Виктор Шендерович – Искатель. 1988. Выпуск №1 (страница 39)

— В таком месте, куда вам ни за что не добраться без моей помощи. Это наличные, Хейм, живые деньги! Единственное, что я требую взамен, так это три часа форы. Согласны?

— Я не вступлю в соглашение с таким типом, как вы, пока не увижу монету своими глазами.

— Прекрасно, но поклянитесь, что отпустите нас, как только получите деньги.

Хейм рассмеялся.

— Не вам ставить условия. Я заберу всё, Фаррар, а вам предоставлю час, чтобы смыться.

— Нет! Могу вам дать две сотни кусков, не больше. Как-никак я тоже имею право на что-то. Без гроша в кармане нам некуда идти. И три часа свободы!

Капитан ухмылялся,

— Я заберу всё или всажу вам по пуле, а уж потом подсуечусь, чтобы найти монету. Выбирайте!

— Оставьте мне хоть пять кусков, — канючил я, делая вид, будто совсем в панике, — Иначе мне просто не на что будет отсюда уехать.

— Там посмотрим, — ответил Хейм, ухмыляясь, — Где деньги?

Я понимал, что он пристрелит нас тут же, как только получит деньги. Меня снова вынуждали убивать.

— Думаете, я настолько глуп, чтобы вам всё так и выложить? Что вам помешает пришить меня, когда узнаете, где монета?

— Хорошо. Что же вы предлагаете?

— Пусть она пойдёт за деньгами и принесёт их сюда.

— А если не вернётся?

— Вернётся. Она меня любит. И ей не всё равно, прикончите вы меня или нет.

В течение всей этой дискуссии Джинни не сводила с меня глаз, но, когда я обратился к ней, отвернулась.

— Пойди возьми деньги, — сказал я и протянул ей ключи от автомашины. — Машина за домом.

Джинни плотнее забилась в кресло и бросила на меня взгляд, от которого мне стало не по себе.

— Джинни! Умоляю тебя, делай, что я прошу. Это единственная возможность выкрутиться. Возьми деньги, и всё уладится.

— Нет, — возразила она. — Ведь эти деньги ты украл, не так ли?

— Они мои, Джинни, мне удалось их заработать, — с отчаянием ответил я. — Сейчас просто не могу тебе всего объяснить.

— Разумеется, он их украл! — обрезал Хейм. — Это деньги казино.

— О! Джонни! Как ты только мог! — воскликнула Джинни, ломая руки. — Ты врал мне с самого начала. Когда я убедилась, что ты не приедешь в Майами, то позвонила в общество по страхованию, о котором ты говорил, а там мне ответили, что Джонни Фаррар никогда у них не работал. С первой нашей встречи ты только и делал, что врал. — Она стукнула кулаком по ручке кресла. — Я не позволю тебе втягивать меня в свои грязные махинации! И не говори мне о любви!

Меня словно холодной водой окатили.

— Как ты не понимаешь, что этот тип прикончит нас обоих, если ты не пойдёшь за деньгами! Возьми ключи и отправляйся!

— Ну нет! — решил Хейм. — Раз так, пусть сидит тут и не рыпается. Начнём всё сначала.

Через полуоткрытую дверь кухни я заметил кошку, она направлялась к нам.

— В таком случае позвольте мне сходить. Она для меня — всё. Я вернусь, можете поверить!

— Никакая женщина на свете не стоит двухсот пятидесяти тысяч долларов. Пойдёмте вместе!

Кошка приблизилась к Хейму и стала тереться о его ногу. Он не видел, как она подошла, вздрогнув, посмотрел вниз.

В этот момент я бросился на Хейма, правой нанёс ему удар по руке с пистолетом, а левой схватил за горло.Раздался выстрел, Хейм покачнулся и повалился на меня. Я вцепился ему в запястье и придавил руку с пистолетом к полу. Прозвучал ещё выстрел, но мне удалось выбить у него из рук пистолет. Мы катались по комнате, опрокидывая мебель, нанося друг другу удары. На расстоянии его можно было одолеть, но попадись я в его цепкие лапы, мне пришёл бы конец. Однако Хейм, видимо, забыл, что имеет дело с боксёром, и устремился ко мне, вытянув вперёд руки, словно заправский борец. А я отступил в сторону и нанёс ему удар, который пришёлся в челюсть. Хейм потерял сознание и упал на пол лицом вверх.

Я поискал глазами Джинни, но её в комнате не оказалось. Бросился в прихожую. Входная дверь была открыта. Вернулся в гостиную и подскочил к окну. Джинни бежала по аллее, что вела к воротам в ограде.

Я высунулся из окна.

— Джинни! Подожди меня!

Она даже не обернулась. У ограды остановилась полицейская машина, оттуда посыпались синие формы и устремились к аллее. Джинни наткнулась на одного из полицейских, упала, он поднял её и усадил на газон. Подъехала ещё машина с полицейскими. А я смотрел на Джинни и думал, что вижу её в последний раз.

Спустя несколько минут я уже нёсся по саду. Никто в меня не стрелял. Распахнув калитку, бросился в «паккард».

Когда мчался по улочке, которая вела на бульвар Франклина, услышал свисток полицейского. Но у меня был мощный скоростной автомобиль.

Где спрятаться? Подумал о толстухе Зое Элснер, которая заведовала Либерти-инн на Бей-стрит. Если сумею туда добраться, можно будет попробовать её подкупить.

Я повернул на Бей-стрит.

На авеню Линкольна регулировщик сделал мне знак остановиться. Я дал газу. Регулировщик выбежал на середину шоссе. В одной руке он держал пистолет, в другой — жезл. Прохожие на тротуаре останавливались и глазели. В последнее мгновение полицейский всё же отскочил в сторону. Однако ему удалось стукнуть жезлом по ветровому стеклу и разбить его. Сзади послышались выстрелы, пули продырявили кузов. Я свернул налево, выехал на широкий бульвар, расположенный вдоль океана, и подкатил к казино.

Выйдя из машины, достал из багажника чемодан. На другом конце стоянки три охранника в белых куртках о чём-то оживлённо беседовали возле сверкающей никелем автомашины. Надо было быстро решить, где спрятаться. Либерти-инн стал недосягаемым. Напротив стоянки высился сорокаэтажный небоскрёб Линкольн-отеля. Зажёгся зелёный свет светофора, я пересёк бульвар вместе с шумной толпой туристов. Метрах в десяти от входа в гостиницу стоял постовой. Постарался укрыться от него за толстяком в цветных шортах. Но при входе в гостиницу, минуя турникет, не удержался и оглянулся. Это было ошибкой. Полицейский что-то заподозрил и бросился к дверям. Вместе с двумя загорелыми блондинками в купальниках я уже входил в кабинку лифта.

Лифтёр с недоверием посмотрел на меня.

— Десятый! — бросил я сухо, не давая времени открыть ему рот.

Полицейский, словно ракета, проскочил турникет и бросился к лифту, но дверцы кабины уже закрылись. Кроме меня, в лифте никто ничего не заметил. Кабина остановилась на пятом этаже, одна из блондинок вышла. Мы остались втроём.

— Двадцать второй, пожалуйста! — сказала оставшаяся девушка.

Лифтёр взглянул на меня и спросил:

— А вы в каком номере?

— Я с визитом к приятелю.

— Сожалею, это против правил. Сначала надо получить разрешение у администратора внизу. Извините, мистер, но вынужден попросить вас спуститься, со мною вниз.

— Как хотите, — равнодушно ответил я, пожимая плечами. На двадцать втором этаже девушка выпорхнула и устремилась в длинный коридор. Лифтёр смотрел ей вслед, загипнотизированный ритмичным покачиванием женских бёдер.

Я хлопнул его по плечу. Он обернулся и подставил под мой кулак свою челюсть.

Подхватив чемодан, я вышел из лифта и нажал на кнопку «вниз».

Блондинку я настиг в тот момент, когда она открывала дверь своего номера. Достав пистолет, втолкнул её в комнату.

— Ни звука, — предупредил я свирепо.

Ногой захлопнул за собой дверь и поставил на пол чемодан.

— Что вам нужно от меня? — сдавленным голосом спросила девушка.

— Сядьте и успокойтесь, — сказал я. — Вам ничего не будет. Меня ищет полиция, побуду здесь, пока они не уберутся из гостиницы.

Подтащив чемодан к открытому окну, я взглянул вниз. У гостиницы уже собралась толпа. К отелю, ревя сиренами, неслись три полицейские машины.

— Минут через десять здесь появятся полицейские, — сказал я, обернувшись к девушке. — Меня разыскивают как убийцу. Одним убийством меньше, одним больше — мне уже всё равно. Но вряд ли это так же всё равно и для вас. Вы меня не видели. Скажете лишнее слово — первая пуля вам. Всё ясно?

Девушка оцепенела от страха. Мне было её жалко, но иначе поступить я не мог. Опять посмотрел в окно. Толпа росла на глазах. Подъехало ещё несколько полицейских автомашин. Полиция оттесняла толпу, освобождая проход в гостиницу.

В коридоре раздался шум. Полицейского слышно за сто метров, а когда их много, шуму больше, чем от стада буйволов. Они обыскивали все номера подряд. Теперь всё зависело от этой блондинки. В дверь постучали. Долгое молчание. Я показал ей на дверь.

Постучали снова, на этот раз сильнее.

— Ну идите, — прошептал я, но был в полной уверенности, что она не сделает того, о чём я просил, и оказался прав.

Внезапно девушка сползла с кресла на пол и заголосила.