Виктор Мишин – Марсианский театр действий (страница 4)

— Через три часа жду всех в кают-компании, — сказал командир.

* * *

Кают-компания была тем местом, где астронавты отводили душу. Говорили обо всем, играли и совместно просматривали программы разного назначения. Все вокруг, стены и потолки, были сплошными экранами. Для создания уюта на экранах создавалась визуализация земных мест, по желанию каждого участника экспедиции. Это были виды пляжей с пальмами. Любимые места и просто красивые пейзажи Земли. Поскольку команда была интернациональная, то и виды были из разных стран. Иногда возникали жаркие споры по разному поводу. В общем, развлекались вовсю. Все это было необходимо, наверное, просто для того, чтобы не сойти с ума.

Все рассаживались по своим любимым местам.

— У кого какие предложения? — спросил командир. — Так сказать, первые мысли на Марсе.

Пауза была недолгой.

— Я хочу спросить, — начал тему Виталий. — Теперь, когда мы прибыли в конечный пункт назначения и все прошло хорошо, мне интересно, Если без всякого пафоса, о котором мы говорили перед камерами, расскажите о настоящей причине быть поселенцем на Марсе. Точнее спросить почему мы все здесь?

— Виталий, ну ты и спросил, — сказал Ким, поворачиваясь на подушках.

— Это точно, — сказала Мари.

— Без увиливаний, пожалуйста, — сказал Виталий.

— Ладно, — сказал Джон после паузы, бросая взгляд на Мэри. — Тогда я начну. Мы с Мэри дружим со школы. А влюбились мы, а точнее, я влюбился в пятом классе, а Мэри была еще в третьем. Ответных чувств пришлось ждать два года. Когда я пригласил ее на свой день рождения, все и случилось.

— Все почти так, — сказала Мэри, улыбаясь.

— В смысле?

— Я влюбилась гораздо раньше. Только сказала тогда, на дне рождения.

— Ты посмотри, какая хитрюга, — сказал Джон, улыбаясь от удовольствия. — Короче, с того времени мы все время вместе.

Джон замолчал, о чем-то размышляя.

— Наши родители тоже подружились, — продолжал командир. — И стали не разлей вода.

Опять Джон замолчал. С лица исчезла улыбка.

— Мы готовились к свадьбе. Однажды наши родители поехали подбирать помещение для свадьбы. И тут на их машину свалилось такси с третьего воздушного коридора. Авария была жуткой. Помимо пассажиров и водителя такси погибли наши общие родители.

— В это время мы уже проходили подготовку претендентов. А через день подали заявку на экспедицию, — продолжила Мэри.

— Решили отпраздновать свадьбу вдали от Земли, — сказал Джон.

В кают-компании повисла тишина. Несколько минут никто не мог сказать слова.

— Грустная история, — сказала Елена.

— Мари? Что скажешь? — спросил Виталий через минуту.

— У меня все гораздо проще. Я своих родителей не знаю. Меня подбросили в детдом. Он оказался со спортивной подготовкой. Что-то вроде спортивного резерва страны. То ли родители что-то знали об этом детдоме или что-то задумали, не знаю. Денег на нас не жалели. Только выбирай вид спорта, а там все остальное прилагается. Гарантия с работой по окончании. Армия или силовые структуры. Все красиво. Пыталась найти родителей. Бесполезно. Когда пригласили в программу, долго не раздумывала, — сказала Мари и уставилась в потолок.

— Грусть, — сказала Елена.

— Ким, — произнес Виталий.

Ким ответил не сразу. Видно, внутренне готовился.

— У меня тоже история с грустным сюжетом, — начал Ким. — Отец связался с плохими людьми, что-то с химическими разработками. Однажды не выполнил данное приказание. В наказание у него на глазах убили мать.

Ким замолчал и через минуту продолжил.

— Отец ушел от них и начал мстить. И однажды сказал мне, что боится за меня и не знает, куда меня спрятать. Земля, говорил, круглая. Найти могут везде. Так что, можно сказать, что я спрятался очень круто. Что с отцом не знаю. Но если он злой, то им не повезло.

— И снова грустная история, — сказала Елена.

— Я так понимаю, что у тебя веселая история, — сказала Мэри.

— Я генетик, — начала Елена. — То есть рожденная в пробирке, если по-простому. Так что одно хорошо — мои родители неизвестны, но, наверное, живы.

— Я бы не сказал, что это веселее, — сказал Ким.

— Да. Я училась и меня не встречали и не провожали родители. День рождения в окружении таких же генетиков.

— Это еще грустнее, — сказала Мэри.

— Надеюсь, у тебя, Виталий, история без грусти? — спросил Джон.

— Должен вас всех расстроить, — сказал Виталий. — Такая же фигня. Я там дорогу перешел одной корпорации. Причем серьезно. Настолько, что мои родители оказались практически в заложниках. Наверное, я трус, но ничего не мог придумать, кроме как сбежать таким замороченным образом. И вполне возможно, родители погибли в ответ на мой ход. Хотя не могу точно сказать. Они ведь должны были продемонстрировать мне свою серьезность. Но если нет того, на кого нужно влиять, то, возможно, родителей оставили в покое.

Повисла долгая тишина. Все задумались над такими жизненными ходами.

— А вы знаете, что у нас всех общее? — обратился ко всем Ким.

— Что же, помимо грусти? — спросила Елена.

— Мы, по странному стечению обстоятельств, все с вами сироты, — сказал Ким.

— По нам некому переживать на Земле, — добавила Мари.

— Может, таков план корпорации, что нас послала. И их центра управления конечно, — сказал Ким.

— Может, это потому, что мы первые и потому что мы смертники, — сказал командир.

— Почему смертники? — спросил Ким. — Насколько я понимаю, эту операцию давно готовили.

— Три экспедиции с роботами-строителями и контейнерами всякого разного добра, — сказал Виталий.

— Даже обезьянок посылали для проверки, — сказал Джон. — Они там вроде успешно провели эксперименты.

— Да, конечно. — сказал Виталий. — Поэтому наш корабль сверху окружен магнитным полем. А когда будем выходить из него, то надо надевать магнитные шлемы.

— Это пока не построим второй слой защиты вокруг первой, — сказал Ким.

— Да, долгая песня будет, — отвечал Виталий. — Она должна быть толще в два раза и с хитрым заполнителем между.

— Но когда-то же это будет, — сказал Джон.

— Ожидайте, как говорит станция, — сказал Виталий. — Но хоть что-то жизнеутверждающее.

— А давайте накатим? — сказал Джон. — Как говорит наш друг Виталий из России.

— А давайте, — сказал Виталий, явно повеселев. — Там где-то был загашник на этот случай.

— Извини, Виталий. Я, как командир корабля, знаю, что за загашник и где лежит. Так что я его сейчас принесу, — сказал Джон и вышел.

— А я знаю, что ты знаешь, что я знаю, — сказал Виталий и показал язык вслед командиру.

Все дружно засмеялись.

Вскоре вернулся командир, на ходу открывая бутылку.

— Что алкоголь — знаю, а что именно — не знаю, — сказал командир.

— Но хоть что-то интересное, — сказал Виталий, явно довольный. — Это самогон тройной прогонки. А что в добавках не скажу — семейная тайна.

— Даже от нас? — спросила Мэри.

— Даже от меня? — спросила Елена, улыбаясь.

— Извини, дорогая, — сказал Виталий, делая таинственный вид. — Эта тайна передается по мужской линии. Так что, извини.