Виктор Маслов – Гора шаманов (страница 47)

— Вы что, из рабочей партии? — спросила она. Главный режиссер удивился и ответил, что нет, в партии он не состоит, и вообще, партия запрещена законом, как террористическая организация.

— Зачем тогда собираетесь прославлять террористку?

— Речь пойдет не о терроризме, а о счастье для народа, так что, подумайте, подумайте, — сказал режиссер. После чего быстро сбежал. А к нам заявилась полиция, точнее, агенты из отдела безопасности.

— Что вам угодно, уважаемые таны? — спросил я.

— Нам угодно с вами побеседовать, — ответил старший. Марне предложили снять отпечатки пальцев, и я понял, что мы попали. Такого я не предвидел. И даже если бы предвидел, изменить рисунок отпечатков не в моих силах. Это мог проделать только Умник. Но, как бы там ни было, я не собирался терять жену! Прокрутив в голове местное законодательство, я спросил старшего:

— Уважаемый бурлей, по закону, вы имеете право снимать отпечатки только по личному приказу главы безопасности. У вас имеется при себе такой документ?

— Приказ мы получим завтра, — ответил этот солдафон, — сделаем дело, а бумагу оформим задним числом.

— Уважаемый, подобная постановка вопроса нас не устраивает, сначала бумага с подписью и печатью, потом все остальное. «Утром стулья, вечером деньги» — выдал компьютер цитату из старинной книги.

Нужно было, во что бы то ни стало, потянуть время. Глядишь, что-нибудь придумаем. Рожа бурлея покраснела от гнева. Но закон был на нашей стороне.

— В таком случае, подпишите бумагу о невыезде, — сказал он, — в течение месяца вы не имеете права покидать территорию города.

Пришлось подписать, после чего незваные гости удалились.

— Что будем делать? — спросила Марна. Загнали нас в угол. Из технических игрушек у меня остался только лазер. Действовал еще синтезатор пищевых таблеток, в случае чего можно было неделю-другую протянуть без пищи. Парализатор окончательно вышел из строя, остались только мои скромные гипнотические способности. Которые позволили бы справиться с двумя или тремя противниками. Да и то не с всякими. Толпа меня просто задавит массой и даже не почувствует ментальной атаки. Пришлось на следующий день снова обращаться к соседу. Хороший, все же, человек оказался.

— Они не только отпечатки возьмут, — сказал он, — арестуют и, в конце концов, объявят террористкой, даже если отпечатки не совпадут. Им это выгодно, все дело в грязной политике.

— И меня отдадут на растерзание Гарцу? — спросила Марна. Я видел глубоко спрятанную обреченность в ее глазах и поклялся сделать все возможное и невозможное, чтобы оградить мою жену и будущего ребенка от подонков.

— Вряд ли, — ответил Коур, — скорее приведут в исполнение приговор здесь же, на месте.

«Пусть попробуют, — подумал я, — пожалеют, что с нами связались!»

— Процедуру взятия отпечатков ни в коем случае нельзя допускать, вашу жену могут казнить до того, как проведут дактилоскопическую экспертизу. Результат в любом случае объявят положительным. И бывший бурлей получит новое звание бурлета.

— Что нам делать? — прямо спросил я.

— Разрешение он не получит, поможет мой товарищ, который терпеть не может в людях непорядочности и подковерных махинаций.

Когда мы вернулись в дом, я пожалел только о том, что лазер Марны остался в другой реальности.

На следующий день я собирался отправиться на кораблестроительный завод, находившийся неподалеку. Пора устраиваться на работу. Уверен, инженеры там нужны. Мне все равно, чем заниматься, компьютер в голове работает без сбоев, я мог проделать колоссальные вычисления за считанные минуты. Надо обязательно изготовить еще один лазер для Марны. Пусть даже слабее, чем тот, который у меня. Моим лазером можно запросто располовинить сразу несколько океанских кораблей. Соответственно и время работы батареи было ограничено.

Как выяснилось, освобождая Альту, я все же слегка наследил. Полицейские обнаружили несколько сквозных тонких прорезов в тюремной стене, как раз напротив того злополучного окна. Перерезано, оказалось также дерево на другой стороне дороги, дырявой стала и крыша дома рядом с ним. К счастью, на подобные «мелочи» полиция внимания обращать не стала. Дырки в стене замазали цементом, оставшуюся половину дерева выкорчевали, щель в крыше хозяева законопатили и замазали краской. На том дело и кончилось.

Из полиции, больше к нам не приходили, сосед, все же, помог.

Как я и думал, на завод меня взяли. Документы проверять не стали, задали пару вопросов по расчетам, я сразу выдал результат, чем немало поразил главного инженера. Работа оказалась пустяковая. Связанная больше с расчетами на прочность материалов, остойчивость судна и расчет профилей металлических листов обшивки корпуса. Что не представляло для меня ни малейшей трудности, однако я обзавелся на рабочем месте большими деревянными счетами с круглыми разноцветными костяшками. Такие, или похожие счеты я видел в музее, на Земле они были в ходу более тысячи лет назад. И считать стал, не торопясь. Прикинул, сколько времени требуется на это дело у местных, и расчеты стал делать раза в полтора быстрее. Ни к чему было, слишком выделяться. Лазер я оставил Марне, запретив ей в мое отсутствие выходить на улицу.

— Закройся и никого не пускай! — велел я.

— Я без работы и без общения долго не выдержу, — жалобно ответила она, — изверг, собираешься запереть меня в четырех стенах.

— Через неделю с нашим соседом, его женой и знакомым из безопасности пойдем в ресторан, — сказал я, — там и развеешься.

Марна обрадовалась, обняла меня и крепко поцеловала.

— У меня два условия, — продолжал я, при этих словах радостный огонек в ее глазах погас, — прежде, чем идти, я обработаю твои пальцы клеем, после которого останется прочная тонкая пленка. Мало ли кому захочется незаметно снять твои отпечатки, например, с пустой бутылки?

— А второе условие?

— Ты наденешь комбез.

— Петер, как ты можешь? Больше всего мне хочется надеть в ресторан легкое красивое платье, а не этот бесформенный мешок для овощей с рукавами.

— Стой смирно, замри, — сказал я, нащупывая на земном комбезе крохотную панельку. Не столь велик выбор, но кое-что можно сделать. Я про эту панель совсем забыл. Только что о ней подсказал компьютер. И так, что меняем? Длину слегка увеличим, пусть будет вечернее платье. Штанины с ботинками придется убрать, их можно отстегнуть, пусть наденет обычные туфли. Далее, расцветка. Восемь цветов на выбор, мне нравится светло-салатовый. Талию слегка подтянуть, комбез, в самом деле, слегка мешковатый. Декольте можно выставить всего двух видов: закрытое и открытое до неприличия. Это для разных планет. На опасных планетах декольте практически отсутствует, там, где можно свободно отдыхать, оно открывает почти всю грудь.

— Я бы выбрала второй вариант, — довольная Марна крутилась перед зеркалом, — но, боюсь, меня не поймут.

— Значит, оставляем вариант первый, — подытожил я, — мне нравится. Красивое получилось платьице, легкое на вид, воздушное.

— Отвечай, почему великий звездопроходец Петер, показал мне эту панель и ее возможности, только сегодня?

Я попытался, было, оправдаться, но она прикрыла мне рот ладошкой. Я ведь никогда не интересовался одеждой, всякими там бальными и ресторанными платьями, тем более, женскими. Главное, комбез давал надежную защиту от многих видов оружия. Остальное было неважно.

— Это замечательное платье в данный момент сильно мешает тесному общению с тобой, любимый.

Платье упало на пол, и мы самым тесным образом занялись общением.

Глава девятнадцатая

Ресторан, куда я пригласил соседа с его товарищем, находился недалеко от дома и напоминал «Платиновый сигл». Над входом висела вывеска с названием заведения «Маленький курл», и изображением мифического чудовища с оскаленной зубастой пастью. «Курл», это что-то из сказочного фольклора, животное волшебное, злобное, страшное и очень опасное. Почему так назвали ресторанчик, сказать не могу, наверное, владельцы в детстве наслушались старых сказок.

Внутри уютно, оркестр играет медленную, немного грустную мелодию. Завитки сиреневого дыма вьются под потолком. Племя курильщиков неистребимо во всех вселенных. Столики обычные, стандартные. На секунду меня посетило чувство дежавю, казалось, еще немного, за соседний столик сядет морской бурлет, тан Гурр. Приятель нашего соседа, тан Борн, оказался крепким мужчиной средних лет. Седая шевелюра, гладко выбритый подбородок и безупречно выглаженный костюм, в этом был весь он. Вежливый товарищ, поздоровался с Марной, отвесил ей пару комплиментов. А потом, когда мы разместились за столом, сказал: «Откровенно говоря, я не верил, что соседка моего друга выглядит копией террористки. Сегодня убедился: чудеса иногда случаются!»

— Террористка жестока, а наша соседка воплощение самой доброты, — заметила танна Ане. Плохо она знает Марну!

— Я слышал, у вас собирались взять отпечатки, — сказал тан Борн, разливая вино по бокалам.

— Спасибо вам, уважаемый, — ответил я, — избавили нас от этой неприятной процедуры.

— Мой друг успел вас просветить, чем это могло закончиться? В полиции, да и в армии слишком много людей, которые не прочь поднять свой статус за счет чужого благополучия, здоровья и даже жизни. Но не будем о плохом. Предлагаю выпить за встречу, я вижу, дружище, твои соседи и впрямь люди достойные и я, всегда буду рад оказать им посильную помощь.