Виктор Себин – Туман над озером (страница 6)

Как не пытались сделать всё быстро, всё же с месяц ушло на ВВК, оформление бумаг и прочего, да и следы надо было аккуратно подтереть, отвальную организовать.

По прибытии в свой город, Седых стал на учёт в военкомате, уже как полковник в запасе. Двое детей давно выросли, разъехались и с отцом не общались, жена давно вышла замуж за крупного бизнесмена и живёт в Санкт Петербурге. Знакомых и родственников в этом городе не было. Где-то были не то двоюродные, не то троюродные дядьки и тётки, с ними тоже не поддерживал связи. Вот он родной город, его детство, его юность, военное училище, первая любовь, она же и последняя. Друзей особо не было. Был один дружок, Игорь Шепелев, так и того посадили за поджог по пьяни свинарника, уснул с зажженной сигаретой, сторожем работал, а когда вышел, так и вовсе подстрелили, первый раза медики выходили, так добили во второй раз.

После бурной и нечестной службы не привычно было Ивану Ивановичу в родном городе, чужой он ему казался, да и город как-будто ощетинился против него. Сходил в ресторан, покутил, подцепил какую-то девицу. Утром проснулся в своей городской квартире, с головной болью и обнаружил отсутствие девицы и своего кошелька. Как бы плохо не было, надо начинать новую жизнь, каким бы он жуликом не был, но без дела сидеть не мог. Сам он себя жуликом не считал, просто деловой человек, ну почему не поднять веточку, если она сама упала тебе под ноги, а если целый железнодорожный состав, с затерявшимися бумагами на него? И погоняло Седой к нему ещё не прилепилось.

Приведя себя в порядок, позвонил начальнику отдела кадров того самого заводика, на который его навёл генерал. В трубке суровый голос, – слушаю, Хромов. Аркадий Арнольдович, здравствуйте, Седых Иван Иванович. Не успел договорить, как в трубке прозвучало, – знаю, знаю, мне звонил генерал Попов. Для Вас берегу вакансию начальника отдела по режиму, приходите завтра утром в кадры, оформляйтесь и приступайте, нам нужны такие опытные и надёжные кадры. И положил трубку.

Устроившись на бриллиантовую фабрику начальником отдела по режиму, Седых действительно навёл строгий порядок в системе. На фабрике множество отделов, но имея многолетний опыт и намётанный глаз, он с эти быстро справился.

Иван Иванович, как и советовал генерал, нёс службу честно и добросовестно. Однако изображение крупного бриллианта на фасаде главного корпуса, сверлило глаза два раза в день, при входе и при выходе с работы и постепенно прожгло его душу. Это та же веточка, упавшая под ноги.

В городе, у частного мастера Виталия Рыжова, который кроме фамилии был огненно рыжий, с красноватым оттенком, по кличке Ржавый, заказал два портсигара с двойным дном и с гравировкой буквы В, обвитой розами,«В» это Валя, первая и она же последняя его любовь и единственная, но бывшая жена.

Постепенно начал обхаживать начальника склада готовой продукции Виталия Гвоздева, он же в будущем Гвоздь. Любителя пропустить рюмочку, затем подставить и шантажировать было не сложно начальнику режима.

А в подделке документов входа и выхода продукции Седых, тем более как начальник режима, виртуозней самого Аль Капоне.

Через некоторое время на фабрике незаметно исчезли двадцать бриллиантов. Но каким бы высококлассным жуликом не был Иван Иванович, пропажа как-то всплыла в годовом отчёте. Найти концов не удалось, тем более, что в расследование включился сам Седых, как начальник режима. Больше всех негодовавший и под всех копая. Тем более, что сор из избы никто не хотел выносить, всё-таки крупное, с Мировой известностью, уважаемое предприятие. Однако Виталию Гвоздеву и самому Седых пришлось уволиться.

Мастер Рыжов был не настолько глуп, чтобы не понять для чего начальнику отдела режима бриллиантовой фабрики понадобились металлические коробочки с двойным дном, прикрытые сигаретами. Седых тоже понимал, что шантажиста Ржавого лучше держать при себе, да и, теперь безработного, владеющего кое-какой информацией Гвоздева тоже.

С этого момента начала формироваться, как сейчас говорят, ОПГ. Теперь Седых стал Седым, а Гвоздев, Гвоздём.

Седой понимал, что реализовать камни сейчас, равно самоубийству, надо выждать, а затем вывезти их за границу, криминальные связи там у него остались ещё с военной службы.

Центральным «офисом» группировки стала загородная вилла Седого. Всё хорошо, но на халяву содержать и кормить двух оболтусов, Седой не собирался. Первую автомастерскую открыли в районе озера Рытого. Ржавый подобрал подходящих мастеров, с туманным прошлым. Затем, ещё четыре мастерские в разных местах, в том числе и в городе. Хоть девяностые давно прошли, тем не менее, местная братва начала наезды на новичков. Пришлось организовывать небольшую боевую группу, в основном из бывшей спецуры, ВДВ, Морпехов, брошенных государством. Для тренировок облюбовали заброшенную промзону. Командиром группы Седых назначил бывшего спецназовца капитана Волгина, по кличке Волга, вылетевшего со службы с белым билетом, а это значит и без пенсии, за то, что дал в морду гаду начальнику, когда тот приставал к молоденькой девочке. Волга и собрал группу и он же её сплачивал и тренировал. Седых купил для них два чёрных внедорожника.

ОПГ сформирована. Рэкетом и поборами они не занимались. Для содержания такой группы, Седой планировал покупать бензозаправки, магазины, кафе, рестораны и даже отель, где и работали бы, помимо прочих охранниками и участники банды. Полезные связи в областной администрации Седой уже завёл. Поскольку бандитизмом они не занимались, то Седых Иван Иванович становился уважаемым гражданином города.

Седой, Гвоздь и Ржавый сидели на террасе виллы мирно потягивая коктейли. Седой, – спросил Ржавый – что-то меня гложут сомнения, ты брюлики не толкнул ли, втихаря от нас? Ты что, спятил? – отрезал Иван Иванович. Ну так покажь, для убедительности. А глаза не лопнут? Не переживай за мои глаза, они прочно привинчены. Ты что, думаешь я на вилле их храню? А то где ж, самое надёжное место. Придурок, самое ненадёжное. Может тебе ещё сказать, где ключик от сейфа, в котором деньги лежат? Седой кончай мне туман в уши дуть, мы хотим узреть бриллианты. Правильно Гвоздь? Мы ведь их и не видели. Вообще-то я их видел, – ответил Гвоздь, но только не за пределами фабрики, посему не знаю, есть они, или нет их вообще.

Лады, помните озерцо на котором мы неделю назад отдыхали? Там ещё деревенька в километре полупустая. А что, ты там нас и утопишь? – Съязвил Ржавый. Я ж сказал придурок, мне легче вас пришить здесь и в соседнем лесочке закопать. Там тихое место, в будние дни никого нет. К двенадцати подъезжайте, если задержусь, подождите. Это на чём я доберусь в эту глухомань? Ржавый, сколько раз тебя акушерка головой об пол роняла, когда ты родился? У Гвоздя есть жигулёнок, с ним и доедете. Я рыжих не вожу – усмехнулся Гвоздь. Ты мне ещё поюмори, тоже мне Тарапунька со Штепселем – вымолвил Седых.

Гвоздь с Ржавым приехали к озеру около часа дня, Седой уже был на месте. Где вас носит? Да у Гвоздя не машина, а ведро с болтами, пока ехали два раза из этого ведра вываливались болты, причём, вместе с Гвоздём. Ещё один юморист, пора ездить по стране, на юморе зарабатывать – сердито буркнул Седой. Слушай, хватит нам мозг причёсывать, показывай бриллианты.

Никто и не обратил внимания на лежащий на боку, заляпанный грязью квадроцикл метрах в пяти, в высокой траве его особо и не было видно, а лежащего там же Витьку Вратаря тем более, кругом тишина, птички чирикают. Витька от шума машин начал очухиваться и услышав разговор про бриллианты, притих.

Седой достал из дипломата кожаную, квадратную сумочку, в ней два портсигара в разных отделениях, вынул их, открыл, вытряхнул в дипломат сигареты, поднял, по очереди перегородки двойного дна. Гвоздь и Ржавый остолбенели, в глазах заиграли бриллианты. Ууф, – выдавил Ржавый – жарища нестерпимая. Так вот озеро, – сказал Седой – искупайся, я тоже окунусь. Так я плавки не взял. Кто тебя тут увидит, никого нет, разве что озёрные наяды, можешь трусы не снимать, или у тебя их тоже нет? Ржавый быстро разделся и кинулся в воду, за ним Гвоздь. Седой тоже взопрел, поэтому положил сумочку с портсигарами в дипломат и неспеша пошёл в озеро. Вода у берега была тёплая и вся троица поплыла на середину. Благодаать! Витька быстро, ужом подполз к дипломату, взял из сумочки портсигары, насыпал в сумочку земли и так же тихо уполз куда подальше. Накупавшись, вся тройка выбралась на берег. Седой сразу убедился, что сумочка на месте и не заподозрил пропажу.

Всё, убедились? Теперь домой. А мне ещё надо на место определить бриллианты.

Всё бы ничего, но в банке, перед укладыванием сумочки в ячейку, что-то она ему не понравилась и он открыл её, а там земля. Седой позеленел, во рту пересохло, мозг помутился. Первая мысль на Гвоздя и Ржавого, но немного придя в себя, начал соображать, – они же были со мной, в озеро я пошёл после них, а выходили мы одновременно. Пошатываясь, даже не закрыв ячейку, поплёлся на выход, сумочку забрал с собой. Приехав на виллу, сразу позвонил Гвоздю – заезжай за Ржавым и срочно ко мне на виллу. Что за спешность и так намаялись за день? Я сказал срочно – рявкнул Седой. Попросил приехать и Волгу.