Виктор Старицын – Балаклава Красная (страница 13)
4. В связи с угрозой военного нападения объявить в республике чрезвычайное положение. На период действия чрезвычайного положения все полномочия Совета переходят к Президиуму Совета.
5. Избрать Президиум Совета в составе: Председатель Президиума – депутат Фрегер А. И. Члены Президиума – депутаты Белобородько П. М. и Асташев В. В.
6. Разграничить сферы ответственности между членами Президиума следующим образом: Фрегер – идеология, внешняя политика, наука, культура и образование. Белобородько – экономика и народное хозяйство. Асташев – оборона.
7. Решения Президиума принимаются большинством голосов. Приятые решения обязательны к исполнению всеми учреждениями и всеми гражданами республики.
8. Местных жителей деревни Ямболи, попавших в зону ответственности Совета, считать гражданами республики без предоставления им права голоса.
9. Одобрить все решения исполкома районного совета, принятые в период 22 и 23 июля сего года.
До полудня засада на перекрестке сумела захватить два торговых каравана, шедших со стороны Херсона. К сожалению, не обошлось без стрельбы. Четверых конных охранников караванов, пытавшихся скрыться, пришлось застрелить. Было взято 17 пленных. Трофеями стали 8 подвод с товарами, 16 лошадей. Асташев с профессором Грековым сразу начали допрашивать пленных.
Затем один караван подошел к перекрестку с противоположной стороны. Его взяли без выстрела. Караван оказался хазарским. В нем было 12 человек и 5 подвод с товарами.
Около 18 часов через перекресток из Херсона в сторону Балаклавы проследовала группа из 11 вооруженных всадников. Их пропустили, затем блокировали на дороге грузовиками. Через переводчиков предложили им сдаться. Те попытались атаковать. Четверых взяли в плен ранеными. Остальные погибли. Среди раненых оказался полусотник из стратиотов – ополченцев. Этих пленных допрашивали уже ночью.
Глава 5 Рейд
8. Рейд.
Взойдя по сходням на борт ПК-шки, Виктор сразу направился в радиорубку. После Мошек, к которым он уже привык, катер ПК показался ему маленьким, тесным и слабосильным. Хотя он и прослужил на таких катерах большую часть своей моряцкой службы. Тщедушный радист сидел на своем рабочем месте, скорчившись в тесноте рубки. На эти катера радистами направляли самых мелких матросов. Крупный парень в радиорубке просто не поместился бы.
– Дай связь со штабом погранотряда. – Радист соединил.
– Какие из катеров у нас в готовности к выходу? – Осведомился Виктор у вахтенного дежурного по штабу.
– Мошка-2 и Мошка- 6.
– Дай команду Мошке-2 на выход. Я выхожу в поход с отрядом ПК-шек. Мошку-2 возьму с собой.
Снова обратился к радисту:
– Теперь соедини с Мошкой-2 и вызови в радиорубку ее командира. – Через минуту мамлей Казакевич отозвался.
– Казакевич, ты к выходу готов?
– Обижаете, товарищ капитан-лейтенант. Катер на боевом дежурстве и полностью боеготов.
– Грей один двигатель. Сейчас я с дивизионом ПК-шек выхожу в поход. Тебя беру с собой. Я буду на ПК-162. Когда мы двинемся, ты тоже отходи. Становись со мной борт к борту, я с людьми перейду к тебе на борт на ходу.
– Все понял, товарищ капитан-лейтенант.
Корабли дали прощальный гудок и отвалили от причалов. ПК-162 головным, Комендор – замыкающим. Мошка-2 отвалил тоже и начал сближаться с головным катером. Спокойные воды бухты позволили уравнять скорость и идти борт о борт. Родионов перепрыгнул первым, за ним – переводчики, потом – шестеро курсантов с винтовками. Затем его Мошка увеличила ход и вышла в голову отряда.
После ПК катер МО показался просторным. Виктор прошел в радиорубку.
– Вызывай циркулярно все ПК-шки. Когда все катера отозвались на одной волне, Виктор присвоил им позывные Букашка-1, Букашка-2, Букашка-3 и Букашка-4. По аналогии с Мошками. Потом присвоил Комендору позывной Комар. Пока присваивал позывные своим кораблям, его «эскадра» вышла из горла бухты в открытое море. Отряд повернул на восток и двинулся кильватерной колонной экономическим ходом 8 узлов в сторону Керчи, держась в 3 – 4 милях от берега. Все катера шли под одним мотором. Только Комендор работал обоими на полную мощность.
Давай связь с Мошкой-4, – приказал Виктор радисту.
– Павлов, ты сейчас где?
– Примерно на траверсе Ялты.
– Ложись в дрейф и ожидай. Я иду к тебе. Задачу поставлю позже.
– Все понял, товарищ командир отряда.
Затем Виктор связался с Букашкой-1, бывшим ПК-162, и приказал ему выдвинуться вперед на три мили, держась на том же удалении от берега. Ему предназначалась роль головного дозора.
Командиру Комара приказал снизить ход до 6 узлов, чтобы не перенапрягать машины. Для Комендора даже ход 8 узлов был недостижим. Через два часа отряд отделяли от Ялты 8 миль. Виктор приказал Мошке-4 дать ход и идти перед отрядом в 8 милях, выполняя функции разведчика. Обо всех встречных кораблях докладывать немедленно. Пока что сигнальщики замечали только рыбацкие лодки, не удалявшиеся от берега дальше, чем на милю. С них катера отряда разглядеть в подробностях не могли.
Передовая Мошка заметила в паре миль от Алушты и в миле от берега идущий навстречу одиночный одномачтовый корабль под косым «латинским» парусом.
Виктор на своем флагмане запустил второй двигатель, дал ход 15 узлов и пошел навстречу этому паруснику. Через полчаса катер и парусник разделяли 2 кабельтова. Пузатый корабль водоизмещение тонн примерно 40 давал узла три, не больше. Виктор приказал развернуться, уравнять ход и выйти на параллельный паруснику курс, отрезав того от берега.
На паруснике засуетились. На юте и на баке парусника имелись две возвышенные площадки. Вдоль фальшбортов на площадках экипаж выставил дюжину удлиненных овальных щитов. Над щитами маячили головы в металлических шлемах.
Для начала катер заревел сиреной. Затем Виктор вручил приказчику – переводчику рупор и приказал потребовать спустить парус и лечь в дрейф. На паруснике проигнорировали. Виктор приказал сблизиться. Когда до парусника осталось с полкабельтова, оттуда вылетел пяток стрел, воткнувшихся в деревянные борта, палубу и надстройку. Поскольку Виктор заранее приказал экипажу и десанту укрыться в отсеках, никто не пострадал. Дистанцию постепенно увеличили до кабельтова. С парусника дали еще пять залпов. Последний – метров со 150. Виктор сделал вывод, что дальнобойность луков у византийцев именно такова.
Виктор вывел на палубу артиллеристов и пулеметчиков.
– Врежь-ка бронебойным снарядом ему в борт под носовой площадкой, но, выше ватерлинии, – приказал он командиру расчета носового орудия.
Пушка громыхнула. Сверкнуло пламя, из дула вылетел сноп дыма. В борту кораблика появилось отверстие. Из дальнего борта вылетели какие-то обломки. Снаряд пробил парусник навылет.
Приказчик Микис повторил в рупор требование спустить парус, угрожая утопить корабль. Его снова проигнорировали.
– Ну, что же, не хотите по-хорошему, будет по-плохому, – сказал каплей. Затем подошел к пулеметчику и приказал:
– Дай-ка очередь в пяток патронов по щитам на носовой площадке.
Крупнокалиберный ДШК коротко взревел, выплюнув струю пламени. По щитам хлестнула очередь. Головы за щитами пропали.
– Еще раз отдай им приказ. Дополни, что в случае неподчинения, будут убиты все, кто есть на борту.– Виктор вполне представлял, что может сделать пуля полудюймового калибра с человеком. Попадет в руку – оторвет руку, попадет в ногу – оторвет ногу. А попадет в голову – разорвет на куски.
На этот раз аргумент подействовал, капитан корабля подчинился. Парус вместе с реей пополз вниз, корабль замедлил ход и вскоре остановился.
– Десантной партии приготовиться к абордажу! – При малейшем сопротивлении стрелять на поражение. Весь экипаж загоните в трюм, а капитана доставьте сюда. – Приказал он старшему сержанту, командовавшему половиной отделения. Пулеметчик и экипаж катера вас поддержат. Матросы и десант выстроились вдоль борта с винтовками.
Борт и палуба парусника имели большой прогиб в миделе корпуса, так что превышение его фальшборта над палубой катера было небольшим.
На подходе переводчик в рупор дал новую команду:
– Экипажу сложить оружие на палубе, всем кроме капитана спустится в трюм. Иначе, все умрете страшной смертью, как те, что стояли на носу. – На паруснике команду выполнили.
Катер встал борт о борт с парусником. Небольшое волнение позволило десантникам без труда перепрыгнуть на его палубу. Матросы пришвартовали катер к кораблю. Капитана привели на катер.
Босой бородатый загорелый носатый низкорослый мужик лет сорока был одет в синие полотняные штаны и желтую рубаху. На голове – круглый шлем, поверх рубахи – безрукавка из толстой грубой кожи с нашитыми на груди и плечах металлическими пластинами. Руки ему связали за спиной.
Мужик сразу попробовал «качать права»:
– Неверные! Как вы посмели напасть на византийское судно? Стратиг Херсона Серапион сотрет вас в порошок вместе с вашим жалким корабликом!
«Что ж, придется устроить ему наглядную агитацию!» – подумал Виктор. Капитан стоял на кормовой площадке, и не видел в подробностях, что произошло на носовой.
Каплей вместе с переводчиками, двумя конвоирами и капитаном перешел на парусник и прошел на носовую площадку. Там было на что посмотреть. Переводчиков с непривычки вырвало. Конвоиры сдержались, но позеленели лицами. Виктору тоже стало не по себе. Даже, стало немножко жаль классовых врагов.