Виктор Молотов – Что вы скрываете, Хандзо-сан?! (страница 2)

— Вы же понимаете, это всё нелепые отговорки, — иронично протянул Самаи Хитоши. — Давайте так. Вы пишете заявление о своём досрочном увольнении с позиции стажёра. Вам выплачивают стандартную ставку за отработанный месяц… Я же, со своей стороны, добьюсь, чтобы вам выдали премию за отличные показатели и написали хорошую характеристику. После этого вы сможете спокойно устроиться в другую компанию.

Да, вот только Самаи не говорит, что запись в моей трудовой будет стоять особенная: «Уволился на стадии стажировки!»

А это значит — шансы на трудоустройство в другую компанию падают ниже плинтуса. Какой владелец компании в здравом уме будет брать на работу такого сотрудника.

Кого он пытается обмануть⁈

А делать ещё одни поддельные из-за одной записи в трудовой — слишком сложная задача. В прошлый раз это стоило мне больших нервов. Но тогда я всё же смог выйти на нужного человека, а затем покинуть клан якудзы.

Правда, оябун клана «Ямагути-гуми» мой уход совсем не одобрил. Пришлось идти на отчаянные меры. И теперь, помимо спецслужб, меня ищет ещё и якудза.

— Я не собираюсь никуда уходить, — упорно стоял я на своём.

Тут же заметил, как начальник сжал от злости губы, окидывая меня жёстким взглядом.

Да смотри, сколько угодно. Будто это как-то повлияет на моё решение!

Всё же просто. Я стремился попасть в самую лучшую компанию Токио, и у меня получилось. Я не собираюсь никуда уходить. Это мой второй шанс на лучшую жизнь, и третьего не будет. Если я не собираюсь возвращаться в якудза…

Даже более того — цели у меня амбициозные. И здесь их можно реализовать так, чтобы не попасться на глаза недоброжелателям.

Месяц — слишком малый срок, чтобы начать движение вверх. Я быстро разобрался в бесконечных отделах и сложной иерархии корпорации, но долго знакомился с коллективом.

— Хандзо-сан, мой вам совет — подумайте ещё раз, — начальник давал понять, что и так пошёл на уступки.

Его агрессивная манера общения ни капли меня не радовала. Но Самаи Хитоши ничего не сможет сделать, чтобы сдвинуть меня с должности «нулевого» сотрудника. Так называли здесь тех, кто пока не был в штате компании и статуса особого не имел.

— Я уже всё давно обдумал, и решение своё не поменяю, — спокойно ответил я, чем ещё больше разозлил Самаи Хитоши.

Толстяк вскочил из-за стола, налил ещё стакан воды и, словно бегемот на водопое, взахлёб опустошил стеклянную тару.

Грохнул стаканом о лакированную бежевую столешницу.

— Значит так. Или вы немедленно напишете заявление… Или я заставлю вас это сделать! Вы у меня поселитесь на работе и будете на одни штрафы пахать! Ясно⁈ — он постепенно перешёл на крик.

Культура здесь такая, что японца надо реально довести до ручки, чтобы он закричал пусть даже и наедине, в своём кабинете. У меня это получилось, не повышая голоса.

— Что вы бы не говорили, Самаи-сан, я останусь, — встал я из-за стола. — Это моё право.

Начальник отдела снабжения не мог возразить. Конечно, я был прав. Он не мог меня уволить просто так. Нужна была уж очень весомая причина, чтобы это сделать. И, судя по бегающим свинячьим глазкам, он на ходу обдумывал, что можно придумать. Видно ничего не получалось сообразить, поэтому его лицо исказилось от гнева.

— Тогда не жалуйся! Твоя жизнь превратится в ад! Я тебе обещаю! — добавил он, уже не сдерживая себя ни на йоту. Даже субординацией пренебрёг. Затем указал пальцем на дверь стеклянного кабинета: — А теперь уходи с глаз долой!

— Хорошего дня, Самаи-сан, — слегка поклонился я, и начальник счёл это как издёвку.

Что он там продолжал кричать, я уже не слушал. Вышел и закрыл за собой дверь.

Фух! Ну, теперь точно начнётся безудержное веселье! А вот для кого из нас двоих — ещё посмотрим!

Самаи не понимал, с кем связался. Я постараюсь обернуть всё так, чтобы и не узнал.

А пока… пора возвращаться на рабочее место.

Наш отдел снабжения размещался в небольшом помещении, которое выходило в коридор, прорезающий западное крыло третьего этажа.

Отдел занимался в основном механической работой и мелочёвкой, в которой можно утонуть или тронуться умом, разгребая завалы. Бесконечные таблицы, сверки товаров, созвоны по доставке, многочисленные отчёты и многое в таком духе.

Скукота полнейшая! Не то, что разработка мутагенов в секретной лаборатории. Причём настолько опасных, что ради предотвращения утечки убили весь персонал!

На этом фоне спокойная офисная жизнь казалась настоящим раем.

Кабинеты начальника и его заместительницы располагались по другую сторону коридора. Даже по табличкам можно было понять, кто тут главнее. У Самаи Хитоши — позолоченная, а у Кимуры Кото — обычная, синего цвета.

В два шага я пересёк коридор и открыл дверь в отдел снабжения. Сотрудники слегка встрепенулись, но потом каждый занялся своим делом.

На меня пристально и одновременно вопросительно посмотрел коренастый мужчина с прилизанными набок волосами, которые скрывали небольшую залысину. Нишио Дзеро. Наш наставник и любимчик Кимуры Кото.

Он докладывал ей обо всём, что происходило в течение дня, и оперативно сбрасывал на нас поручения от начальства. Причём делал вид, что постоянно занят. Хотя толку от него, кроме вышеперечисленного, я не видел.

— Крики Самаи-сана были слышны на весь офис. Чем же вы так разозлили его, Хандзо-сан? — обратился он ко мне.

— Да, сегодня к нему лучше не соваться, Нишио-сан, — посоветовал я. — Кто же знал, что он так вспылит из-за простого опоздания.

Про ситуацию с увольнением коллегам знать не обязательно. Иначе они начнут выбирать сторону: мою или руководства. А мне не нужны подставы на работе из-за желания подлизаться к начальству.

— Понятно. А я вам как раз работу подготовил. Вот, нужно сверить отчётность за месяц. Отдел инспекции говорит об ошибке, которую я никак не могу найти. Может, у вас лучше получится, Хандзо-сан?

Ага! Конечно! Зная Нишио Дзеро, он и не пытался найти ошибку. Но, пока я стажёр, отказаться от этой рутины не мог.

Эх! Немного осталось до повышения.

Он протянул мне стопку бумаг, прерывая поток моих мыслей. С этой внушительной кипой я и уселся за свой стол.

Кагава Майоко, роковая красотка нашего коллектива, кинула в мою сторону вопросительный взгляд и переключилась на монитор ноутбука, демонстративно и задумчиво печатая одну букву в минуту.

— Ну что, опять у шефа нет настроения, Хандзо-сан? — лёгкая улыбка пробежала по её губам.

— Да, от жары перегрелся, вот и злится, — усмехнулся я в ответ. — Настолько не в духе, что хотел меня уволить по собственному. Из-за опоздания, представляете, Кагава-сан?

Это был мой первый ход конём. Теперь по компании поползут слухи о несдержанности моего начальника. А учитывая, что женщины часто играют в «испорченный телефон» во время своих сплетен, это должно вылиться в то, что Самаи-сан хочет уволить стажёра за простое опоздание.

— Ого! Выгнать хотел? Да какая муха его укусила? — тревожно спросила меня Икута Ёдзо, наша трудолюбивая темноволосая скромница, одетая в светло-розовый брючный костюм.

Иногда я ловил себя на мысли, что они с Майоко словно две противоположности. Это не мешало им сплетничать во время обеденного перерыва или во время пауз, когда наш наставник, Нишио Дзеро, выходил из комнаты, исчезая в кабинете начальства. Вот как сейчас.

— Кондиционер не починили. Из-за этого, наверное, — хмыкнул я.

— Ага, от жары ещё и не так дуреют, Хандзо-сан, — бросил сидящий слева от меня Кавагути Иори.

Вечно худеющий и жалующийся на жизнь толстяк, который чуть ли не каждый день отчитывался о сброшенных в тренажёрном зале лишних килограммах.

Это не мешало ему во время обеда заглатывать огромное количество калорийной пищи, оперативно восполняя утраченный запас.

— Да все знают, что у Самаи-сана сын закончил университет. И он хочет воткнуть его в компанию, — зевнул Накамура Тоёми, четвёртый из нашей компании и вечно невыспавшийся.

Это отражалось на его работоспособности и премиальных в конце месяца.

Сегодняшний слух про сына Самаи, который активно начал гулять из отдела в отдел, второй. Вот и посмотрим, какой быстрее дойдёт до верхних этажей.

Камиширо Сузуму, энергичный трудоголик. Шестой, включая меня, и последний из сотрудников отдела снабжения, лишь бросал взгляды поверх очков, что-то клацая на клавиатуре.

Создавалось такое впечатление, что он вечно под энергетиком… или ещё под чем, но уже запрещённым. Столько энергии не может быть в человеке. Ну, разве что он тоже мутагенов надышался!

— Во как, — удивлённо просвистел Сузуму, услышав последнюю новость, и засмеялся. — Слышали, Хандзо-сан? Теперь вам хана! Готовьтесь к битве с Годзиллой!

— И какие у меня шансы, Кашимиро-сан? — ухмыльнулся я.

— Думаю, что вас ждут ночные смены, Хандзо-сан, — откликнулась Майоко.

— Ага, а потом Самаи-сан ещё докладную напишет, что вы работаете ночами, — криво улыбнулся Сузуму и продолжил строчить.

Теперь самые скучные отчёты были моими. Лучше бы я не показывал в начале стажировки успехов с ведением отчётов, и тогда ходил бы за кофе по триста раз на дню!

— Я Годзилла Самаи, уа-а-а! — вышел из-за стола Иори.

Иной раз он любил дурачиться, как ребёнок. И это вносило долю веселья в наши трудовые будни.

— Ахах! Не позорьтесь и сядьте на место, Кавагути-сан! — воскликнул Сузуму.