Виктор Маслов – Гора шаманов (страница 43)

Поселиться мы решили в Бруссии, только не в Унте, как в прошлый раз, а в порту Кив. Море здесь достаточно теплое, и пляжи за городом хорошие. Есть научные институты, куда можно устроиться работать, и редакции журналов, такие, как «Горизонты фантастики» или «Научные разработки». Надеюсь, скоро в обоих журналах появятся мои статьи. Материала у меня хватит на тысячи публикаций.

Домик попался замечательный, как раз такой, какой мы хотели. О двух этажах, с каменным фундаментом. Здесь же был сад с плодовыми деревьями и тропинками, замощенными каменными плитами. Бывшего хозяина арестовали по какому-то мутному делу, я так и не разобрался, за что именно. В тюрьме он умер, а дом продавала городская управа. Дом нам обошелся в миллион банов, дороговато, но он стоил этих денег. На втором этаже была устроена открытая веранда с видом на море. Там стояли кресла и стол, летом можно было там обедать. Нам досталась довольно крепкая еще мебель, осталось только заселиться и оформить бумаги в полицейском управлении. Дом был крайний у моря, пляж располагался метрах в двухстах от нас. Параллельно морскому берегу рядом с домом пролегала дорога, которая в дальнейшем, с развитием автотранспорта, наверняка станет источником постоянного шума. Но, думаю, не раньше, чем лет через тридцать. От дороги до нас было около полусотни метров. В дальнейшем я собирался отгородиться деревьями, своеобразной лесопосадкой, которая ослабит шум и защитит от пыли. В доме слева жильцы появлялись только летом, это была летняя дача. Все остальное время семья проводила в городе. Зимой дом стоял пустой. Что ж, познакомимся через год. Правый дом занимала пожилая пара, оба пенсионеры. Как-то вечером мы с Марной заглянули к ним, соседи оказались приятными общительными людьми. Мужчина, высокий, подтянутый, в форме без знаков различия, раньше служил в полицейской безопасности Бруссии, жена его работала там же, секретаршей. Они встретили нас в холле, женщина была в красивом зеленом домашнем халатике и мягких тапочках. На голове у нее была модная ныне прическа «Гнездо брина». Едва мы вошли, хозяева буквально приклеились взглядами к Марне. Поначалу я не придал этому значения, мы сидели на террасе за круглым столом и наслаждались местным чаем. Наконец, хозяин, тан Коур, обратился к моей жене: «Уважаемая, вам не говорили, что вы копия Альты, опаснейшего боевика рабочей партии Акрии?»

— Говорили, — с усмешкой ответила Марна, — и даже несколько раз задерживали, чтобы удостовериться, что я не имею к ней никакого отношения.

— Я, было, подумал, что вы ее сестра или родственница.

— У меня нет ни сестер, ни братьев, и о родственниках своих я понятия не имею.

В голове бывшего полицейского сложились возможные варианты спецопераций с участием Марны. Моя половина это поняла и тут же принялась фантазировать.

— Мне не раз предлагали проникнуть в ячейку партии, — сказала она, — для того, чтобы разделаться с террористкой. В прошлом году полиция Тувиции обещала мне за участие в операции сто тысяч платиновых банов. А в позапрошлом я едва отбилась от безопасников Яраны. Те вообще прибегли к угрозам. Мол, не соглашусь, арестуют и посадят в тюрьму на годы.

— И как же удалось от них отбиться? — заинтересованно спросил тан Коур.

— Объяснив, что человек я исключительно мирный, по жизни трусиха.

«Ага, трусиха! — подумал я. — Пару раз в гневе мне чуть руки и ноги не повыдергивала!».

— И вас просто так отпустили? — в голосе хозяина сквозило явное недоверие. Марна пожала плечами.

— От меня в серьезных делах никакого толку.

— Похоже, у вас талант убеждать, — уважительно сказал тан Коур.

Тут подала голос хозяйка дома, танна Ане: «А вам никогда не приходилось встречаться со своим двойником, террористкой Альтой?».

— Подобного желания у меня не возникало, — ответила Марна, — да и о чем с ней говорить?

— Я знаю, почему от вас отстали в Яране, — сказал вдруг тан Коур, и я незаметно положил руку на рукоятку лазера. Мало ли, чего можно ждать от бывшего полицейского? Однако ответ оказался тривиальным.

— У террористки, — продолжал он, — в отличие от вас, есть заметная примета. Три года назад рабочая партия организовала экспроприацию земельного банка в Муране. Один из охранников в совершенстве владел приемами дикой борьбы и, пока его не подстрелили, сумел глубоко порезать Альте лицо, после чего у нее остался заметный шрам.

— Опытный хирург шрам может убрать, — сказал я.

— Видно, подпольщики не нашли такого хирурга, а тот, кто занялся ее лицом, оказался не на высоте. Так что метка осталась. Выходя на улицу, Альте приходится наносить на лицо толстый слой косметики.

— Бедная! Представляю, каково ей, — передернула плечами моя половина.

— Вы жалеете это чудовище? — удивилась хозяйка дома. — На ее совести гибель двух морских бурлетов, Кейна и Турга. Покушение на Бьорна Рау, правда, неудачное, но при этом погиб его секретарь. Также неудачно закончилось покушение на бурлета Сэсси. К этому списку можно добавить восемь полицейских чинов, погибших при попытке захвата террористки.

«А ведь в этом мире Альта-Марна, похоже, станет своеобразной знаменитостью, — подумал я, — ее биографию будут изучать историки, а романисты напишут о ней увлекательные книги».

— Собственно, какие лозунги у этой партии? — спросил я.

Уважаемая Ане с удивлением посмотрела на меня, в его взгляде читалось: «Из какого захолустья вы прибыли?»

— Рабочая партия провозгласила идею всеобщего равенства, а борьба преследует единственную цель: захват власти.

«Ого! — мысленно воскликнул я, — похоже на древнюю РКПб! Глядишь, появится на месте Акрии что-то вроде Советского Союза. И встанет неизбежный вопрос борьбы с мировой, то бишь, заокеанской, буржуазией».

Мы еще поговорили о политике, при этом я узнал много нового об этом мире, сыграли две партии в ом, при этом я быстро освоил нехитрые правила. В результате оба раза остался в выигрыше, чем немало удивил завзятого картежника, каким был хозяин дома. Наверное, он заподозрил меня в жульничестве, и отчасти был прав. Компьютер в голове это ведь тоже, в какой-то степени, жульничество! Прощаясь, я предложил соседям иногда к нам заглядывать, сказав, что с такими замечательными людьми приятно общаться.

— Надеюсь, здесь меня полиция не будет осаждать? — с улыбкой спросила Марна, когда мы прощались.

— Если возникнут трудности, обращайтесь, постараюсь помочь, — ответил тан Коур, — в конторе у меня осталось немало друзей.

Тем же вечером мы с Марной сделали очередное неприятное открытие. Оба пульта перестали действовать. Окно больше не открывалось, излучатель красного луча тоже не работал. Не связано ли это с девятым спальным местом в горном убежище? Не Ош, а некто другой, неизвестный, заметив, что включается переход, заблокировал экраны. Я сильно не огорчился, чего-то подобного следовало ожидать. Я надеялся дополнительно вооружиться, смастерив второй лазер для жены. И мне, и ей спокойнее будет. Тем более скоро у нас появится ребенок, и защищать его одними кулаками станет совсем невместно.

Вскоре мне попалась на глаза обширная статья в журнале «Мировые проблемы», посвященная рабочей партии. Эта партия, активно действующая на обоих континентах, выражала крайние левые взгляды. Ее лозунги были знакомы мне из истории Земли: «Вся власть рабочему народу», «Земля тем, кто на ней трудится», «Ограбим грабителей-эксплуататоров», и, наконец, призывы к «Построению самого справедливого общества равных».

— Мои друзья единственные, кто может привести мир к равенству и процветанию, — с гордостью сказала Марна, когда я дал ей ознакомиться со статьей. Сколько я приводил примеров из истории Земли, но, похоже, в ее красивой головке ничего не осталось.

— Отнять и раздать богатства неимущим, казалось бы, идея правильная, — сказал я, — но кто потом работать будет?

— Люди нового, справедливого общества!

— А если многим понравится грабить награбленное и работать они потом не захотят?

— Как это, не захотят?

— Очень просто, новая элита заставит пахать на себя всех остальных. Исполнителей помельче, тех, кто помогал грабить богачей.

— Что-то я тебя, Петер, не пойму. Какая еще элита? Обществом станут управлять организаторы, командиры, лучшие из лучших. Как иначе?

— Элита, которой материальное равенство встанет поперек горла. Равенство они оставят подчиненным, а сами начнут богатеть. Воровать, потому что при новом строе иначе не получится. И появятся новые таны Шоры и Боры с наворованными миллиардами банов. Или, не приведи Творец, кто-нибудь из этих, как ты говоришь, лучших, призовет к войне с заокеанским соседом с благой целью все того же грабежа эксплуататоров.

Марна обиженно надулась, возразить было нечего. Кажется, до нее дошло, что с кондачка, за один присест, справедливое общество не построить. Не стал ее огорчать, объясняя, что для этого необходимо тысячелетие тяжелого исторического пути. С неизбежными прорывами и откатами, и немалыми жертвами. Я надеялся, что Бруссия останется в стороне от этой борьбы, чем-то ее положение напоминало Швейцарию двадцатого века, бруссийские банки считались самыми надежными.

Глава шестнадцатая

Утром нас разбудил звонок в дверь. Интересно, кого это принесло в такую рань?