Виктор Немарин – Слепки (страница 2)

На выходе из офиса ему позвонила жена и попросила быстрее приехать, чтобы в конце концов разобраться с проживавшим через стену с их спальной соседом-меломаном. Она уже вызывала полицию, но после её отъезда он опять всем назло включил музыку ещё громче.

Сильно уставший за день на работе сыщик приехал к подъезду, в котором он проживал вдвоём с молодой красавицей женой, в половине одиннадцатого вечера. На улице было тихо, кроме ночника в одной из комнат другого света в апартаментах соседа не было видно. «Наслушался музыки и собирается спать, сукин сын?» – Глеб всё ж таки решил ещё раз очень серьёзно предупредить идиота, – «Ладно, но это, клянусь, точно будет в самый последний раз!» Он поднялся на третий этаж и постучал в квартиру номер сорок три. Никто не открыл ему, тогда он позвонил несколько раз в звонок… Похоже, что бешеного любителя музыки вовсе не было дома. На улице с ним поздоровались приехавшие с вечернего киносеанса соседи со второго этажа. Глеб попрощался с ними на лестничной площадке, когда все вошли в подъезд, и быстрым шагом пошёл пешком вверх по лестнице. Открыв дверь квартиры ключами, он зашёл в прихожую. Свет горел только в спальной. В ней хозяина квартиры и верного мужа ждал неприятнейший и никак не ожидаемый сюрприз в виде двух голов молодых людей, торчащих совсем рядом из-под одеяла. Одна из них принадлежала его жене, а другая – соседу-меломану. Шокированному увиденным Глебу стало не по себе, во рту появился кисловатый привкус. Не получалось произнести ни слова. Меломан-любовник откинул одеяло и выстрелил в обманутого мужа дротиком в живот из какого-то странного оружия, похожего на маленький арбалет. Глеб почувствовал жжение на коже живота, сильную усталость, после чего он медленно опустился по стене, лёг на пол и потерял сознание.

В спальной комнате стоял запах сильного перегара. В углу комнаты валялась на боку самую малость недопитая бутылка водки. Участковый инспектор бил по щекам с трудом открывающему, закрывающему и опять открывающему глаза сидящему напротив кровати Глебу. Два трупа – его жены и соседа меломана лежали голыми на кровати с перерезанным горлом и многочисленными ножевыми ранами на окровавленных простынях. Сквозь похмельный туман слышались отрывки диалогов:

– Мы виделись с ним вчера вечером, он вышел из второго подъезда и пошёл домой, – женский голос дрожал от чрезмерного волнения, – он был нормальный!

– Да, мы поздоровались, – с досадой добавил мужской голос, – раньше он всегда был в норме. Они никогда раньше не ругались, никогда…

– Такой крик стоял! – женщина начала всхлипывать, – они просили его о пощаде!

Глеб открыл глаза, посмотрел на участкового, продолжавшего шлепать ладонями по его лицу, потом повернул глаза в сторону кровати. Его вырвало прямо на форменные брюки полицейского.

– Ты чего, гад, наделал! – участковый подскочил и выбежал из спальной в ванную комнату. Вместо него вошли двое в штатском и с очень серьёзными лицами уставились на уже можно сказать бывшего следователя уголовного розыска.

– Зачем же сразу убивать? – штатский присел рядом с бывшим коллегой с другой стороны от блевотины и положил ему руку на плечо, – Вы же нормальный человек, следователь!

Глеб открыл глаза, взглянул на кровать и его снова вырвало, на этот раз прямо на итальянский пиджак капитана отдела полиции по особо опасным преступлениям.

Всю неделю после ареста следователя уголовного розыска Глеба Вебера в отделе царило гробовое молчание, ежедневно прерываемое возгласами: «А я говорил! В тихом омуте черти водятся!» – из кабинета начальника, без остановки звонившего и отвечавшего на звонки. Следователь по особо важным делам, немолодой майор, пришёл в отдел уголовного розыска для проведения дополнительного расследования. Начальник отдела был вне себя от эмоций:

– Я так и знал! Я таак и знаал! – он три раза с силой ударил по столу правой ладонью, – он что-то рассказывает в своё оправдание?! Может, требует детектор лжи?

Майор начал кивать головой, опуская её всё ниже и ниже.

– Чтоооо! – начальник заново хлопнул с ещё большей силой ладошкой на этот раз по своей ноге рядом с коленом, – вот ведь сучий сын! Знает, наверное, как и его подследственный по банку, как обманывать эту машинку!

– Что-то мне не очень верится, что он мог зарезать у себя дома свою жену с другим человеком.

– Не с человеком, а с человеком – любовником! – Подполковник взял карандаш со своего рабочего стола, сломал его и швырнул обратно на стол, – Хоть Вы то поверьте очевидным фактам!

Его собеседник точно также закивал, опуская голову. Начальник не останавливался:

– А факты, прошу внимания, подтверждённые свидетельскими показаниями, говорят, что лейтенант совершил двойное убийство на почве ревности!

– А потом, как опытный оперативник, знающий, как замести следы, напился и остался на месте преступления?

– Нет, – начальник поднял указательный палец правой руки вверх, – как сорвавшийся от увиденного ревнивец, в порыве неконтролируемой злости и ненависти зарезал жену и любовника, а потом, понимая, что ему никуда не получится сбежать, напился и остался на месте преступления или напился, уселся и незаметно для себя отключился.

– Откуда Вы знаете, что он там увидел? – этот вопрос нисколько не смутил опытного следователя – подполковника, десятки раз успешно расследовавшего подобные случаи:

– А Вы у него не спрашивали разве? Ослу понятно, что он там увидел – скорее всего свою жену в постели с соседом!

– Спрашивал конечно, – майор теперь безотрывно смотрел на повернувшегося к нему подполковника, – он увидел, как Вы точно угадали, свою жену в постели с мужчиной из соседнего подъезда.

– Вот видите! – начальник уголовного розыска опять хлопнул ладонью по столу, – и что Вам ещё не хватает?!

– Странная жена какая-то – она знала, что муж скоро придёт с работы, поэтому, видимо, решила устроить ему сюрприз.

– Кто знает, может тогда он не должен был приехать? Вы же знаете, что он звонил ей в этот вечер.

– Не он, а она ему звонила. Причём звонила через Телеграмм.

– Какая разница – может и она звонила, чтобы спросить, приедет он или нет? У Вас всё?

– Не знаю, может Вы ещё какое-нибудь доказательство его вины посоветуете?

– У вас их и так предостаточно. Соберитесь и не слушайте сказки тихого маньяка!

Подполковник встал, всем видом давая понять, что если конкретных вопросов по существу более не осталось, то пора заканчивать встречу:

– Удачи Вам в столь сложнейшем расследовании, – он насмешливо ухмыльнулся и вместо того, чтобы протянуть руку для рукопожатия, вежливо указал обеими ладонями в сторону двери широко раскрыв при этом глаза.

Майор опять также всё ниже и ниже покивал головой, смотря то в глаза начальнику уголовного розыска, то на его рабочий стол. Встав со стула он ответил на входящий звонок по мобильному телефону и пошёл, не прощаясь, на выход из кабинета. Подполковник отвалился назад в кресле с красноречивым выражением лица, говорящим об элементарном выводе после общения с непрофессиональным коллегой: «Ну где только набирают таких вот чудаков?!»

Майор остановился в дверях и резко развернулся назад.

– Да-да, – хозяин кабинета чуть приподнялся от спинки кресла и сделал наигранно заинтересованную улыбающуюся гримасу, – наконец-то что-то очень важное вспомнили?

– Вебер сбежал, – майор пытался держаться спокойно, выбирая номер на сотовом, но, когда подполковник что было сил ударил кулаком по столу, телефон выпал у него из руки, – успокойтесь, – он поднял его и заново начал поиск нужного абонента подрагивающей рукой, – мы его найдём.

– Сомневаюсь! – начальник уголовного розыска вскочил со стула. В отличии от гостя он уверенно разыскал и набрал номер телефона своего знакомого из службы собственной безопасности, – как это ему удалось?!!!

– Он рассказал моему полностью, как и Вы уверенному в его виновности коллеге, что хочет всё, что произошло на самом деле, рассказать и показать на месте совершения преступления у него дома, – майор сбросил вызов и начал разыскивать другой номер, – все спецслужбы города уже имеют ориентировки. Мы найдём его обязательно.

– А я сомневаюсь! – подполковник заходил кругом по кабинету, – Вас целых два следователя по этому делу! А вы даже не смогли обеспечить ему надёжный конвой!

Глеб понимал, что доказать свою невиновность в суде ему не удастся ни в коем случае. Один из его следователей был не глупым человеком, но факты и прямые улики вынуждали и его передать дело в суд в ближайшее время. Такие доказательства не оставляли защите шансов добиться хоть какого-нибудь смягчения наказания, не говоря уже об оправдательном вердикте судьи. Первый шок прошёл, и теперь уже сам ставший подследственным бывший следователь начал, насколько это у него получалось после измены и предательства жены, более-менее спокойно вспоминать произошедшее в тот поздний вечер. Он никак не мог поверить, что Марта его предала и легла в кровать с человеком, которого раньше просто ненавидела и, по её же словам, не могла с ним разговаривать даже в присутствии участкового из-за того, что органически не переваривала его идиотского внешнего вида и голоса. Но в кровати была точно она, и рядом с ней точно был этот меломан из второго подъезда! Всё это сильно сбивало с толку. Рассказ про выстрел из мини-арбалета явно не впечатлил его следователя по особо важным делам, тем более, что никаких, по заключению экспертов «уколов зонтиком» на животе обнаружено не было. А трупы как раз и были теми самыми людьми, кого лейтенант, стопроцентно мотивированный для совершения такого преступления, увидел в спальной. В этом он сам признался… Как бы то ни было, Глеб не собирался опускать руки, сдаваться и садиться в тюрьму, возможно, на всю оставшуюся жизнь.