Виктор Саморский – Последний конвой. Часть 3 (страница 33)

Значит, не повезло, и бандюки все-таки напали. Ух как все плохо, пять человек охраны обоз не удержат, а из водил стрелки никакие, пришлось в этом лично убедится.

— Вась, — безо всякой надежды спросил он, — ты стрелять-то хоть умеешь?

Тот отрицательно помотал головой.

— Даже если бы и умел, — показал руку на перевязи, — пальцы не слушаются.

— Ясно, — помрачнел Стивен, прислушиваясь к грохоту выстрелов, — будь другом, принеси мой автомат.

— Да зачем он тебе? — вдруг возмутился младший научный сотрудник, — только с того света выкарабкался и опять за свое.

— Автомат! — коротко и веско бросил Стивен.

Василий забормотал что-то одними губами, долго копался в задней части микроавтобуса, роняя мелкие предметы, наконец притащил оружие. Стивен отсоединил магазин, заглянул внутрь — полный. Хорошо! Вернул обратно, снял автомат с предохранителя, перевел собачку на стрельбу одиночными.

— Дополнительные магазины в разгрузке были, — с трудом просипел он. Долго разговаривать было все еще очень трудно.

Василий вернулся и на этот раз гремел стеклом и железом в два раза дольше. Разгрузку он так и не нашел, только подсумок, но искомое внезапно обнаружилось именно в нем.

— Помоги выбраться из машины.

— Ты что сдурел? Тебе еще нельзя ходить. Постельный режим.

— По-мо-ги!

Василий открыл дверцу, выскочил наружу, обошел машину по кругу, обхватил Стива под мышки и потянул на себя. Грудь просто взорвалась от боли, но Стивен вытерпел, изо-всех сил сжав зубы.

Нечего страшного, у него высокий болевой порог. Жизнь в гетто многому научила, а пустыня закрепила приобретенные навыки.

С трудом устоял на ногах, придерживаясь за распахнутую настежь дверцу. Голова сразу закружилась, но через пару секунд все пришло в норму.

— А теперь уходи!

— Куда?

— В окоп!

— А ты?

— Как получится.

— Я никуда не пойду без тебя.

Стивен закинул автомат на плечо, очень уж тяжелый, зараза. Осторожно отпустил дверцу и сделал первый неуверенный шаг. Пошатнулся, но устоял на ногах. Развернулся всем корпусом к Василю:

— Уходи! Через пару минут тут будет опасно.

Больше он не оборачивался, если у младшего научного сотрудника есть хоть небольшая капелька мозгов, он безусловно выполнит приказ. Ну а если нет… то на нет и суда нет. Дураки и трусы в перестрелке обычно не выживают.

Собрался с силами, аккуратно сделал еще пару шагов. Вроде бы ноги держат. Боец из него сейчас, конечно, как из попа балерина. Поэтому соваться на первую линию обороны смысла нет. А вот где-нибудь залечь и оттуда время от времени постреливать, он вполне сможет. Нужно только повыше забраться, чтобы видимость была хорошей.

Сейчас самое безопасное место — это бензовоз. Если нападающие не совсем идиоты, то стрелять в сторону горючки не будут. Иначе вообще какой смысл нападать на колонну? Захватив технику, они же без горючего никуда ее отогнать не смогут. А хабар они в таком случае на себе потянут? Нет, конечно! Пожалуй, соляра — самое ценное, что есть в конвое. Значит, цистерны постараются сохранить в целости и сохранности. Чем и можно воспользоваться.

Ну а если не повезет, то не повезет. Факел будет большой и красивый, а для самого Стивена все закончится мгновенно.

Кое-как доплелся до бензовоза, с ужасом посмотрел на крышу кабины — нет, не подняться — слишком высоко. Руки дрожат, в глазах двоится, ноги подкашиваются. Сейчас бы прилечь и пару часиков вздремнуть…

Побрел, цепляясь за бочку к задней части, там лестница. Можно попробовать забраться на площадку наверху цистерны. Достаточно высоко, чтобы получить хороший обзор. Правда, чтобы стрелять лежа на пятнадцати тоннах огнеопасной жидкости нужно либо иметь стальные яйца, либо совсем не иметь мозгов. Для меня больше всего подходит второй вариант.

Наверх поднимался с остановками и передышками, как столетний дед. Но ничего, справился. Потянул автомат с плеча, пристроил в основании горловины цистерны, ухватился за ограждение, слегка приподнял вверх голову, осмотрелся.

Перестрелка в самом разгаре. Наступающие рассредоточились цепью по обе стороны от дороги. Даже навскидку их слишком много, человек тридцать — сорок. Ведь никаких шансов отбиться. Если штурмовики не вернутся вовремя, то все, нам — кранты.

Стивен прижал приклад к плечу и принялся выискивать цель. Организм привычно вошел в боевой режим. Сердце стало биться ровно и размерено, постепенно затухли эмоции, сознание отодвинулось назад. Перед глазами поплыл багровый туман, мозг перешел в режим хронометра.

Самая опасная цель — шахид-мобили. Движутся быстро, попасть сложно.

Стивен взял на прицел первый багги, затаил дыхание.

Шахид действительно мчался с бешеной скоростью, высоко подпрыгивая на непомерно вздутых шинах, стоило ему наскочить на любую неровность грунта. Траектория движения автомобиля почти непредсказуемая, а значит сопровождение движущейся цели становится нетривиальной задачей.

Остается «предсказание». Наполовину интуитивный метод расчета многочисленных факторов, влияющих на вектор движения цели, и выстрел в место предполагаемого нахождения цели в тот момент, когда пуля достигнет точки прицеливания. Иными словами, стрельба «на удачу» или «на повезет».

Легкое нажатие на спусковой крючок, щелчок, отчетливый лязг затвора сквозь грохот выстрела. Стивен еще успел заметить, как резко ткнулся носом в небольшой бархан багги с мертвым водителем, и как не удержавшись на ставшей дыбом машине, полетел наземь пулеметчик. А потом отдача согнула его пополам…

Если до этого казалось, что в грудь воткнули раскаленную арматуру, то теперь, видимо, его тело пронзил нагретый до красна лом. Словно глубоководная рыба, вытащенная из воды, Стивен открывал и закрывал рот, не в силах вдохнуть. Спазмом скрутило не только грудную клетку, но и живот. По губам потекла струйка крови, из горла вырвался булькающий хрип.

Он потянулся к ограждению и, что есть сил, вцепился в железный прут побелевшими от напряжения пальцами. Перед глазами потемнело, в ушах раздался знакомый до чертиков звон.

Нет! Только не сейчас.

Несколько секунд баланса между тем и этим светом, а затем что-то хрустнуло в груди и легкие словно кипятком обжег вдох. Сердце колотилось как ненормальное, видимо, уровень адреналина превысил все мыслимые и немыслимые нормы.

Стивен несколько раз старательно вдохнул и выдохнул, хрипы не исчезли совсем, но утихли. Как ни странно, дышать стало гораздо легче. Сердце тоже понемногу успокаивалось, замедляло ритм, а вот противное жжение в груди усилилось. Сильно тряхнув головой, чтобы прояснить сознание, он вновь потянулся за автоматом.

Прошептал едва слышно:

— Все будет хорошо.

Верил ли он сам в сказанное? Если честно, то не особо.

Выцелил боевика с гранатометом и плавно нажал спусковой крючок. Автомат коротко дернулся, изрыгнул пламя, клацнул затвором. Стивен осторожно потянул носом воздух в легкие. Там опять что-то хрустнуло и чавкнуло, но в этот раз спазма не было. Дыхание не прервалось.

Ну вот и славно. А теперь спокойно, не торопясь, сделай это еще раз.

Щелчок, грохот выстрела, лязг затвора. Боевик, слегка приподнявший голову над кучей песка тут же рухнул обратно с дыркой в черепе.

Еще один готов! Три из трех. А я, оказывается, неплохо стреляю.

Стивен уже хотел взять на прицел следующего, но тут разом поднялась вся цепь, видимо, главарь отдал команду наступать. Рука рефлекторно потянулась к Калашу, чтобы переключить на автоматический огонь. В самую последнюю секунду он одернул себя.

Не стоит.

Канонада усилилась, заработал временно молчавший пулемет на водовозке, принялся выкашивать первый ряд наступающих. Из-за песчаного холма на большой скорости выскочил еще один Шахид, тормознул на секунду, затрещал М240, поливая огнем водовозку. Дуэль длилась недолго, со стороны обороняющихся рявкнул РПГ.

Боевики вновь попадали на песок, пытаясь укрыться от крупнокалиберного свинцового дождя обильно разбрызгиваемого Кордом. Багги попытался удрать, но очередь настигла его, разнесла содержимое в клочки. Взвился к небу очередной фонтан песка — гранатометчик отработал по цели повторно и не безрезультатно.

Красавчик!

Цепь наемников вновь поднялась и пошла в атаку, но уже без прежнего энтузиазма. Еще некоторое время обороняющимся удавалось сдерживать порывы боевиков, но исход сражения был предрешен. Снова замолчал Печенег на водовозке, теперь грохотал только Корд. Несколько секунд непрерывной очереди и лента закончилась.

Успеет ли расчет вовремя перезарядить?

Тем временем первый ряд наступающих преодолел заслон из ящиков. Откуда-то слева из-под грузовика выскочил Чекист, размахнувшись метнул гранату. Бросок не задался, эргэдэшка легла совсем рядом, между контейнерами. Там, где сейчас не было ни одного наемника. Почти неразличимый в общем шуме хлопок, осколки ушли в песок, никого даже не задело.

Чекист извлек еще одну гранату, на глазок оценил расстояние, затем выскочил на открытое пространство, размахнулся и швырнул вторую. Вокруг него моментально вскипел песчаный водоворот пулеметной очереди, видимо, поэтому и второй бросок у него толком не вышел. Граната упала почти в тоже самое место, хлопнула вхолостую.

А затем адский грохот разорвал пространство надвое.

Стивен даже не сразу понял, что же это такое? Но через секунду, когда земля перестала содрогаться, а цистерна ходить ходуном, сообразил, что политрук заранее заминировал проходы к лагерю. Разом сдетонировавший запас противопехотных мин разметал почти весь первый ряд нападающих. Неплохой такой получился «сюрприз».