Виктор Молотов – Последний Охотник на Магов. Том 4 (страница 12)

— Нет, нет, Володь, ты чего⁈ — испугалась Колокольцева. — Чтобы я и император… Глупости какие-то!

— Юля, это — вопрос жизни и смерти, — твёрдо сказал я. — Либо ты сделаешь, как я говорю, либо у нас будут большие проблемы. И, скажем так, не только у нас. Поверь мне. Это очень важно.

Колокольцеву предстоящее мероприятие чуть ли не довело до слёз. Девушка очень боялась. Будто император мог её целиком сожрать.

— Если это действительно так важно, Владимир — сделаю всё, что угодно, — уверенно произнесла Колокольцева.

— Отлично, Юль, — кивнул я. — Тогда приступим.

Я проскользнул к императору и низко ему поклонился.

— Ваше Величество, — произнёс я. — Позвольте мне забрать свою даму на пару минут. Нам пришло важно сообщение из дома.

Константин Николаевич приятно улыбнулся.

— Разумеется, князь, — кивнул он. — У вас очень симпатичная спутница.

Князь? Так он знает обо мне?

Хотя, вполне возможно, что император не рассчитывает увидеть здесь кого-то кроме князей.

— Благодарю, Ваше Величество, — вновь кивнул я и схватил Бродского за руку.

В этот момент Юлия Колокольцева специально подвернулась под руку императору и захватила его внимание.

Как бы это ни было абсурдно, но мне пришлось продолжить танец с Николаем Бродским.

— Что ты делаешь? — прошептал Николай. — Я уже почти что его раскусил!

— Чего? — удивился я. — Что ты там раскусывать собрался⁈ Ты чем вообще занят, Николай? Кто тебя просил танцевать с императором?

— Я расспрашивал его, можно ли заручиться поддержкой короны, чтобы распространить наш с тобой алхимический бизнес за пределы Санкт-Петербурга. Он обещал подумать на эту тему!

— Да ты совсем с ума, что ли, сошёл⁈ — воскликнул я, раскрутив Бродского одной рукой. — Это совсем не та тема, о которой дама должна разговаривать с императором!

— Дамы сейчас куда прогрессивнее, чем может показаться, — хмыкнул Бродский.

— А я смотрю, ты вжился в роль, Николай, — усмехнулся я. — Вошёл во вкус, значит? Это хорошо. Потому что мне прямо сейчас понадобится твоя помощь.

— Сначала держал от меня в секрете всю вашу с Колокольцевой операцию, а теперь хочешь моей помощи? — Бродский деланно закатил глаза.

С обликом Елизаветы Вершининой ему это удалось куда эффектнее, чем обычно.

— Николай, судьба всей империи сейчас в твоих руках, — прямо сказал я. — Если ты не поддержишь меня этим вечером, очень скоро скверна Тёмного Мира поглотит нашу Родину. И начнётся всё с Санкт-Петербурга.

Бродский удивлённо взглянул на меня, но при этом не потерял чувства ритма и продолжил танец.

— Всё настолько серьёзно? — спросил он.

— Да, — кивнул я. — Я поставлю студенческий клан в известность, но позже. Пока слишком рано. Помнишь, совсем недавно мы сидели с тобой около учебного корпуса, и я говорил, что ты — единственный, кому я могу доверять?

— Да, тогда ты подорвался и побежал чёрт знает куда, так и не поделившись со мной новостями, — пожал плечами Николай.

— Теперь всё иначе. Я расскажу тебе правду. Кратко. Позже узнаешь все подробности. Но пока что тебе, Николай, нужно знать только ту информацию, которую необходимо донести до императора.

— Каким образом я ему что-либо донесу? — поинтересовался Бродский. — Ты ведь уже отобрал меня у него.

— Через пять минут вернёшься к нему и попросишь ещё немного провести время вместе. Под любым предлогом. Можешь сказать, что хочешь сообщить ему другие преимущества нашего бизнеса, — прошептал я. — Если он тебя позвал, значит, ты его заинтересовала. Тьфу! Заинтересовал. Ну ты понял.

— Понял-понял, — закивал Николай. — Справлюсь. Выкладывай всё, как есть.

В этот момент музыка сменилась. Пары закружились быстрее, однако император продолжил танцевать с Юлией Колокольцевой. У меня были считаные минуты, чтобы посвятить Николая всему, что я знаю.

И раскрыл ему ту информацию, что может стоить нам обоим жизней.

— Ваше Высочество, — поклонился Бродский, чуть приподняв ткань платья. Это выглядело, на удивление, изящно. — Позвольте мне побеседовать с вами ещё немного. У меня к вам есть предложение, от которого вы точно не захотите отказаться.

Юля сразу же поняла, как нужно действовать дальше.

— Благодарю за танец, Константин Николаевич, — поклонилась она. — Была рада познакомиться с первым человеком в Российской Империи.

Юлия вернулась ко мне, а Бродский вновь взялся за разговор с императором.

— Держимся рядом, — прошептал я Колокольцевой. — Я должен их слышать.

— Вы ведь — не простая девушка, Елизавета, — произнёс император. — И поговорить хотите вовсе не о бизнесе, я это уже понял. Вас интересует что-то другое. Что?

Краем глаза я увидел, каким серьёзным стало выражение лица Бродского. Главное, чтобы он не перегнул палку и сделал всё так, как я ему велел. Хотя, учитывая, что он только что от меня узнал… На его месте не каждый бы смог справиться с полученной информацией.

— Константин Николаевич, вам грозит большая опасность, — сказал Николай Бродский. — Я трепетно прошу вас ничего не предпринимать. Я — одна из тех, кто хочет помочь вам.

— Мне всегда грозит опасность, юная Елизавета, — улыбнулся император. — Для меня это не новость.

— Вы можете не верить мне, но сюда прибыла целая группа людей, желающих навредить вам. Однако среди них есть и те, кто хочет помешать плану вражеской организации, — продолжил Бродский.

— Чего они добиваются? — спокойно спросил Невский. — Моей смерти? Если это так — уйти живым им отсюда не выйдет. Значит, они — смертники?

— Нет, Константин Николаевич, — замотал головой Бродский. — На их стороне есть последователь давно почившего ордена отражателей. Должно быть, вам о чём-то говорит эта информация?

Я не видел лица императора, но почувствовал, сколь глубоко он был поражён. Даже его магические пути задребезжали в бешеном волнении.

— Откуда вам известно об ордене? — сурово спросил Невский. — Это — государственная тайна.

— Как я и сказала, — продолжил Бродский. — Один из их последователей на стороне злоумышленников. Но он, наоборот, не хочет причинить вам вреда. Ему поручили стереть вашу силу. Однако он предлагает поступить иначе.

— Как же? — спросил император. — Мои предки истребили всех, кто некогда принадлежал этому ордену. И если придётся, я убью последнего охотника на магов. И всех его приближённых. Вы сильно рискуете, Елизавета. Ваши слова близки по смыслу к государственному перевороту. К измене Родине!

— Это — не так! — воскликнул Бродский, но вовремя взял себя в руки. — Если бы отражатель хотел стереть вашу силу, он бы уже это сделал. И поверьте, никакая охрана бы его не остановила. Он, как и я, хочет вам помочь. Только вместе мы можем обмануть серьёзного противника.

— И кто же этот противник? — с сомнением спросил Константин Николаевич. — Иностранный агент? Последователь монгольских шаманов?

— Хуже, — замотал головой Николай. — Их предводитель — могущественный Тёмный Маг, который хочет высвободить кошмары Тёмного Мира. И поверьте мне, если можете, Ваше Величество. Если вы не сделаете, как я вас молю, всем будет только хуже.

На этом разговор Бродского с императором утих. Либо государь больше не хотел вести этой беседы, либо размышлял о дальнейших действиях.

Я почувствовал, как по моей спине побежали капли холодного пота. Юлия Колокольцева была напряжена не меньше меня. Она не понимала всей сути этого разговора, но быстро анализировала полученную информацию.

Юля — девушка совсем не глупая. Как раз наоборот, она всем нам могла фору дать в логике и усвоению новых знаний. Готов поклясться, что, слушая эту беседу, она уже начала понимать, что на самом деле происходит на этом балу.

Наконец, император нарушил молчание.

— Так чего конкретно вы от меня хотите, Елизавета? — спросил Невский. — Как, по-вашему, я должен обезопасить себя и своих гостей?

— Есть только один способ, — заговорил Бродский, напряжённо облизнув пересохшие губы. — По моему сигналу к вам подойдёт отражатель. Он заведёт с вами беседу и в процессе пожмёт вашу руку.

— Вы шутите? — хохотнул Невский. — Мне известно, как работает его сила.

— Так же, как это известно вашим врагам! — продолжил напирать Николай Бродский. — Наша задача — убедить их, что отражатель стёр вашу магию. На деле же он этого делать не станет. Он сделает вид, что использует свою силу, а вы притворитесь, что вам резко поплохело. Затем необходимо будет пустить слух о том, что вашей магии больше нет. Необязательно в официальных новостях. Как раз наоборот — тайный слух. В СМИ можете опровергать всю информацию о своём состоянии. Поймите, Константин Николаевич, если вы этого не сделаете, враг предпримет крайне опасные шаги. Санкт-Петербург окажется под ударом.

— Видите этот медальон, Елизавета? — спросил император, указав на артефакт, что висел на его шее. — С помощью него я могу почувствовать любые колебания силы. Даже отражение. Всё, что угодно. Вы понимаете, что ваш так называемый союзник сразу же будет раскрыт, если попытается стереть мою магию?

— Прекрасно, оно и к лучшему! — воскликнул Бродский. — Потому что он этого не сделает. И…

Николай замялся.

— Этот артефакт собираются у вас украсть, — прошептал он.

Я не слышал этих слов, лишь прочитал их по губам друга.