Виктор Шипунов – Проект Лапамир (страница 9)

Пока Наталья допрашивала пленного, роботы щупали сплошные заросли за поворотом тропы тепловизорами и радарами. Никто недооценивал оружие аборигенов. Выстрел отравленной стрелой мог убить даже более надежно, чем из огнестрельного оружия. Слабенький дротик из духовой трубки мог оказаться еще более смертельным, если смочить его в яде кураре1. Поэтому все вели себя осторожно, пока не выяснены возможности местных.

Допрос совместили с привалом и сушкой плащ-палаток. После этого маленький отряд двинулся дальше. Усыпленного Следопытом парня взвалил на плечо Агни, а второго поставили впереди показывать дорогу, привязав к его поясу веревку.

Наталье с Глебом стало понятно, что они находятся не на Земле, так как начало вечереть, а на небе появилась огромная луна, очень похожая на спутник родной планеты, вот только на ней был совсем другой рисунок.

***

Я ошибался, но ошибка вышла приятной. Робот пробил лаз, по которому я мог проползти на четвереньках быстрее, чем вернулся Старый. Ну и силища у этого железяки! Жаль, что взять его с собой не получится.

Старый обрадовался, как ребенок и совсем потерял свой мозг:

– Завтра мы сможем бежать, – твердил он.

– Как не стыдно, – сказал я, глядя в его глаза. – Вроде взрослый мужик, повидавший мир, а как малое дитя: бежать, бежать!

– Бежать легко, а вот обратно не попасть трудно. Расскажи-ка мне, будь ты на месте сотника, ты бы что сделал, после нашего побега? – спросил Старый.

– Ну, я бы взял охотничьих собак и сотню молодцов, умеющих мечами да топорами играть, и пошел бы по следу. А когда поймал бы всех зачинщиков и организаторов, казнил бы при всех, чтоб значит, неповадно было.

– Вот теперь слышу слова не мальчика, но мужа! Выходит, если нас с тобой поймают, то кого может и не казнят, а нас с тобой точно. Вот потому нужно все продумать, до всех мелочей какие только возможно обдумать.

– Сразу расстрою тебя, Старый, железяка останется здесь, нам он там бесполезен. Как только батарея разрядится, так он станет как статуя и все. А место, где железяки спят нам взять негде.

– Это печально, об этом я не подумал.

– Надеюсь, ты не хочешь выйти через эту дыру и распустить людей. Думаю, что сотник всюду разошлет наши приметы и нас скоро выловят по одному.

– Нет, я думал, нам вместе держаться надо, как команда на корабле.

– Это хорошо, что вместе. А что пить-есть будем, где монеты возьмем? – начал я задавать неудобные вопросы. – Ну, так как нас догонят, то что делать будем? Как от стражи оборонимся? А как начнутся стычки со стражей каждый день, да через день, так нас помалу, да помалу всех перебьют.

– Похоже, что ты не только в железяках разбираешься.

– Есть немного. Но я издалека, и чтобы все правильно придумать, мне нужен такой человек как ты.

– На суше если мы возьмем крепость, пусть даже эту, то нам нет пути, кроме как лечь под князя. Мы на свободу, а они в шахту. И это если князю все пофиг и все равно кто крепостью управляет. Ну а если нет, то супротив его дружины нам не выстоять. Неделя-две и пиши пропало.

– Но у нас есть выход, мы можем бросить крепость и сбежать. Ведь им неоткуда догадаться, что у нас есть выход на ту сторону гор.

– Но людей нам ополовинят, друг Борис. А само собой, чем больше людей, тем больше и сила.

– По-твоему выходит, что нам крепость не удержать. А без места укрепленного никак нельзя, все равно достанут. Вот смотрю я и некуда нам податься. Один выход бежать очень далеко, но там все равно найдется власть, земель без власти не бывает. Уж это я точно знаю, порядки везде одинаковые.

– В молодости я был боцманом на большом судне, и судно представляет собой крепость на воде, причем крепость, которую можно взять с собой. Выход только один, податься в море. У нас в шахте имеется еще два моряка. Рыжий был палубным матросом, а Серый – плотником. Он может корабль починить, если что, выйдем в море. Ты сказывал, можешь быть штурманом, определить положение судна и проложить курс по звездам и по карте. А в бою мы с тобой должны управиться.

– Я знаком с управлением парусной яхтой. У моего друга была такая, и мы иногда, как время позволяло, ходили под парусами иной раз по целой неделе.

– Неделя – это круто! А как насчет трех месяцев?! Но все лучше, чем ничего, – обрадовался Старый. – Знаешь, я как бывший боцман много чего умею, но далеко не все.

– Эх, нам надо бы военный корабль захватить.

– И еще пару спецов найти. Нам канонир нужен и лекарь. А корабль небольшой, но быстроходный, бриг или корвет, на большее у нас людей не хватит.

– Ну ты, Старый, намечтал вагон и маленькую тележку.

– Почему намечтал? Все можно найти. Лезь за мной, щас сам поймешь!

Мы выбрались через лаз наружу и поднялись на склон горы так, чтобы быть выше макушек деревьев.

– Смотри туда, – он ткнул пальцем в направлении моря. – Видишь, палки торчат? Так это не палки, а мачты. А мачты означают порт, а порт – корабли.

– А корабли – свободу, – закончил я.

– Но без разведки в порт переть всей ватагой – чистое безумие. Военные корабли хорошо охраняют, а торговцы нам не нужны. Да и потом надо подгадать, чтобы в порту бриг или корвет стоял. Да еще эту идею надо продавить всем в их тупые головы. Боюсь, большинство думает, что стоит сбежать, как им обеспечена шикарная жизнь. А так как они не моряки, то идея с морем им не понравится.

– Пусть им понравится идея остаться живыми.

– Эх, если бы крепости были на колесах как телеги! – Мне сразу пришел на ум бронепоезд, но я ничего не сказал.

***

Андрей Ильич снова оказался в столице. На этот раз он отправился в свой новый НИИ, ведь схемы схемами, а компьютерный дизайн дизайном, но лучше один раз увидеть, чем много раз картинки рассматривать. К НИИ он подъехал на такси, расплатился и направился ко входу. Его встретила массивная железная дверь, рядом с которой имелась большая кнопка. В качестве дополнительных аксессуаров к двери прилагалось переговорное устройство и три видеокамеры.

Академик нажал на кнопку.

– Приложите ваш пропуск к сканеру, – предложило ожившее переговорное устройство.

– А как быть тем, у кого пока нет пропуска?

– А никак, вам стоит его завести и только потом…

– Я настаиваю на беседе с начальником охраны.

– Я в праве игнорировать ваши просьбы. А вы, собственно говоря, кто?

– Директор этого центра и желаю войти.

– Так, секундочку, кто у нас директор? Ага! Назовите себя.

– Моя фамилия Столетов.

– Хорошо, господин директор, я вызову начальника охраны. Это дело не в моей компетенции. Мне все равно вас пускать нельзя.

После томительного ожидания дверь распахнулась. Высокий худощавый человек, с кобурой подмышкой, стоял за порогом:

– Входите Андрей Ильич. Простите, что так долго, но охранник поступил совершенно правильно.

– Наоборот, я очень доволен. Наш НИИ и должен охраняться в соответствии со всеми правилами. Объявите вашему сотруднику благодарность. А, вы, почему меня впустили?

– Я сличил вас с камеры с фотографией нашего директора и думаю, что это вы.

– А что будет, если ворвется группа террористов?

– Их ожидают четыре тяжелых боевых робота, – и начальник кивнул в сторону ходячих четвероногих танков, стоявших в мрачном отделанном серым мрамором вестибюле. – А за теми бойницами взвод морской пехоты, вооруженный как положено.

– Как мне вас называть?

– Майор Сидоров Павел Михайлович.

– Павел Михайлович, я бы хотел увидеть в каком состоянии монтаж машины.

– Сейчас построено всего два подземных уровня и на первом из них ваша машина, конечно, собрали пока немного. Пойдемте со мной.

Они прошли к лифту, который практически рухнул вниз. У Столетова так и оборвалось все внутри.

– Боимся мы животом, – заметив непроизвольную реакцию академика, сказал майор.

– Умом понимаю, что все должно работать, а вот с чувством свободного падения ничего сделать не могу, – засмущавшись, ответил Столетов.

Лифт тормозил долго и плавно остановился. Но академика с непривычки шатало.

– Вот, собственно говоря, и зал. Пока смонтированы каркасы, скелет машины и несколько блоков.

– Кто занимается монтажом?