Виктор Молотов – Мечников. Том 3. Живое проклятье (страница 9)

Я оставил Игоря наедине с Токсом и направился в амбулаторию. Остаётся надеяться, что Доброхот не попытается напугать моего нового соседа по дому. Думаю, домовой должен понимать, что в случае сильного стресса пиромант может сжечь весь наш особняк к чёртовой матери.

Главного лекаря я в своём кабинете не застал. Он отошёл совершать обход госпитализированных пациентов.

— О, Алексей Александрович! — произнёс он, не поворачиваясь ко мне. — С Новым годом!

Я зашёл как раз в тот момент, когда Кораблёв делал пациенту с ботулизмом клизму.

— Взаимно, Иван Сергеевич, — с трудом сдержал ухмылку я. — Далеко не самый лучший момент для обмена поздравлениями.

— Ничего страшного, — пропыхтел пациент. — Вы мне прошлой ночью жизнь спасли, господин Мечников. Мне уже намного лучше. Только надоело жидкость из себя выбрасывать через все щели…

— Ничего-ничего, потерпите ещё немного. И банки в следующий раз заготавливайте тщательнее, — посоветовал я. — Кстати, учтите, что точно такая же зараза может приключиться, если вы, работая в огороде, поранитесь и плохо обработаете рану.

Кораблёв удивлённо взглянул на меня.

— И что же тогда случится, господин Мечников? — поинтересовался он.

— Может развиться такое же заболевание. Такое происходит редко, но всё же совсем исключать такую вероятность нельзя, — объяснил я.

Речь шла о раневом ботулизме. Если в рану попадут споры клостридий, которые ещё и смогут приспособиться к развитию в новых условиях, то у человека появится такая же симптоматика, но намного позже, в сравнении с пищевой формой заболевания.

— А чем раны обрабатывать? — поинтересовался пациент, надевая штаны.

— Спиртом, чем же ещё? — пожал плечами я.

— А… Нет, спиртом жалко! Я его внутрь привык принимать! — рассмеялся мужчина. — Кстати! Господа лекари, а может, мне выпить немного стоит? Чтобы болезнь энту изнутри извести?

— Нет уж, пить в госпитале запрещено! — воскликнул Кораблёв. — Десять минут полежите и ступайте в туалет. А вы, Алексей Александрович, пройдёмте со мной в кабинет, — он удивлённо взглянул мне в глаза. — А чего вы, собственно, пришли сюда в свой выходной? Решили своего пациента проведать?

— Нет, Иван Сергеевич, у меня к вам есть разговор, — произнёс я.

Кораблёв тяжело вздохнул.

— Так и знал… — прошептал он. — И как же так получилось, что я стал постоянно вестись у вас на поводу?

— Не знаю, наверное, всё дело в том, что мои предложения всегда приносят пользу? — усмехнулся я.

Иван Сергеевич бросил взгляд на своего брата, который лежал в другом конце зала, и тихо произнёс:

— И ведь не поспоришь с вами теперь.

Мы вошли в кабинет, который служил в госпитале чем-то вроде ординаторской.

— Ну-с, рассказывайте, — произнёс Кораблёв, присаживаясь в своё кресло.

— Начну с вопроса, Иван Сергеевич. У вас бывало такое, что во время дежурства пациентов становится так много, что вы попросту не успеваете всех осмотреть?

— Разумеется, бывало, — кивнул он. — В таком случае я обычно осматриваю их в порядке срочности.

— Скажите честно, в таких очередях у вас ещё никто не умирал? — прямо спросил я.

— Как же? — поник Кораблёв. — Всякое бывало. И умирали, и ухудшение случалось. А к чему вы клоните, Алексей Александрович?

— Давайте объясню на примере, — перешёл к делу я. — Вчера мне пришлось вызвать на помощь Макара, чтобы он промывал желудок тому пациенту. Поскольку в этот момент на пороге амбулатория от кровотечения загибался другой мужчина. Если бы сторож не пришёл ко мне на выручку, одного больного я бы точно потерял.

— И что вы предлагаете? Сделать из Макара лекаря? — усмехнулся Кораблёв.

— Нет. Ввести младший и средний лекарский персонал, — заявил я.

— Какой-какой персонал? — не понял Кораблёв. — Это что вообще значит?

— Можно обучить основам лекарского дела людей — добровольцев, которые хотят работать в госпитале. Они могут ухаживать за тяжёлыми больными и проводить элементарные манипуляции. Ту же клизму или промывание желудка запросто может выполнить человек, не владеющий лекарской магией.

Кораблёв откинулся на спинку кресла и посмотрел куда-то мимо меня. Похоже, старик крепко задумался. Видимо, начал всё-таки прислушиваться к моим советам. Ещё месяц назад он бы даже разговаривать со мной не стал.

— Идея неплохая, — согласился он. — По крайней мере, убирать горшки мне уже надоело. Уборщицей у нас работает жена Макара, но иногда приходится, не дожидаясь её, самостоятельно всё прибирать.

— По сути, у нас уже есть один младший лекарский и один средний лекарский работники, — сказал я. — Жена Макара и Клавдия Решетова. Одна убирается в зданиях, а вторая принимает роды у женщин.

— А что будут делать остальные, если мы их наймём? То же самое? — поинтересовался Кораблёв.

— Если подобрать грамотных людей, то их можно будет обучить даже документацию за лекарей вести. Предлагаю взять для начала пару человек, и посмотреть, что из этого выйдет.

— Грамотных людей да ещё и без работы найти трудно, — усмехнулся Кораблёв. — Половина жителей Хопёрска на полях работают. Им и буквы-то знать незачем.

Это он верно подметил. Для медсестёр в девятнадцатом веке организовывали специальные курсы. Здесь же, судя по всему, проблема возникла из-за того, что лекари столь ревностно хранят свои тайны, что не хотят подпускать к себе никого, даже если приходится самостоятельно выполнять не самую приятную работу.

— Могу взять инициативу и самостоятельно провести курсы, — сказал я. — Приглашу, скажем, двух человек. Обучу их азам, объясню, что нужно делать. Позволим им пройти испытательный срок. Если и вас, и их работа устроит — введём это на постоянной основе. Вы ведь имеете право нанимать в свою амбулаторию людей, не советуясь с орденом лекарей?

— Имею такое право, — кивнул он. — Вот только мне приходится отчитываться перед ними, кому и за что я плачу деньги. И если у нас резко увеличится количество сотрудников, орден может заподозрить, что я списываю деньги на несуществующих работников, а сам кладу их себе в карман.

— Да, тут вы рискуете, поэтому чрезмерно настаивать не стану, — сказал я. — Однако даже если такие подозрения возникнут, мы всегда можем показать ордену, чем на самом деле занимаются эти люди.

— Добро, Мечников, — кивнул Кораблёв после короткой паузы. — Чем чёрт не шутит? Давайте попробуем. Только сразу скажу, платить вам за ведение этих курсов я не стану. Как вы и выразились, это всё — ваша инициатива.

— Разумеется, я и не собираюсь требовать денег, — ответил я. — Однако если у нас всё получится, то в дальнейшем… Хм.

Я не стал заканчивать свою фразу, Кораблёву пока знать об этом не стоит. Чисто в теории, если мне удастся успешно обучить средний лекарский персонал, тогда я смогу открыть собственное училище. К нам в Хопёрск начнут катать желающие из всех соседних городов.

Проблема только в том, что и здесь я без дозволения ордена и шагу ступить не смогу. Хорошо бы заработать среди вышестоящих лекарей надёжную репутацию. Тогда я смогу чаще предлагать свои нововведения.

Закончив беседу с Кораблёвым, я направился домой. За это время Игорь успел превратить в порошок все заготовленные мной отвары. Мне осталось только тестировать их на себе.

— Алексей, слушай, — обратился ко мне Игорь. — У меня появилась идея. А, может быть, я тоже буду на себе испытывать твои порошки? Вдруг какой-нибудь из них мне воспоминания вернёт!

— Слишком опасно, — помотал головой я. — Ты не только мой помощник, но ещё и пациент, за которым я слежу. Кроме того, ты ведь сегодня утром вроде сказал, что уже передумал возвращать воспоминания?

— Да… — помрачнел он. — Но пока тебя не было, кое-что изменилось. Я вспомнил одну важную вещь, но пока не понимаю, что она означает.

— Что именно?

— Деньги, — коротко ответил он. — Огромное количество денег. Помню, что они меня где-то ждут, что они — мои. Если бы я смог их найти, то не только расплатился с тобой за лечение, но и позволил бы расширить нашу лабораторию!

— Нашу? — удивился я. — Тебе не кажется, что ты слишком увлёкся?

— Знаю, звучит странно, но меня снедает желание помогать людям вместе с тобой. А раз уж я приноровился работать в этом подвале, то может, стоит стать алхимиком? Хотя бы подпольным для начала.

— Подпольные алхимики скорее вредят людям, — ответил я. — Мы с тобой никому наши препараты не продаём. И начнём делать это только после того, как получим официальное разрешение.

Игорь ничего не ответил, но я заметил, как он поник. Всё-таки странно, откуда у него такое рвение людям помогать? Честное слово, будто он и вправду лекарем был до того, как потерял память.

— Слушай! — воскликнул я. — На самом деле кое-чем я твоё желание удовлетворить могу. Руками, как я смотрю, ты многое делать умеешь. Плюс ко всему, грамоте обучен, верно?

— Да, — кивнул он. — Читать я умею.

А вот и первый потенциальный медбрат!

— Я собираю людей, чтобы обучить их работе с больными. Можешь какое-то время поработать в госпитале, если научишься заниматься этим ремеслом.

— Да! — обрадовался Игорь. — С удовольствием! Хоть сейчас готов начать!

Моё предложение порадовало его даже больше, чем я мог себе представить. В таком случае может он и прав. Имеет смысл забыть о прошлой жизни и начать новую. Раз душа того требует!

— Алексей! Ты дома? — услышал я крик Синицына.