Виктор Печорин – Артефакт для Сталина (страница 10)
А то, что Гроб Иисуса, точнее, выдолбленная в скале пещера, в которой он был похоронен, по счастливой случайности оказался в нескольких шагах от места его казни – не странно?
На самом деле все было иначе. Императрица полагала, что место, которое для нее было священным, должно было быть священным во все времена, и, стало быть, должно быть чем-то обозначено. И тут взгляд ее натыкается на приютившиеся на краю города изящные святилища Сераписа и Астарты, построенные Адрианом. Конечно же, это неспроста – думает императрица. Наверняка тот храм, что повыше – и есть Голгофа, а что пониже – Гроб Господень. А тут, откуда ни возьмись, и целехонький крест обнаруживается, и даже гвозди, почти не ржавые, – ну кто бы мог подумать! И она, конечно, немедленно приказывает перестроить языческие капища в Храм Гроба Господня и Храм Святого креста, под полом которого в срочном порядке ищут – и, конечно, находят! – три отверстия, соответствующие трем крестам, описанным в Евангелии. Как будто римляне всегда казнили только по трое, а не по четверо или по пятеро. Видимо их римский бог тоже троицу любил.
Понятно, никому в те времена и в голову не пришло усомниться в археологических способностях императрицы.
Но мы-то не в те времена живем. Вы заметили, какую глубину имеют отверстия, в которых, якобы, держались кресты?
– Ну, сантиметров пятнадцать примерно, не больше, – сказал Рафик.
– Вот именно. Думаете, тяжеленный двухметровый столб да еще с прибитым к нему человеком в таком мелком гнездышке удержится?
– Конечно, не удержится, и думать нечего!
– Вот! А нам внушают, что именно тут он и стоял. А теперь вспомните, каковы расстояния между отверстиями? И размер самой скалы. Могли ли там реально разместиться три настоящих распятия? Да еще не стоит забывать – тут где-то и римским воинам нужно было стоять. Да еще кресты куда-то класть, когда к ним людей прибивали.
– И, правда, – там ведь места-то совсем мало! Там можно только игрушечные распятия воткнуть, вроде тех, какие по Виа долороза паломники носят.
– Профессор, вы хотите сказать…
– Вы правильно угадали, юноша! Это никакая не Голгофа!
– И там не похоронен Адам?
– А кто вам сказал, что он должен быть похоронен именно там?
– Ну, как же, это же старинная еврейская легенда…
– Дорогой мой, у евреев много легенд. Возможно, есть среди них и такая. Но помимо легенд существуют ведь более авторитетные источники, священные тексты, например. Вот посмотрите, – профессор снял с полки толстый манускрипт в кожаном переплете со множеством закладок, и, развернув книгу, ткнул пальцем в квадратные, похожие одна на другую буквы на одной из страниц. – Это книга Берешит-рабба. Видите, что тут написано?
– Простите, профессор, но…
– Ну да, извините, это же древнееврейский. Ну, здесь говорится, что Адам похоронен в склепе Махпелы в Хевроне. А вместе с ним в этом склепе покоятся останки других почитаемых патриархов
– Значит, Адам похоронен в Хевроне? И что, там можно увидеть тело Адама? Вместе с головой?
– Увы, нет. На самом деле в Хевроне есть гробницы только трех патриархов. Могила Адама не сохранилась. Да и сами подумайте, когда жил первый человек? Могли ли его останки сохраниться до нашего времени?
– Что же получается? – рассуждал Рафик по пути в гостинцу. – Головой тамплиеров не могла быть ни та мертворожденная голова, – потому что она была выброшена в море, ни голова Адама, потому что ее не было в Иерусалиме. Так какой тогда голове поклонялись тамплиеры во время своих тайных обрядов?
Не успели они войти в свой номер как раздался звонок телефона.
– Вас ожидают на ресепшене, – пролепетал женский голос с сильным акцентом.
У стойки регистрации Антон обнаружил смуглого парня, по виду – местного, растянувшего рот в дружелюбной улыбке.
– Я слышать ты искать голову?
Антон кивнул в знак согласия.
– Я знать человека, который имеет информация, – незнакомец взял Антона за локоть, отводя его от стойки регистрации, чтобы не быть в центре внимания. – Информация стоит деньги.
Антон пошарил в карманах брюк и извлёк десять долларов.
– Хороший информаций у меня, – продолжил незнакомец, выразительно взглянув на купюру.
Антон добавил ещё три десятки.
– Ещё один и о’кей, – прищурился незнакомец.
В ответ на пятую десятидолларовую купюру парень протянул небольшую бумажку, на которой было написано имя и адрес.
– Понятно?
– Александрия? Я заплатил тебе деньги за листок с египетским адресом? И всё? А вдруг ты меня обманываешь?
– Нет, нет. Всё хорошо, окей? Это мой дядя. У меня есть еще номер телефона, – вымогатель протянул руку в ожидании очередного вознаграждения. – Позвонишь, он знать русский, окей?
Антон помедлил, сомневаясь, стоит ли верить незнакомому человеку. Но что было делать? Да и мысль о таинственной голове не давала покоя. Однако у него с собой больше не было наличных.
– Чёрт! – выругался он.
– Что не так? – забеспокоился незнакомец.
– У меня с собой больше нет денег, мне нужно подняться в номер. Подождёшь?
– Да, да, я ждать.
Антон направился к лифту, где столкнулся с Рафиком.
– Рафик, у тебя не найдётся пары десяток.
– А я только собрался расслабиться в баре, – вздохнул Рафик, вынимая две десятки.
– Мы на работе, – улыбнулся Антон. – Не время расслабляться. Похоже, следующая остановка – Египет.
– Что? Опять куда-то лететь? – Рафик схватился за голову, изображая панику. – Хочу домой!
– Не переигрывай! – Антон повернулся в сторону холла, и увидел, как двое мужчин, один повыше и помассивнее, другой пониже, тащат его информатора к выходу.
– Эй, вы, постойте, это какая-то ошибка! – закричал Антон, кинувшись за ними. Один из мужчин, повернувшись, бросил на него выразительный взгляд и, распахнув пиджак продемонстрировал кобуру на поясе, из которой виднелась рукоять пистолета. Антон застыл на месте, провожая троицу растерянным взглядом.
Девушка за стойкой на ресепшене только пожала плечами в ответ на его немой вопрос.
Полет над Александрией
Поднявшись по узкой, опасно поскрипывающей деревянной лестнице (пришлось останавливаться несколько раз, чтобы передохнуть и унять дрожь в коленях) на самый верх высоченной каменной башни, стоящей над сухим руслом канала, Антон постучал в дверь, выкрашенную в синий цвет. Ответа не было. Он поискал кнопку звонка, но обнаружил только какой-то бронзовый крючочек, торчавший из стены. Потянув за него, услышал в глубине дома мелодичный звон. Через некоторое время дверь открылась. За ней никого не было. Единственное, что могло открыть дверь, было нелепое механическое устройство, напоминающее протез руки. Как только Антон с Рафиком переступили порог дома, механический «швейцар» закрыл дверь, лязгнув тяжелым засовом.
– Ого, сними-ка это! – сказал Антон Рафику. – Есть кто дома?
– Русский? – раздался голос из другой комнаты. – Ахлан васайлан! Доброго пожаловать!
В скромно обставленной комнате у стола, заваленного металлическими и деревянными деталями непонятного назначения, пружинами, колесиками, а также различными инструментами, сидел человек неопределенного возраста в засаленном бежевом халате. При виде гостей он кивнул, отложил в сторону нечто, напоминающее металлический макет руки, слегка отодвинулся от стола и выкатился к гостям на инвалидной коляске.
– Икрам, – представился он, и они обменялись рукопожатиями, – люди зовут меня мажестир, по-вашему – мастер.
Показав на широкий низкий диван, занимавший весь дальний угол комнаты, хозяин предложил:
– Присаживайтесь. У нас говорят: «Гость – посланец Аллаха!». Кофе? Итак, что вас привело ко мне?
– Ваш племянник дал адрес, – сказал Антон.
– А, этот шалопай… Он уехал в Палестину, на заработки. У нас-то здесь революция, работы нет, только митинги. Так вы видели Шамси? И что он вам наплел?
– Он сказал, что у вас есть информация про древний артефакт – про голову, которую мы ищем.
– Про голову? Вот негодник!
– Так вам действительно что-то известно?
– Я не хотел бы преждевременной огласки… Этот Шамси такой несдержанный на язык.
– Обещаю вам, что все останется между нами.
В этот момент раздалось мерное позвякивание, как в поезде звякают стаканы в подстаканнике. Раздвинулась драпировка одного из дверных проемов, и оттуда выкатилась фигура девушки в индийском наряде, держащей в одной руке дымящийся кофейник, а в другой – поднос с чашками и сладостями. Девушка была, не настоящая, механическая. Она стояла на невысокой платформе, движущейся на колесиках. Под удивленными взглядами гостей, кофейник в руке девушки-автоматона наклонился над одной чашкой и чашка наполнилась кофе. После этого большая тарелка повернулась, и перед кофейником оказалась другая чашка, пустая. Когда она наполнилась, тарелка снова повернулась, подставив под кофейник еще одну чашку.
После этого мажестир нажал незаметный рычажок, выступающий на боку автоматона, отчего девушка замерла, и предложил угощаться.
Опасливо взирая на удивительную прислугу, Антон и Рафик взяли с подноса чашки и лукум. Кофе оказался замечательным – такого они еще никогда не пробовали.