Виктор Молотов – Друид. Том 1. Жизнь взаймы (страница 12)

Из разговоров я уже понял, что соседей несколько. Но кто остальные, пока непонятно.

Зараза, нужно уже раз и навсегда разобраться в этом вопросе! Завтра же утром вникну в этот вопрос. Пора бы уже понять, кто может оказаться моим врагом. Тем более благодаря появлению Елизаветы врагов я себе уже нажил.

Но опять же, девушка долгое время жила при Озёрове. Выходит, она многое о нём знает. Но сейчас я заваливать её вопросами не стану. Пусть для начала отдохнёт.

– Всеволод Сергеевич, вы о чём-то задумались? – нарушила тишину Елизавета.

Что-то я совсем потонул в своих мыслях. Даже не заметил этого.

– Ко мне можно на “ты”, – ответил я. – Всё-таки мы оба из дворянского рода, если я правильно понял.

Из рассказов Степана я узнал, что у дворян всё завязано на силе рода. Значит, крестьяне, скорее всего, магическими способностями обладать не могут.

– Наш с отцом род обнищал, – ответила Елизавета. – У нас даже земли нет. Поэтому мы и стали служить Озёрову.

– Это не имеет значения. Я с тобой на “ты”, значит и тебе лучше следовать этому примеру. По крайней мере, у меня дома, – подытожил я.

– Странно, – удивилась девушка. – Вы… – она осеклась, смутилась, но всё же пересилила себя. – Ты не такой, каким я тебя представляла, Всеволод.

– А ты меня представляла? – я вскинул одну бровь.

– Про тебя даже в землях Озёрова ходит много слухов. Не самых лестных, – сдержанно объяснила она.

– Дай отгадаю. Говорят, что меня, кроме выпивки, ничего в жизни не интересует? – предположил я.

– Да, именно так и говорят. Только в более оскорбительном ключе.

– Брешут! – махнул рукой я. – Не слушай эти россказни.

Где-то на кухне послышался тихий смешок Степана. Вот ведь хитрец, подслушивает! Ещё и смешно ему!

– Степан! – крикнул я.

– А? Да, Всеволод Сергеевич? – слуга тут же сделал такой вид, будто всё это время он был чем-то занят, а я оторвал его от быта.

– Будь так любезен, приготовь, пожалуйста, комнату для нашей гостьи. Вероятно, она задержится у нас на неопределённый срок, – произнёс я.

– Будет сделано! – отозвался Степан, и через минуту мы услышали, как он поднимается на второй этаж.

– Ногу мы тебе обработали, но рану ещё предстоит залечить. Сама сможешь справиться? – поинтересовался я. – У меня тоже имеются задатки к целительским навыкам, но пока что они оставляют желать лучшего.

Вернее, они есть у меня лишь в теории. На практике я едва-едва смог стянуть ссадины, оставшиеся на ладонях после скачек на Мохе. Пока что это даже целительством назвать нельзя.

Сейчас мои способности ограничиваются лечением деревьев и отпугиванием волков.

– Я залечу рану, как только отдохну, спасибо за беспокойство, – ответила Елизавета.

– Ладно, в таком случае – закидывай руку, – я подставил ей своё плечо.

– З-зачем? – покраснела она.

– А как ты собираешься в свою комнату подниматься с такой ногой? Я тебя отнесу.

Девушка сильно смущалась, но выбирать ей не приходилось. Я перенёс её в комнату, которую уже закончил подготавливать Степан, а затем и сам начал готовиться ко сну.

Только перед этим ещё раз вышел на улицу, чтобы осмотреться. Дерево преследователей спугнуло, но среди них могли затесаться смельчаки, скрывавшиеся в засаде.

Убедившись в том, что на территории безопасно, я вернулся в свою комнату и, наконец, уснул.

Однако сон был недолгим. Улёгся я в третьем часу ночи, а пробудился ровно в шесть утра. И к сожалению, в роли будильника решил выступить мой старый знакомый призрак.

– Вставай, Сева. Уже мужики на поле давно пошли батрачить, а ты всё нежишься в кровати!

Валерьян висел под потолком. Жуткое зрелище. Далеко не то, что я бы хотел видеть сразу после пробуждения. Ещё и запах этот проклятущий! Всю комнату своим перегаром заполонил.

– Опять явился? – зевнув во весь рот, спросил я. – А я всё ждал, когда же мы снова пересечёмся. Ждал и думал, как бы мне изловчиться, чтобы моя магия могла тумаков призраку отвесить?

– Ты всё ещё обижаешься из-за Мха? – комнату заполнил скрежещущий смех старика. – Да будет тебе! Ты отлично справился.

– Да, справился. Но было бы неплохо знать заранее, что он всю семью Дубровских уже сорок лет в заточении проклинает!

– Я запамятовал тебя предупредить. Но потом было уже поздно. Ты так увлёкся своим походом. Мне не хотелось тебя отвлекать, – пожал плечами Валерьян.

– Дед, скажи, а ты умеешь принимать физический облик, как Мох? – поинтересовался я. – Дай хоть в тебя кинуть чем-нибудь разок.

– Ох, Всеволод, тебе ещё учиться и учиться, – вздохнул старик. – Ну что ж ты духов и призраков-то путаешь?

– А есть разница?

– Спрашиваешь ещё! Конечно! Призрак – это неупокоенная душа человека. То бишь я. Дух – это высшая магическая сущность. Такая, как Мох. Он – дух покровитель одного конкретного участка твоего леса. Вот как ты владеешь землёй в этом мире, так и он заправляет своими территориями. Когда-нибудь поймёшь.

– Тогда объясни мне, на кой чёрт мой дед его там запер, если Мох такой полезный? – спросил я.

– Николай Петрович был человеком темпераментным, – ответил Валерьян. – Такой же упёртый, как и сам Мох. Они поссорились, потому что твой дед в последние годы своей жизни решил наплевать на заветы семьи Дубровских и принялся баловать себя охотой на оленей.

Теперь понятно, откуда у нас в доме столько оружия. Дед оставил после себя охотничьи принадлежности, а мой предшественник – самогонный аппарат. Весёлая семейка, ничего не скажешь. Только об отце я пока что ничего компрометирующего не слышал.

– Ну, как ты сам мог догадаться, Моху это не понравилось. Он начал предупреждать животных, пошёл против твоего деда. Поэтому он его у родника и запечатал, – разъяснил Валерьян.

– Я бы не стал осуждать деда, если бы не знал друидских заветов, – пожал плечами я. – Было дело, я и сам на охоту ходил в своей прошлой жизни. И на рыбалку тоже. И не видел в этом никакой проблемы.

А уж про вырубку лесов лучше вообще промолчать.

– Проблемы начинаются, Сева, когда ты понимаешь, что деревья и животные не просто живые. У них своя душа имеется. Особенно у тех, что находятся здесь – в нашем лесу, – объяснил Валерьян.

– Я с тобой не спорю. Тебе виднее, да и… я сам начал что-то чувствовать. Вылечил дерево, а оно помогло мне вчера. Хотя я его не заставлял этого делать.

– Видел-видел, – хохотнул старик. – Здорово дуб этих мордоворотов отпугнул. Кстати, я смотрю, ты сюда даму приволок. Это хорошо. Это я одобряю! Тот мой родственничек, что жил здесь до твоего появления, женщин, похоже, даже в глаза ни разу не видел. Разгильдяй бестолковый. Не зря, выходит, я его…

Он замолчал. Видимо, сболтнул больше, чем планировал.

– Ты его что? – нахмурился я.

– Этого я тебе не могу сказать, – помотал головой призрак.

– Только не говори, что это ты его со свету сжил! – оторопел я.

Всё могу понять, но не мог же Валерьян своего родственника прикончить, чтобы меня в его тело заселить?

– Да нет же, дурень! Сам он себя сгубил. А я… Потом узнаешь! А пока сосредоточься на продолжении рода. Одного тебя мало. Женщина у тебя есть, так что иди действуй.

– Сдурел, что ли? Действуй, говорит! – усмехнулся я. – Я её вчера первый раз в жизни увидел.

Но мой аргумент Валерьян не услышал. Испарился.

Засранец допотопный. Что ни появление – то цирк. Только медведей призрачных не хватает в придачу.

Но тему мы с ним обсудили важную. История с дедом меня сильно заинтересовала. Я что-то теперь совсем не понимаю, где заветы друида пересекаются со здравым смыслом.

По логике Валерьяна убивать животных нельзя. Это что же получается? Мне теперь вегетарианцем становиться? Степан каждый день то курицу, то говядину готовит. Скот мы у крестьян наших приобретаем, но всё же те существа ведь тоже живые.

Выходит, убивать нельзя только тех, кто живёт в лесу, а фермерских животных и животных из других лесов можно? Какие-то двойные стандарты!

Люди ведь хищники. Те же волки охотятся на оленей, но в мои обязанности ведь не входит отчитывать волков за их режим питания. Или местных хищников тоже стоит переводить на травоедение?

Глупость какая-то. Где-то здесь есть тонкая грань, но пока что я никак не могу её нащупать.

Но чувствую, смысл во всём этом есть, просто надо продолжать изучение своих способностей. Прочту справочник Валерьяна от корки до корки – может, хоть что-нибудь прояснится.