Виктор Серов – За рекою кукушка. Стихи (страница 8)

сон в окно унося.

Спросило небо…

Спросило небо: – Ты летал? – Летал. – ответил я. – Не важно… Орлом всесильным я не стал, И не был соколом отважным; Взлетал… Ты знаешь, что без крыл Лететь живому невозможно, Но я «на грани» жизни был, А там, ты знаешь… – Всё возможно. – В твоих объятьях темнота, — Продолжил я ответ свой небу. — Земная жизнь – не суета, А умирать не тянут жребий… Зачем? Вот, ангелы твои, Они и с крыльями – но живы? Когда отец их сотворил, В них было больше перспективы… Летают птицы (но не мы) И те, кто жизнь прожил земную, Но не уснул на грани тьмы, И людям зло не вылил всуе. С тобой мы встретимся потом, Когда Сварог вернёт мне крылья. Но прежде дел не счесть в земном Быту, где дни, как диафильмы. Вздохнуло небо: – Как сказать… — Закрапал редкий дождь солёный. — Мне трудно ангелов считать, Но хуже крылья рвать крещёным… По небу прокатилась дрожь, И вечер весь, и ночь, и после Не прекращался нудный дождь — Как будто лично мне был послан…

О нужде и морали

«Дорогу осилит идущий» — Восточный мудрец говорил, Но поиска истины сущей Он путь указать позабыл. С тех пор и хотят пилигримы Найти свой «священный грааль», Но все не сойдутся в единой Дороге с названьем «Мораль»; И каждый какого-то бога Таскает в суме за спиной. А истинный путь – от порога — С чего-то назвали «Нуждой»…

Недописанный сюжет

Был сюжет, но не писался так, как надо — Оставались незаконченными строки, — Залипали у невидимой преграды, Как уставшие от истины пророки… Отчего-то становилось даже страшно — От потери неизвестной и никчёмной? Иногда ломался грифель карандашный, И точился снова с чувством обречённым. Рвались мысли жить на мятую бумагу, Где уже бывали строфы лет прошедших, Но писать их не хватало мне отваги, Знал – сочтут их позже бредом сумасшедшим. День рождался, и карябал невпопад я Тот сумбур, что мне привиделся сегодня.