Ты, память, меня проведи
К задирам-гусям по соседству,
К оврагу, что шепчет в дожди.
Под крышей сосновой – в осоке —
К плоту, где рыбалил отец, —
Туда, где скучал одиноко
Не знающий жизни юнец.
Веди меня, тропка, под кручу
К сырым ивнякам у реки,
Что так же к погоде плакучи,
Что стали в обхват велики.
Как воды бурлят переката,
Здесь память теряет покой,
И пламень вишнёвых закатов
Юнец провожает рукой…
За рекою кукушка…
За рекою кукушка всё поёт и поёт
Закликая Судьбу в небесах долгим эхом:
Если чёт накукует, то и Счастье придёт,
А запнётся на счёт… обзову неумехой;
И пророчить мне время не буду просить:
Знаю точно – соврёт, – насчитает лет триста,
А когда б нагадала, как ещё век прожить,
То сказал бы: «Кукуй! Даже если тернисто…»
«Ночные тягостны тревоги …»
Ночные тягостны тревоги —
Монах читает мне псалтырь…
– Нет, не пойду я той дорогой,
Что люди ходят в монастырь.
Пусть караулят жертву бесы,
А я – полями да рекой,
И после выйду прямо к лесу,
Где храм древнейший волховской.
Вокруг него дубы могучи
И сосны в небо, как персты —
Монашеское чтиво слушать
Волхвам тоскливо, а кресты
Они не ставят на распутьях,
А в камне оставляют след,
Так, чтоб заблудший видел путник,
Куда крещёным хода нет.
Мой храм – скала первозаветов,
В неё вмурован Алатырь,
Что затмевает силой Света
Любой монашеский псалтырь.
Я прихожу и припадаю
К нему и телом, и душой,
И мудрость Предков принимаю —
Вот Храм вовек исконно мой!
…Я у костра, под звёздной крышей —
Уды не дремлет «сторожок».
Путь потеряв, на берег вышел
Монах – к ухе на «огонёк»
Всё, что далось…
«Завтра, конечно, всё будет иначе:
круче, ясней.
Сбудется день колоритней и ярче,
впору весне!»
О. Лукашева. «Реминисценции дальнего эха долго звенеть…»
Завтра – конечно… Память, что волны,
бьются о брег:
Каждый тычок о прошлом напомнит —
чем пренебрег.
Предал ли вечер, иль на рассвете
скворушкой пел. 
