Виктор Моключенко – Ретроспект. Исток (страница 21)
долговец вздохнул и нехотя опустил автомат, вышагивая из темени:
– Что-то долго вас не было, Коперник уже волноваться начал, навстречу послал. Ты учти, если со сталкером чего случится, ты первый ответишь, голем то у нас в группе всего один и если навернется сталкер, всем туго будет.
– Ты не учи батьку – ощерился в ухмылке небритый Крамарь – мал еще, батьку учить. А малец ничего, не гляди, что худой и кашляет, он еще двоих таких вот переживет, потому что думать умеет, в отличие от некоторых.
– А что думать то? – скривился Грива, опасливо косясь им за спину – с големом каждый дурак пройти сможет.
– Ну, если больно умный, так прогуляйся к Периметру, доложись по всем правилам военным, так мол и так, есмь боец подразделения долга, прошу выдать в личное распоряжение голем, ввиду острой необходимости и боевых заслуг. Так они тебе сразу и предоставят личных особистов. Они ведь далеко не дураки, Грива, и прекрасно знают и о долге и о генерале, разведка у них поставлена, будь здоров.
– Так чего тогда не помогают, если знают? Взять тех же големов, ведь с такой вещью мы бы по «армейским складам» на расслабоне прогулялись и живо бы вынесли Лукаша с прочими гринписовцами – свободу всем даром.
– Молодой ты еще, Грива, и извилин у тебя в башке все еще маловато. Прогулялись бы они, понимаешь, как же. Военным не выгодно истребление свободы, которая может о свободе и кричит, но стреляют они там, будь здоров, вояки что надо, одна ведь школа. Так вот если мы сметем свободу, ты заслон что ли держать будешь, а?
Крамарь многозначительно ухмыльнулся, переведя взгляд со смутившегося Гривы на темень дверного проема, посмотрел на свой ПДА, а потом жестом подозвал Листа:
– А ну ка посмотри малой, что там, не видно ни зги, хоть в глаз дай. Есть там что-то, наши тут шли, но не заметили.
Лист кивнул, скользящим шагом подошел к дверям сбоку, и прыгнув в проем откатился в сторону. Тьма рассеялась, и на экране проявились ряды каталок, столики с разбросанными медицинскими инструментами, крошево битого стекла на шахматном кафельном полу. Увидев за шкафами ворочающуюся груду тряпья, он снял автомат с предохранителя:
– Голем? – мысленно позвал он хранителя.
– Живое существо, предположительно гуманоидное. Опознавательных меток нет, жетона нет. Осторожнее.
– Обо всех подозрительных проявлениях и активности предупреждай меня заранее, не жди особого распоряжения. Промедление может стоять жизни не только мне, но и другим людям, запиши это в приоритетную директиву.
Он жестом позвал Крамаря и тот, выставив ствол вперед, мягкой кошачьей поступью начал приближаться к Листу. Увидев вздрагивающую кучу тряпья, он включил закрепленный на голове фонарик и, схоронившись за углом шкафа, осторожно ткнул стволом. Там что-то вздрогнуло, подпрыгнуло, и раздался громкий крик:
– Аааа!!! Не стреляй, мужик, не стреляй, я без волыны!
– Ты гляди, оно и говорить умеет! А ну-ка вылазь, поглядим, что ты за чудо.
Крамарь многозначительно повел стволом и из-под тряпья глянули испуганные глаза:
– Не стреляй, мужик, только не стреляй, без волыны я.
– Слышали уже, вылазь кому говорят, и рот заткни, а то накличешь на свою голову.
Из тряпья поднялся худой небритый человек, бегая по сторонам глазами и подняв руки высоко над головой:
– Не стреляй, сталкер, не стреляй, свой я, свой, мамой клянусь, хош, побожусь сча..
Он попробовал было перекреститься, но Крамарь кивнул стволом в сторону дверей:
– На выход, и заткнись, если не хочешь, что бы сюда сбежались кровососы из всей округи. Как ты думаешь, у кого больше шансов выжить при таком раскладе?
Тот судорожно сглотнул и, не опуская рук, медленно пошел к выходу, широко расставляя ноги, старательно выбирая место для следующего шага. Грива упер автомат незнакомцу в лоб и зло прошипел:
– Мордой к стене и без глупостей. Лист, возьми его на прицел, если дернется, стреляй.
Человек молча повернулся к стене, заложив руки за голову, и Грива быстро, умело его обыскал, бросив на пол узкую заточку, какой-то дурно воняющий кусок, завернутый в тряпку и битый армейский ПДА с паутиной трещин на экране.
– Где остальное? – коротко бросил Грива.
– У меня больше ничего нет – просипел человек.
Грива коротко и без размаха ударил по почкам, человек охнул, и рухнув на колени, сполз на пол скрючившись от боли. Долговец без лишних слов схватил его за ноги и рывком сорвал потасканные, видавшие виды кроссовки, удовлетворенно хмыкнул, из одного кроссовка на пол со звоном упало узкое шило, из другого пластиковый пакетик.
– А это что у нас? Лист, видал? А ведь говорил что ничего нет. Вот и верь после этого на слово такой мрази.
Грива ткнул его ногой в живот, но Крамарь оттащил за ворот:
– Ну, будет тебе, пришибёшь совсем, а он нам живой нужен.
Грива лишь презрительно сплюнул на пол, Крамарь рывком поднял гопника и в тот момент пискнул ПДА:
– Крамарь, Грива, чего так долго возитесь? Мы тут еще трупы нашли, обглоданные до кости.
– У нас тут гости, Ясону по такому поводку надо голову открутить, шел первым и не заметил.
– Гости? Это интересно, и кто там у вас?
– Урюк-зверь, тощий, бледный, плевком перешибить можно. Сейчас будем у вас, сами увидите.
Крамарь отключил ПДА и задумчиво уставился на находку:
– Значит так, урюк-зверь, шаг вправо, шаг влево – пристрелю, или нет, просто оставим тебя здесь.
– Не… не надо! – урка округлил испуганные глаза и затараторил быстрее – Все что скажете сделаю, землю грызть буду… только не оставляйте, мамой клянусь!
– Имя то есть? – Грива указал стволом вперед – только прежде чем ответить, подумай, стоит ли врать. В другой раз я не буду таким добрым и случайно что-нибудь сломаю или отобью.
– Шуня я – ответил урка, идя впереди отряда и выпученными от страха глазами рассматривая темный провал.
– Шуня? Что за собачье прозвище? Нормальное, человеческое имя есть? – замыкая колону, спросил Крамарь.
– Ну, Сашуня, тоисть Саша. Руки так и держать, или уже можно опустить?
– Опусти, – согласился Крамарь и кивнул Листу – Иди вперед, ничего не видно, а вдруг там еще кого то проворонили.
Сталкер поравнялся с Шуней и молча оттеснил его в сторону, рассматривая непроглядную тьму. Урка бросил на него косой взгляд и вздохнул с облегчением, неминуемая расправа явно откладывалась на потом. Через некоторое время послышался звук голосов, и голем высветил на экране ряд точек:
– Впереди большое помещение, отряд Коперника, ждут нас.
– Крамарь, видим вас, проходите быстрее не загораживайте обзор, тут подозрительное шевеление.
Они прошли сквозь ощетинившийся стволами, сливающийся с тенями строй долговцев поставив найденного Шуню перед майором. Коперник сидел, взгромоздившись на древний конторский стол и не вынимая ярко тлеющей сигареты, поднял на урку хмурый взгляд:
– Рассказывай кто ты у нас. Думаю, тебе уже тонко намекнули, что врать губительно для твоего здоровья.
– Ну, это, командир, Шуня я, погоняло такое – он осекся и стрельнул глазами на Гриву – тоисть Саша.
– И что же мальчик Саша делает в таком странном месте? Под кем ходишь?
– Я недавно в Зоне, товарищ майор, мы с друганом попали в банду Щуплого, ну, что трется на Дикой территории.
– Ага, на Дикой территории. Стало быть, ты знаешь путь из этих катакомб, я правильно излагаю?
– Все верно, товарищ майор, знаю, только я туда не пойду.
– Как это не пойду? – ухмыльнулся Коперник, гася об край стола бычок – еще как пойдешь. Куда ж ты денешься.
– Хоть пристрелите меня, но я туда не пойду – затрясся урка, умоляюще скользя глазами по рядам долговцев.
– Ясно, – протянул Коперник – тогда расскажи мне, юный мальчик Саша, почему ты туда не пойдешь.
– Там Гриша – констатировал Шуня, поворачиваясь на звук вошедших долговцев и пресекся на полуслове.
– Гриша? – хмыкнул Коперник, кивая явившемуся Ясону – твой бригадир? Эй, я к кому обращаюсь?
Но Шуня лишь нервно сглотнул, не сводя взгляда с проштрафившегося Ясона.
– Ясон, тряхни ка его, он кажись, в свою нирвану уплыл.
Ясон повернулся к Шуне и собрался его тряхнуть, но вдруг застыл, всматриваясь в урку:
– Михеев? Сашка Михеев?
– Дядя Олег, это вы? – срываясь и торопясь в словах кинулся к нему Шуня – А я смотрю и поверить не могу, мы же вас искали, мы же в эту Зону треклятую с Серегой пришли, что бы вас отыскать!