Виктор Молотов – Осторожно! Некромант! Книга 2 (страница 31)

— Петрович, отнеси в комнату нянечки, — попросила зомби моя невеста.

— Кот пошёл гу-лять, — сказал Петрович и начал медленно подниматься по лестнице.

— Он переживает, что котята съедят эту рыбу, — перевела нам Лиза.

— Это рыбке не грозит, — ответил я. — Животные в комнату Аграфены Поликарповны не ходят… Потому что боятся.

Граф ещё немного посидел у нас в гостях, а затем, успокоившись, отправился домой.

Понедельник в Академии начался не очень.

Я снова получил выговор. Причём совершенно незаслуженно. И во всём виновата преподавательница по этикету.

— Акакий, почему вы не носите форму академии? — спросила она у меня, когда я задержался по её просьбе после занятий.

— Так я же некромант. Мне положено быть во всём чёрном, — ответил я.

— Кто вам это сказал? — повысила она тон.

Ну не говорить же, что это наказание деда-великого некроманта из другого мира. Поэтому я ответил проще:

— Я так сказал.

Преподавательница подошла ближе и внимательно посмотрела мне в глаза, а я ответил тем же. Мне стыдиться было нечего.

— Ладно во всём чёрном. Я это принимаю. Но что за неопрятность? — подняла она мою руку, слегка выворачивая и показывая мне. — Что за пятно на рукаве?

Вот это было неожиданно, поскольку я одел всё чистое. Призраки, что ли, напортачили?

Я посмотрел на рукав, потёр серое пятно. Не оттирается. Хмм.

— Пук, твоих рук дело? — спросил я, совершенно забыв о стоящей рядом преподавательнице.

— Нет, шеф, — ответил скунс, выглядывая из-под парты.

— Акакий, с питомцами на урок нельзя! — возмутилась женщина.

— А это умертвие, а не питомец.

Преподавательница оскалилась.

— Вы знаете, что так злобно улыбаться — совершенно не по этикету и правилам академии? — сказал я ей, отчего она покраснела от возмущения, но сдержалась. — А пятно я отмою, вы не переживайте так. Говорят, что частые покраснения на лице провоцируют ранний климакс.

— Ну тогда я говорю вам идти к ректору! И без формы на мои занятия не приходите! — не выдержав, закричала преподавательница. Хех, будет ещё она мне что-то говорить про этикет.

Я кивнул и вышел из класса, правда не забыл наложить на преподавательницу совсем крошечное проклятье. Теперь она будет всё время улыбаться… пока я не скажу «Стоп».

К ректору я, конечно, не пошёл.

Пятно меня раздражало, так что я направился к ближайшей уборной. Благо кроме дырок в полу, тут были и раковины.

Но даже вода не смогла смыть злосчастное пятно с рукава.

— Странно, — произнёс я.

— Ага, — подметил Пук. — И магией от него попахивает.

— Думаешь, что Птерозавров мне метку слежения поставил? Дык у него не было такой возможности.

— У него — нет. А вот призраки могли, — ответил Пук и невесть откуда достал папиросу.

— Он с ними наедине не оставался, — ответил я.

— А пленник как же? Забыл? — Пук прищурился, выпустив клуб дыма. Натуральный детектив. — Сдаётся мне, что этот горбатый гусь совсем непростой. Скользкий он какой-то. Вот что я скажу.

— Точно! Надо бы его ещё раз допросить, — усмехнулся я и потёр ладони.

Глава 12

Весь остаток учебного дня я придумывал новый изощрённый способ пыток. А то повторяться как-то не комильфо. К тому же за столько времени наш пленник уже привык к обществу призраков. И даже охотно вёл с ними беседы и даже выслушивал сплетни.

Поэтому по возвращении домой я был во всеоружии… собственного воображения.

— Эй ты, а ну-ка, слезай с люстры! — приказал я отдыхающему призраку, как только вошёл в гостиную.

— Ну, хозяин, я же никому не мешал, — заканючил тот.

— Слезай, кому сказал. Поручение есть.

— А баллы за него будут? — простонал призрак.

— Я тебя сейчас обнулю, если не спустишься!

Это сработало, и призрак, отвязав свою петлю от люстры, спрыгнул вниз.

— К вашим услугам, хозяин, — снова простонал он.

— Шеф, давай другого найдём? Этот чёт не умеет внятно говорить. Будто стекловаты нажрался, — предложил Пук, закуривая новую самокрутку из бересты и начиная покашливать.

Недавно он нашёл новый источник для добычи этого дерева, но напрочь отказывался говорить где. Так что я не удивлюсь, если он за берестой к самому Птерозаврову бегает. С него станется, ведь умертвия не спят.

— Согласен, — ответил я питомцу и снова обратился к призраку. — Слышь, у вас среди призраков кто самый авторитетный?

— Дык тётка Клава, её все слушают.

Я удивился, поскольку призрак говорил о мёртвой поварихе. Нрав у неё был тот ещё, почти как у Аграфены до манипуляций Пука.

— И что, даже маньяк слушается? — уточнил я.

— Он в первую очередь. Она же от девок валериану прячет, чтоб коты к нему не приставали.

— Ясно. Тогда найти Клаву и вели подойти ко мне. Вот прямо сейчас.

— Ага, — простонал призрак и медленно поплёлся в сторону кухни.

— Капец он медленный, — прокомментировал Пук. — Я бы на своих коротких лапках и то быстрее сбегал.

— Ничего, нам спешить некуда, — я злобно рассмеялся.

— Мне от твоего смеха уже страшно, — поёжился Пук. — И это притом, что я уже мёртв.

Тётя Клава пришла спустя минут пятнадцать.

— Звали, хозяин? — спросила толстая женщина с перерезанным горлом.

— Звал, мне тут сказали, что ты имеешь влияние среди привидений.

— Ну, немного, — призналась она.

Будь тётка живая, то щёки бы её точно покраснели.

— Тогда у меня к тебе задание. Ценой в сто баллов.

— Ух ты, как много сразу! Слушаю!

Моя балльная система так хорошо работала, что других уговоров и не требовалось.

— Допроси всех призраков, — приказал я. — Каждого наедине. И выясни, кто чаще всего общался с нашим пленником в подвале.