Виктор Нейро – Тень прошлого (страница 1)

Виктор Нейро

Тень прошлого

ГЛАВА 1. УТРО НА ВЕНЕРЕ-4

Часть 1. Яблоня

Лин проснулась от запаха яблок.

Этот запах был везде – в простынях, в волосах Зака, в воздухе, который влетал в открытое окно вместе с утренним туманом. Он пах детством, домом, чем-то таким родным, что у неё каждый раз сжималось сердце.

Она открыла глаза.

Потолок их спальни был всё тем же – деревянные балки, которые Игнат собственноручно выстругивал сорок лет назад, когда они только начинали строить этот дом. На балках до сих пор остались его метки – кривые зарубки, которыми старый механик отмечал этапы работы. «Здесь спать будут», «Здесь я чуть не убился», «Здесь Дилла ругалась, потому что я криво прибил».

Лин улыбнулась.

Рядом заворочался Зак. Он всегда просыпался тяжело, будто выныривал из глубокого океана. Сначала всхрапывал, потом начинал шарить рукой по постели в поисках жены, а найдя – прижимался и затихал ещё на минуту.

– Ты спишь? – шепнула Лин, хотя знала ответ.

– Мммм?

– Яблоки поспели.

– Мммм.

– Надо собирать.

– Пусть висят.

– Зак.

– Лин.

Она повернулась к нему. Он лежал с закрытыми глазами, но на губах уже играла улыбка – та самая, мальчишеская, от которой у неё до сих пор подкашивались колени, хотя прошло двадцать лет.

– Ты притворяешься, – сказала она.

– Я пытаюсь досмотреть сон, где ты молодая и голая бегаешь по поляне.

– Я и сейчас молодая.

– Ты самая молодая из всех старых женщин, которых я знаю.

– Спасибо, – фыркнула Лин и ткнула его локтем в бок. – Вставай, герой-любовник. Дети встанут, увидят нас в постели, опять будут морщиться.

– Пусть морщатся. Мы им жизнь дали. Имеем право на разврат.

– Зак!

Он наконец открыл глаза. Серые, с крапинками, всё те же, что и в первый день их встречи. Посмотрел на неё долгим, жадным взглядом, от которого Лин захотелось спрятаться под одеяло и одновременно – прижаться к нему всем телом.

– Ты всё ещё красивая, – сказал он.

– Ты всё ещё врёшь.

– Никогда не врал.

Она знала, что это правда. Зак вообще не умел врать. Когда пытался – у него начинали дёргаться уши, и это было так смешно, что все сразу понимали: механик что-то темнит.

Лин провела рукой по его щеке. Щетина кололась – значит, вчера опять забыл побриться. Морщин прибавилось, особенно вокруг глаз. И седина на висках стала гуще, заметнее.

Но для неё он всё равно был тем самым парнем, который двадцать лет назад смотрел на неё, как на чудо, и не верил своему счастью.

– Я люблю тебя, – сказала она просто.

– Я знаю, – ответил он. – Иди сюда.

Она придвинулась. Он обнял. За окном шумел ветер, где-то далеко лаяла собака, пахло яблоками и утром, и жизнью, такой обычной и такой драгоценной.

– Мам! Пап! Вставайте!

Дверь распахнулась. В комнату влетела Айра.

Лин и Зак даже не дёрнулись. За двадцать лет родительства они привыкли к тому, что дети врываются в самые неподходящие моменты.

– Мы не спим, – спокойно сказала Лин.

– Я вижу, что не спите. Вы обнимаетесь. Фу.

– Айра, – вздохнул Зак, – тебе шестнадцать. Ты уже должна понимать, что родители имеют право обниматься.

– Имеют. Но не при детях.

– Ты ворвалась сама.

– Потому что срочно! – Айра топнула ногой. – Там Арэн опять подрался! А Мика закрылся в лаборатории и не выходит третьи сутки! А Игнат с Диллой ругаются так громко, что весь посёлок слышит! А Кор прислал сообщение, что хочет видеть совет! А у нас яблоки гниют!

Лин и Зак переглянулись.

– Кофе сначала, – сказал Зак. – Потом апокалипсис.

– Пап!

– Кофе, – повторил он. – Или я не встаю вообще.

Айра закатила глаза так выразительно, что это могло бы стать отдельным видом искусства. Развернулась и вылетела из комнаты, хлопнув дверью.

– Она в тебя, – заметил Зак.

– Она в нас обоих, – поправила Лин. – Упрямая, как я. Шумная, как ты.

– Значит, пропала.

– Значит, красавица.

Они полежали ещё минуту. Потом Лин решительно встала, накинула халат (старый, Игнатов ещё, перешитый Диллой раз десять) и подошла к окну.

Венера-4 просыпалась.

Посёлок раскинулся внизу, на склоне холма. Белые домики с красными крышами, мастерские, школы, теплицы. Люди уже выходили на улицу – кто-то нёс ведро с водой, кто-то вёл детей в школу, кто-то просто стоял и смотрел на восход.

Солнце поднималось медленно, золотя верхушки деревьев. Вдали синел лес, где жили Древние, а ещё дальше, у горизонта, блестело море.

– Красиво, – сказал Зак, подходя сзади и обнимая за талию.

– Каждый день смотрю и не могу насмотреться.

– А я на тебя не могу насмотреться.

– Льстец.

– Правдолюб.

Она повернулась к нему, поцеловала быстро и выскользнула из объятий.

– Иди спасай сыновей. Я к старикам.

– Удачи. Там, наверное, уже трупы.