Виктор Носатов – Адъютант Бухарского эмира (страница 13)

– Ну, вы прямо колдун, – вместо слов приветствия сказала Соломея, пожимая своими горячими мягкими пальцами его жилистую руку.

– Из ваших слов я заключаю, что нынешним вечером вы свободны, – уверенно сказал Агабек, делая знак извозчику, чтобы тот подъехал.

Выехав на единственное шоссе, ведущее в центр и к резиденции сбежавшего эмира, возница взмахнул камчой, и рессорный экипаж, раскачиваясь из стороны в сторону, то и дело подскакивая на ухабах, помчался по главному городскому проспекту.

Прижавшись к Агабеку, Соломея радостно сообщила:

– Мой жених срочно выехал вместе со своим начальником в Карши. Говорят, что там взбунтовался бухарский полк…

– Ну, взбунтовался – это громко сказано, – со знанием дела перебил ее Агабек. – Просто казначей, направленный неделю назад из Бухары, до сих пор не выдал солдатам жалованье. Как только они получат свои гроши, то сразу же успокоятся.

– Откуда вы все это знаете? – удивленно повела бровью Соломея.

– Ну, кому же, как не мне, знать о том, что происходит во вверенном мне гарнизоне.

– Ах да! Я чуть было не забыла, что вы разведчик, – воскликнула женщина, – значит, это с вашей подачи мой жених выехал в Карши?

– Ну, в какой-то мере… – неопределенно сказал Агабек.

– Значит, ради меня вы пошли на служебный обман?

– Ну, обмана здесь никакого нет. Скажу больше. Бухарскому военному министру уже давно надо было разобраться со злоупотреблениями командования многих своих частей, расквартированных не только в Карши. А там командир полка и его заместители, по моим сведениям, уже продолжительное время недодают солдатам жалованье, и кассир действует заодно с ними.

– Не может этого быть! – искренне удивилась Соломея, но немного подумав, покачала головой. – А впрочем, сегодня ничему не стоит удивляться. Недавно Садвакасов хвалился, что у него в гостях был командир полка из Карши, который подарил ему драгоценный кинжал старинной работы. Кстати, сегодня он и хотел показать мне эту драгоценную игрушку.

– Теперь вы видите, что и у вашего женишка рыльце в пуху, – подлил масла в огонь Агабек.

– Давайте не будем о плохом, – неожиданно сказала Соломея, – давайте позабудем обо всей этой неприглядной действительности и в полной мере насладимся неожиданной свободой.

В чайхане, где Агабек был завсегдатаем, было тихо и уютно. В качестве прислуги здесь служили многочисленные братья хозяина заведения, всегда опрятно одетые и в меру услужливые.

Агабека встретил сам хозяин, среднего роста толстяк в светлом халате и расшитой золотом тюбетейке.

– Ассалям алейкюм, – приветствовал он дорогого гостя.

– Алейкюм ассалям, – ответил Агабек и многозначительно взглянул на хозяина.

– Для вас, уважаемый Агабек, и для вашей ханум я могу предложить отдельную комнату. Достархан накрыть как обычно?

– Да! И желательно побольше фруктов и сладостей.

– Проходите, уважаемый! Сейчас все будет готово, – проводил в уединенную комнату дорогих гостей хозяин. Тотчас расторопные чайханщики принесли столик, уставленный всевозможными яствами. Здесь были и ароматный, чарующий своим нежным вкусом плов, и горка золотистых лепешек, и нежная и воздушная пахлава, таявшая во рту, и иранские фисташки, и курага, и, конечно же, огромное блюдо всевозможных фруктов.

– Прошу, – радушно предложил Агабек, приглашая свою спутницу к сказочному достархану.

– Вы и в самом деле настоящий восточный волшебник, дэв, – восхищенно сказала Соломея, удобнее устраиваясь на горе разноцветных подушечек, разбросанных на ковре.

– Садитесь поближе! Пировать так пировать! – воскликнул Агабек и, примостившись рядом, налил два бокала красного густого и терпкого вина.

– За наше неожиданное знакомство! – провозгласил он.

– За знакомство! – поддержала Агабека Соломея, бросив на него томный, чарующий взгляд.

– Мы договорились встретиться сегодня вечером, – сказал Агабек, заключая свой доклад резиденту об удачно прошедшей вербовке агента Золотая ручка.

– А почему именно Золотая ручка? – полюбопытствовал Лацис.

– У нее и в самом деле нежные, чуть тронутые золотом смуглые ручки, – самозабвенно ответил Агабек.

– Вы меня удивляете, товарищ Агабек, – вскинул голову Лацис. – Вы что, влюбились в нее, что ли?

– Нет! Солдат революции не имеет на это права, – подавляя в себе все светлые воспоминания прошедшей встречи, отчеканил Агабек.

Лацис несколько мгновений пытался буравчиками своих пронзительно-голубых глаз высверлить правду, но наткнувшись на сверхпрочную породу, прикрывающую нутро одного из лучших своих сотрудников, отступился, прекрасно понимая, что контролировать души своих подчиненных он не в состоянии. «Дай бог с текущими задачами справиться», – подумал он, отводя взгляд от лица Агабека.

– Когда же ждать первых результатов? – уходя от начатого им щекотливого разговора, спросил Лацис.

– Может быть, сегодня, а может быть, завтра. Все зависит от обстоятельств, – неопределенно сказал Агабек. – Товарищ Лацис, я бы хотел уточнить, сколько мы в состоянии платить за полученную информацию? – обратился он со встречным вопросом.

Лацис сморщился, словно от зубной боли.

– Даже за самую ценную информацию я могу выдать не больше пятидесяти рублей золотом.

«Это около полутора миллионов местных тенге», – подсчитал Агабек в уме.

– Да за эти деньги я не только список контрреволюционеров добуду, но и всех их пособников и финансистов, вместе взятых.

– Не говори гоп, пока не перепрыгнешь, – осадил сотрудника Лацис. – Мы должны выявить и арестовать не только заговорщиков, но и их покровителей за рубежом. А для этого нам нужны все их связи и агенты. Кроме всего этого, для проведения революционного суда над заговорщиками у нас должны быть на руках документы, доказывающие связи контрреволюционного подполья с басмачеством и байской верхушкой Афганистана. Именно поэтому, пока не поздно, нам нужно и там формировать агентурную сеть, и прежде всего в лагерях басмачей, которые дислоцируются за границей. С теми агентами, которых мы сегодня имеем, все эти вопросы не решить. Необходимо искать новые пути.

– Я предлагаю на первых порах более плотно заняться англичанами, которые недавно прибыли в Бухару по линии Красного Креста и Красного Полумесяца.

– Кто-то из прибывших вызывает подозрение?

– Да! Некий мистер Хадсон. По информации агента «Чалма», он случайно увидел белого человека в одном из дальних городских переулков. В захудалой чайхане тот беседовал с другим белым человеком, высокого роста, круглолицым, с большим красным носом. Агент говорил, что он уже видел этого человека на недавнем параде бухарских вооруженных сил.

– И кто же это?

– Пока не знаю. Но я поставил задачу найти этого «носатого» и проследить за ним до места жительства или работы.

– Ну, раз вы начали разработку англичан, вы и продолжайте это дело дальше, – не терпящим возражения тоном сказал Лацис.

– А в помощь кого-нибудь дадите? – без всякой надежды на успех спросил Агабек.

– Дам! – немного подумав, сказал резидент. – Старков давно просится на дело.

– Старков? – разочарованно переспросил Агабек.

– Да, Старков, – подтвердил Лацис.

– Но он же только-только от станка и ничего в нашем деле не смыслит, – пытался возразить Агабек.

– Вот и учите его, товарищ Агабек. Старков прибыл к нам по рекомендации сибирских чекистов. Человек грамотный, из рабочих. Недавно в партию вступил. Такими людьми разбрасываться никто не позволит!

– Все понятно, товарищ Лацис, – согласился Агабек.

– С сегодняшнего дня он поступает в полное ваше распоряжение. Вы знаете, где его найти?

– Да. Насколько я знаю, он уже третий день работает делопроизводителем в местной организации по заготовке шерсти.

Лацис вытянул за цепочку отливающие серебром карманные часы и нажал на кнопку. Щелкнув, часы раскрылись. Послышались переливчатые звуки марша «Прощание славянки».

– Через два с четвертью часа я встречаюсь с товарищем Старковым на конспиративной квартире. Не позже двенадцати часов жду вас там.

Конспиративная квартира находилась в семейном общежитии для совслужащих, работающих в самых различных учреждениях Бухары. Этот факт давал чекистам полную свободу действий. Во-первых, двери общежития были открыты и днем и ночью, а во-вторых, здесь никого не спрашивал о цели визита. Квартира находилась в торце второго этажа. Ее окна выходили как на улицу, так и во двор, позволяя знающему человеку, в случае необходимости, незаметно скрыться. На условный стук дверь открылась. На пороге стоял худощавый молодой человек с красивыми черными усами, в хромовых сапогах, в косоворотке с кожаным поясом и в картузе.

– Я к Леониду Модестовичу, – произнес Агабек пароль.

– Леонид Модестович скоро будет, – явно волнуясь, выпалил Старков и, отступив от двери, пропустил гостя внутрь комнаты. После этого он суетливо выглянул в коридор и захлопнул дверь.

– Вы товарищ Агабек?

– Да.

– Я Старков.

– Я знаю.

– Товарищ Лацис вас не дождался. Он очень торопился. Уходя, сказал, что я поступаю в полное ваше распоряжение. Скажу откровенно, мне уже порядком надоело возиться с бумажками. Хочется настоящего дела. Когда же мы будим ловить контрреволюционеров и шпионов? – нетерпеливо спросил Старков.