Виктор Молотов – Спасите меня, Кацураги-сан! #1 (страница 27)

— Да что ж с тобой делать, Тендо-кун, — опустила руки она. — Ты непрошибаемый, как стена.

Вся эта ситуация изрядно вывела меня из себя. Из-за этой вечерней возни с Мицузане пропустил запланированную на сегодня тренировку. Я, в отличие от этого медведя, занимаюсь спортом исключительно для поддержки собственного здоровья, а не ради его разрушения.

Однако неплохая альтернатива вечерней тренировке у меня всё же есть. И судя по игривому взгляду Рико, она думает о том же самом. И если мне эта мысль пришла в голову только сейчас, Канамори задумалась об этом уже очень давно. Такое читается ещё проще, чем перепады давления или тонкие изменения в ритме сердца. Заведённую девушку мой «анализ» вычисляет очень быстро. Уж больно много признаков.

Рико долго смотрела мне в глаза, и убедившись, что мы думаем об одном и том же, она скинула с себя халат.

На следующее утро я проснулся не на футоне, а на двуспальной кровати, да ещё и рядом с сопящей Канамори Рико. Вот и давно запланированный подъём тестостерона.

Рико — простая до одури. И в этом был её плюс. Мы оба прекрасно понимали, что нас не ждут какие-либо серьёзные отношения. Но не извлечь дополнительную взаимную выгоду из нашего временного совместного проживания было бы досадным упущением.

Я позавтракал уцелевшими после вчерашнего остатками риса карри, провёл стандартный утренний ритуал — на этот раз обошёлся одной лишь разминкой, а после выдвинулся на работу.

Мой вчерашний пациент — Кимура Юичи — взялся выполнять мои поручения чересчур тщательно, и в мессенджере уже появились его отчёты о здоровье. Благо пока никаких проблем с Кимурой не возникало, он стабильно принимал назначенные таблетки и уже успел добраться до Кагосимы.

Вот и славно. И здоровье подтянет, и с братом сможет нормально проститься. Удивительно, в Ямамото-Фарм даже в связи со столь важными обстоятельствами не дают отпуск. Японцы — такие японцы! Без переработок жить не могут. Меня очень забавляет их уникальная практика — инэмури — сон во время работы.

Такое встречается повсеместно и даже никак не пресекается. Как раз наоборот, инэмури многие даже гордятся. Этим человек показывает, что устаёт на работе настолько, что вынужден засыпать на рабочем месте.

Мой прежний наставник в больнице Кагавасаки — Номура-сэнсэй — практиковал инэмури по десять раз на дню. Правда, в его случае — это был совсем не повод для гордости, а банальная лень.

Я начал приём ровно в девять утра и несколько часов подряд консультировал людей без перерыва. Четверг выдался на удивление насыщенным. Обычно к концу недели поток людей сокращается, но сегодня они чуть ли не с неба сыпались. Будто десантировались с крыши небоскрёба Ямамото-Фарм сразу в мой кабинет.

Регистратура начала посылать ко мне огромное количество людей, которые не числились сотрудниками в корпорации. Да, по законам Японии они имели полное право обращаться в любую клинику, в том числе и в нашу.

Но откуда такой резкий наплыв⁈

Заметив моё замешательство, Огава Хана дождалась, когда очередной пациент покинет наш кабинет и быстро прошептала:

— Слухи о вас распространились по району, Кацураги-сан. Люди стараются записываться только к вам.

Ничего удивительного в этом не было. К более опытным и квалифицированным врачам восьмого-десятого ранга доступа у «простых смертных» не было. А выбор между остальными врачами был очевиден. Кто-то очень быстро и активно меня распиарил.

Хотя и на ответ на этот вопрос не был для меня тайной. Будучи терапевтом первого ранга, я принимал в основном достаточно простых — «приземлённых» сотрудников Ямамото-Фарм. Уборщики, грузчики, технический персонал всех мастей, охранники первых этажей — эти люди много общались между собой и быстро распространяли слухи о новом враче, который смог избавить их от недугов.

В конце приёма в мой кабинет вломился невролог Асакура Джун и, совершенно не стесняясь Огавы Ханы, воскликнул:

— Ну всё, Кацураги-сан! Сегодня я хочу увидеть, как вы умеете пить!

Огава высоко подняла брови, но больше ничего не произнесла. За несколько дней мне удалось приучить её — не разбрасываться неуместными комментариями. Осталось научить тому же Асакуру — и будет вообще чудесно.

— Асакура-сан, при всём уважении, у меня же ещё идёт приём, — ответил я. — Может, поговорим об этом во время перерыва?

— Приём? — Асакура Джун взглянул на часы и махнул рукой. — Ой, да бросьте, Кацураги-сан! До конца приёма пять минут, а коридор у вас пуст. Уже никто не придёт. Ну так что? Вы согласны на моё предложение, которое, разумеется, не терпит отлагательств?

— Асакура-сан, завтра — пятница, — сказал я. — Не самая лучшая идея — посещать бары между рабочими днями.

— Эх, хотите, чтобы я потерпел до пятницы? — вздохнул Асакура.

— А в пятницу вы будете заняты, Кацураги-сан! — не выдержала Огава. — У вас свидание!

Тьфу ты! Поспешил я с выводами. Эту парочку переучить будет очень трудно. Никакой субординации… Или, быть может, это я слишком занудничаю?

— Огава-сан, вас кто-то просил влезать в этот разговор? — с укором, но без доли агрессии спросил я.

— Ой, — Огава, как и всегда прикрыла рот ладошками. — Простите, Кацураги-сан.

— Свида-а-ание! — протянул Асакура-сан. — Ну надо же, а вы даром времени не теряете, Кацураги-сан. Хвалю-хвалю. Кто же эта счастливица? Уж не вы ли, Огава-сан?

Огава покраснела и быстро замахала руками.

— Нет, нет, Асакура-сан! — запротестовала она. — Речь о моей подруге.

— Огава-сан, — твёрдо попросил я. — Запрещаю вам разговаривать с Асакурой-саном. По крайней мере, минут десять точно.

— Какой же вы суровый, Кацураги-сан, — усмехнулся Асакура. — Огава-сан, переводитесь ко мне в неврологию. Я своих медсестёр не обижаю!

Хана надула щёки и плотно сжала губы, показав тем самым, что она нема, как рыба.

Асакура Джун был забавным собеседником, но мне захотелось поскорее от него избавиться, пока Огава не разболтала что-нибудь ещё.

— Хорошо, Асакура-сан, — согласился я. — Встречаемся сегодня после работы. Пить не обещаю, но составить компанию смогу.

— Ловлю на слове! — подмигнул мне Асакура.

И в этот момент в мой кабинет вошёл ещё один человек. И вновь знакомое лицо — хирург Рэйэсэй Масаши.

— День добрый, Асакура-сан, Кацураги-сан, — поприветствовал нас хирург. У вас тут врачебная комиссия, что ли?

— О! — тут же воскликнул Асакура. — Рэйсэй-сан, а давайте с нами!

— Эм? — не понял Рэйсэй и, нахмурившись, уставился на невролога.

— С нами после работы. В бар, — тезисно посвятил Рэйсэя в наши планы Асакура Джун.

— Подождите, Асакура-сан, — отмахнулся Рэйсэй. — Работы навалом. Кацураги-сан, я опять к вам. Второй день подряд вынужден подбрасывать вам пациентов.

— Время моего приёма уже закончилось, Рэйсэй-сан, — ответил я. — Что-то срочное?

— Да, понимаете, Кацураги-сан, попал ко мне на приём один молодой человек с ваших этажей. Работает в офисе, кажется, на девятом или десятом этаже. Не суть важно. В общем, обратился он с травмой руки, но в ходе обследования выяснилось, что у него сильно повышен креатинин и мочевина крови.

— Проблемы с почками? — предположил я. — Случайная находка?

— Да, — кивнул Рэйсэй. — На почки пациент пока не жалуется, но это и к лучшему. Возможно, вам удастся вовремя выявить какой-нибудь гломерулонефрит или что-то в этом духе. В общем — ваш профиль.

Да, Рэйсэй Масаши мыслил верно. Нужно хорошенько обследовать этого пациента. Если он молодой — то высок риск, что на профилактических обследованиях у него пропустили зачатки какого-нибудь наследственного заболевания. Болезни почек — штука опасная. Лучше начинать лечение вовремя, иначе судьба может привести парня к искусственной чистке крови — к диализу. А это уже фактически полная инвалидность.

— Здравая мысль, Рэйсэй-сан, — кивнул я. — Направляйте его ко мне. Ничего страшного, сокращу свой сегодняшний перерыв. Скажите, пожалуйста, имя пациента, Огава-сан запишет его к нам на приём.

— Кишимото Мицузане, — сказал хирург.

По моему затылку пробежали мурашки.

Травма руки. Мицузане.

Проклятье… Неужто бывший парень Канамори Рико?

Да что ж она не предупредила, что он работает в Ямамото-Фарм⁈

Глава 13

Лечить бывшего парня Канамори Рико, которому я вчера чуть палец не оторвал? Лечить для меня как раз не проблема.

Но как Мицузане отреагирует, когда узнает, что мужчина, с которым проживает его бывшая — его лечащий врач. Более того, он — сотрудник Ямамото-Фарм. Пусть и не занимает значимую должность, но никто не знает, имеются ли у него полезные знакомства с вышестоящими…

Надо действовать предельно аккуратно. Выполнять свою работу, лечить почки Кишимото Мицузане, а остальное — второстепенно. Тем более, я уже догадываюсь, что на самом деле случилось с почками этого перекаченного здоровяка.

Через десять минут в дверь моего кабинета постучались. Даже несмотря на то, что Мицузане был в общественном месте и стучался в кабинет врача, грохот от его кулаков заставил Огаву Хану вздрогнуть. Видимо, он так во все двери стучится. Может, и вламываться в квартиру Рико он не хотел, просто силы свои сдержать не смог? Ну и абсурд…

— Войдите! — позвал пациента я.

И в кабинет вошёл тот самый Кишимото Мицузане, с которым мне пришлось столкнуться в неравной схватке вчерашним вечером. Неравной, разумеется, в первую очередь для него.