Виктор Молотов – Кодекс Императора IV (страница 45)

— Насир аль-Дин, так о чем вы хотели поговорить? — спокойно спросил я после короткого приветствия.

— Как ты посмел отправить свои войска на мои земли? Как посмел уничтожить производства? — начал с обвинений визирь.

Он сегодня явно встал не с той ноги.

— А как вы посмели? — спросил я на его языке, не забывая о правилах приличия, все-таки я не какой-то простолюдин, чтобы уподобляться манере общения, которую задал визирь.

— Что? — распахнул он глаза.

— Вы первыми начали военные действия против моей империи, — я оставался спокоен.

— Мы уничтожим тебя за эту дерзость, — процедил он.

Мне начинает казаться, что ему надоело срывать злость за проигрыши на своих людях, а потому он решил попробовать сделать это со мной. Однако нужной реакции он не дождется.

— Убери свои войска с моей территории! А иначе мы начнем полномасштабное наступление! — выдвинул требования визирь.

— И почему я должен это сделать?

Но внятного ответа я так и не услышал.

— Империя падет! — продолжал распыляться Насир аль-Дин. — Ты…

— Твоя? — перебил я.

— Да как ты смеешь? — прокричал Насир аль-Дин.

— Я всего лишь отвечаю на ваши высказывания, — пожал я плечами. — И жду, пока начнутся переговоры.

— Знаешь что! Я даю тебе свое слово, что в течении недели граница падет, а потом мои войска пойдут дальше!

На этом связь отключилась. М-да… очень продуктивные переговоры. Однако иначе быть не может, когда одна сторона пришла только для того, чтобы бросаться с угрозами, а не обсуждать проблему.

— Ваше Императорское Величество, думаете он блефует? — уточнил Сергей Захарович Лаврентьев.

— Конечно же… нет, — усмехнулся я. — Не позднее, чем завтра, они ударят в полную силу.

У всех присутствующих на лицах отразился шок. Даже у Кутузова дернулся единственный глаз.

Завтра начнется масштабная война, а у нас еще даже не все армии подчиняются императору Российской империи.

— Мы не выстоим! — схватился за голову один из министров.

— Отставить панику, — велел я. — Мы со всем разберемся.

Хотя сам понимал, что очень скоро в империи начнется полный хаос. И потребуется немало усилий, чтобы не только остановить его… но и спасти жизни граждан империи, которые тоже окажутся под ударом.

— Организуйте обращение императора к народу, — приказал я.

— Будет сделано, — кивнул Лаврентьев и тут же поднялся с места.

Он решил проявить инициативу, и сам вызвался выполнить этот приказ.

— Пора мобилизовать на войну всяких лентяев, — объяснил я свой план.

— Вы хотите простых людей на войну отправить? — выпучил глаза министр экономики.

— Ну… почти, — уклончиво ответил я. — Объявлю, что любой аристократ, у которого есть преступления перед империей, получит амнистию. Но только в том случае, если он готов смыть свой позор кровью.

К тому же уверен, что часть из них уже готова принять такое решение. Особенно учитывая план моей сестры, который она сегодня реализует, у нее намечается очень интересный разговор с аристократами. Анастасия должна хорошо постараться…

Пора всех этих тунеядцев за уши тащить на войну! А то Российская империя страдает, а они непонятно чем занимаются.

Но уже завтра все изменится…

Анастасия Романова сегодня организовала частный прием для своих близких подруг. Она любила периодически устраивать такие званые вечера, где собирается совсем немного людей.

Играла живая музыка, а по залу ходили слуги в красивых одеждах, разнося гостям всевозможные напитки. В вазах стояли живые цветы красного цвета, каким сегодня и было платье Анастасии.

В этом зале императорского дворца все выглядело величественно и шикарно. Высокие колонны, на сводах которых были всевозможные изображения, рассказывающие об истории древнего рода Романовых.

В зале собралось всего двадцать человек. Девушки из знатных семей беседовали друг с другом. У всех было приподнятое настроение.

Анастасия Романова ловко подводила подруг к нужным ей темам и сливала информацию, ловко манипулируя словами.

— Анастасия Алексеевна, — обратилась к ней графиня Левягина. — Все слышали, что ваш брат недавно конфликтовал с родом Поляковских. Как теперь император с ними поступит?

Все девушки замерли в ожидании ответа Анастасии Романовой.

Она улыбнулась и довольно жестко ответила:

— Как он с ними поступит? — повторила она. — Он их убьет.

Девушки ахнули.

— Но вам не о чем переживать, ведь Поляковские те еще изменники, — скривилась Анастасия. — Их род серьезно навредил нашей империи своими диверсиями, а потом сбежал к северянам. Или вы считаете, что такое можно простить?

Вместо ответа девушки покачали головами.

— А с родом Ульяновых будет то же самое? — осторожно поинтересовалась одна из графинь.

— Да, они все умрут, — резко ответила Анастасия Романова.

— Какой ужас! — воскликнула одна из дам.

— Ужас был, когда они пытались взорвать три государственных завода средь бела дня, когда там было полно рабочих!

Сегодня Анастасия особо не скрывала информацию, которую из нее пытались вытянуть, ведь именно таков был ее план.

— И вам я тоже советую несколько раз думать прежде, чем выбирать сторону, — голос Анастасии прозвенел сталью.

— Мы же подруги, и поддерживаем в первую очередь вас, Анастасия, — сказала баронесса Мирина.

Девушка натянула на лицо дружелюбную улыбку. Однако Анастасии было хорошо видно, что за ней таится самый настоящий страх.

— Конечно, — улыбнулась Анастасия Романова. — Я же все понимаю и учитываю интересы каждой из вас. Некоторые ваши рода уже взяты под контроль службой безопасности и разведкой.

Все присутствующие знатно удивились и начали переглядываться. Ведь о подобных подозрениях обычно не говорят. А если и говорят, то только намеками.

Тем более Анастасия Романова обычно ведет себя куда мягче. Она манипулирует людьми так, что они сами этого не замечают.

— Анастасия Алексеевна, вы сегодня слишком резки, — подметила графиня Левягина.

Она сегодня была в пышном желтом платье, а прическа была уложена по последней моде. Впрочем, сегодня все дамы выглядели нарядно. Ведь, выбирая платья, каждая из них понимала, что раз на вечере нет мужчин, то и соревнуются в красоте они сегодня только друг с другом.

— Нет, не резкая, — помотала головой Анастасия Романова. — Всего лишь решила поделиться со своими подругами некоторыми моментами. А потому прекращайте плести интриги против императора. Вы даже не представляете, на что способен мой брат.

Она почти прямо говорила, что император в курсе обо всем. И все участники потом обязательно пожалеют.

— Вот что удивительно, — задумчиво протянула Левягина. — Раньше Дмитрий Романов не был на это способен, а теперь вдруг стал.

— Как оказалось, он всегда был на это способен, — улыбнулась Анастасия Романова. — Мой брат настоящий гений. И он даже умеет прощать… Хотя мне кажется, это большой минус. Он ведь помиловал некоторые рода, которые выступали против него до коронации. Дмитрий умеет давать людям второй шанс. Но я бы так делать не стала.

Закончив эту фразу, Анастасия Романова слегка скривилась, показывая свое отношение к подобным вещам.

Левягина и вовсе отвернулась к окну, а вид у графини стал больно задумчивый.

У Анастасии Романовой получилось создать правильное впечатление. Это было хорошо заметно по напряженным лицам присутствующих девушек. Ведь за весь вечер только две аристократки из всех приглашенных вели себя расслабленно, ничего не опасаясь.