» 235-го штурмового полка. Бобров лично сбил «мессера». Отбиваясь от немцев, истребители Покрышева тянули бой на свою территорию.
Весь воздушный бой отлично просматривался с НП Гаврилова. Увидев два огромных облака дыма и услышав частые разрывы бомб, а тем более увидев взрывы двух сверхмощных боеприпасов, Гаврилов с Иваницким поняли, что штурмовики добрались-таки до немецких «сверхпушек» и отбомбились по ним.
С началом бомбежки Гаврилов снова вывел на позиции расчеты зенитных пулеметов, невзирая на беспокоящий артобстрел. Летчики, очевидно, знавшие зенитные возможности гарнизона, тянули бой к крепости.
Едва расчеты выкатили из подвалов пулеметы, как прямо над ними прошли две длинные колонны штурмовиков. Зато когда минут через пять над крепостью показался клубок гоняющихся друг за другом «ишаков» и «мессеров», зенитчики дружно ударили по немцам из 28 стволов. «Мессеры» кинулись врассыпную, а И-16 смогли вырваться на восток, на ходу собираясь в пары и четверки.
Всего дивизия Боброва потеряла в этом бою девять истребителей и двух штурмовиков. Летчики дивизии сбили шесть «мессеров», еще одного сбили зенитчики. Но самое главное, получили тяжелые повреждения две сверхмощные мортиры, способные разрушить самые глубокие казематы крепости.
Через 30 минут немецкие пикировщики нанесли массированный удар по полевым площадкам, на которые приземлились штурмовики. Все самолеты к тому времени уже были рассредоточены и замаскированы по лесным опушкам.
Немецкая пехота, захватив форты № 2 и № 4, начала втягиваться в городскую застройку Бреста, в которой наших войск уже не было. Одновременно немцы начали выдвигаться к фортам «В» и «Ж» – последним внешним фортам крепости, которые оборонялись гарнизонами. Ввиду недостатка наличных сил, остальные 6 фортов, а также многочисленные оборонительные казармы и промежуточные межфортовые опорные пункты, гарнизонов не имели. Исключение составлял только форт «М», расположенный за восточной окраиной Бреста и контролировавший выходящие из города на восток автомобильную и железную дороги. В форту оборонялась полурота.
В 18 часов тяжелая артиллерия противника начала часовой обстрел форта «В», который к 20 часам после упорного боя был захвачен. При попадании сотен восьмидюймовых снарядов в сравнительно небольшой форт в одно и то же место падало несколько снарядов. В результате вся защитная грунтовая толща сносилась взрывами и бетон перекрытий не выдерживал. К тому же амбразуры просто заваливало выброшенным разрывами грунтом. К 23 часам, также после продолжительного массированного артобстрела, был захвачен и форт «Ж».
На исходе дня кольцо окружения вокруг крепости замкнулось. Противник занимал оставленный нашими войсками город.
3.3. 24 июня
Поспать толком в эту ночь Гаврилову снова не удалось. В 2 часа с минутами его разбудил начштаба капитан Музалевский и вручил только что расшифрованную радиограмму. Полку поручалось обеспечить боевую работу «кума» с 05:00. «Кумом» по коду обозначался начарт Иваницкий. Гаврилов направился из спального отсека КП в оперативный отсек приданных артиллеристов. В ярко освещенном электролампочками бетонном бункере он застал Иваницкого и всех командиров приданной артиллерии и минометов. На большом столе, занимавшем большую часть отсека, лежала крупномасштабная карта окрестностей Бреста. Иваницкий занимался распределением целей по батареям. Поздоровавшись с отдавшими ему честь командирами, Гаврилов подошел к столу.
Начарт сразу же дал ему прочитать расшифрованный приказ штаба армии. В приказе предписывалось уничтожить 13 наведенных немцами мостов через реки Западный Буг, Мухавец и Лесную и нанести артиллерийский удар по скопившимся перед мостами подразделениям противника. Артобстрел должен был начаться в 5 часов утра. В приказе указывались частоты и пароли для связи с артиллерийскими корректировщиками, которые должны были в составе разведгрупп к утру занять позиции в прямой видимости мостов. Чтобы быть полностью в курсе, комполка дослушал до конца совещание артиллеристов.
Батареи корпусных 107-мм пушек должны были работать по понтонным мостам через Буг у местечек Прилуки, Страдечи, Чилеево и мосту через Лесную у Чернавчиц, расположенным на дистанции от 12 до 18 км от крепости. Батареи дивизионных 122-мм гаубиц получили свои цели – расположенные на удалении от 5 до 12 км понтонные мосты через Буг у Прилук и у Чижевичей, временные мосты через Лесную у Клейников и у Тюкиничей, а также восстановленный немцами мост через Мухавец у Тришина. Батареям тяжелых минометов достались ближайшие мосты – через Буг у Козловичей и через Мухавец у Вульки Подгородской на дистанции около 5 км. Кроме того, тяжелые минометы должны были нанести удар по тыловым объектам противника в населенных пунктах Тересполь, Полятичи и Огородники. По каждой цели должна была работать минимум одна батарея.