Виктор Маслов – Гора шаманов (страница 28)

— Начнем завтра, — сказала Марна, — сегодня я уже никуда не пойду.

Однако пройти туристическими маршрутами, двум обитателям шаманского убежища было не суждено.

Глава вторая

Поднявшись следующим утром, ни свет, ни заря, я не стал будить Марну, выпил стакан сока на кухне и направился к экранам. Еще вчера мне явилась некая мысль, которая всю ночь не давала покоя. Я собирался, во что бы то ни стало, как можно быстрее, эту мысль проверить. Дело было в том самом экране, то ли поломанным, то ли неправильно настроенным. Я решил, что если Марна успешно сходила на ту сторону, то мне, как говорится, сам Творец велел сделать то же самое. Во всей этой истории меня смутила одна, на первый взгляд, пустяковая деталь. У дома номер один, который принадлежал папаше Бору, а точнее, безвременно почившей Алине, я заметил газетный киоск. Когда мы с Марной приехали на бал, и в то время, как я писал самый знаменитый теперь на всех континентах портрет, этого киоска на углу не было. Может, его только сегодня поставили? Маловероятно, и довольно-таки странно. Эту странность я и собирался выяснить, а затем сразу вернуться. Для этого достаточно спросить у продавщицы, как давно она здесь работает. Я собирался обернуться за несколько минут. С двухчасовым запасом. Но, как говорят, мы предполагаем, а Творец располагает. Знай, я, во что выльется моя авантюра, ни за что бы туда не полез!

В приподнятом настроении, насвистывая некий прилипчивый мотивчик, я шагнул в окно, на площадь перед домом номер один. Солнце едва взошло, в такую рань на улице людей почти не было видно. Я вспомнил, что сегодня выходной, народ еще нежится в постелях. Тем лучше, обойдусь без любопытных свидетелей. Киоск был открыт, продавщица раскладывала на прилавке свежую прессу.

Не успел я пересечь площадь, как крепко получил по затылку. Очнувшись на земле, понял, что руки связаны за спиной.

— Попался, голубчик! — услышал я довольный голос. С трудом повернув голову, увидел полицейского, который вчера выстрелил в Марну. К нам подошли еще двое. Не забыв попинать, перевернули меня на спину.

— Откуда ты такой взялся? — спросил один. От переполнявшей меня злости я готов был сломать ему нос. Для этого пришлось бы ударить его головой. К сожалению, голова еще слишком болела. Ничего, за два часа успею с этими придурками разобраться.

— А должна была баба объявиться, — разочарованно сказал другой, — такая аппетитная. До сих пор не могу забыть.

— Жур, дубина, не помнишь, что ты ее вчера застрелил, поэтому теперь мужик пришел.

— С нами, значит, захотел разобраться, — хищно осклабился тот, кого назвали Журом и отвесил мне еще один болезненный пинок, — по мне, так этот дохлый желх уже покойник.

— Хватит болтать, — оборвал его, вероятно, командир, — давайте задержанного в машину.

Головная боль почти утихла. Следовало поторопиться. Не вернусь через два часа, окно закроется. Тогда только с пульта можно будет его открыть. Получится ли? Окно ведь «кривое»! Нужно уходить, и немедленно. Я зацепил ногой сапог командира, и со всей дури врезал по его второй ноге, при этом она громко хрустнула. Командир, вскрикнув, упал, как подкошенный.

— Сай, что с тобой? — над ним склонился напарник, а другой, тот самый Жур, который назвал меня покойником, крепко вдарил по ребрам. В глазах у меня потемнело, зрение восстановилось только в машине. Взревел мотор, грузовчок тронулся. Рядом я обнаружил командира Сая, который злобно смотрел на меня.

— По тебе плачут рудники, покойничек, — сообщил он. По моим данным, в Гарце на рудниках тоже использовали осужденных.

Минуты шли, шансы на возвращение таяли. Можно ли надеяться, что Марна отправится меня искать через неисправное окно?

— Сдадим его, как особо опасного, — подал голос Жур, который сидел рядом с водителем, — иначе его заберут научники, они любят возиться с аномалиями, а из научного отдела не трудно сбежать.

Наконец, прибыли, машина остановилась возле отделения полиции. Водитель с Журом вышли и принялись что-то объяснять охране. Открыли заднюю дверь, Сая унесли, затем выдернули меня и ловко поставили на ноги.

— Не глава Совета, своими ногами пойдешь, — сказал полицейский.

— Дать ему хорошего пинка, не пойдет, а побежит, — посоветовал Жур, злобно посмотрев на меня. В здании меня втолкнули в небольшую комнату с зарешеченными окнами. Вдоль стен на узких скамейках сидели мужчины. Многие были в обносках и имели затрапезный вид. Бомжи или случайные прохожие, которым не повезло оказаться не в том месте и не в то время? По сравнению с ними мой идеально подогнанный и чистый комбез казался представительской суперодеждой. На лицах сидельцев я отметил печать уныния и безнадежности. Только сейчас я сообразил, что зря пренебрег местной прессой. Может, именно там нашлись бы ответы на те странности, которые бросились в глаза. Кроме непонятно откуда взявшегося ларька с прессой, были и другие «мелкие» непонятки. Форма полицейских с незнакомыми знаками отличия, машины, отличные от стандартных «сильверс-атти». Одежда горожан, такую носили лет пятьдесят назад. Марна бы точно скривилась при виде этих людей. Но газеты остались на базе и, как говорится, поезд ушел.

Опустившись на свободное место, я спохватился и проверил нагрудный карман, где лежал пульт. Карман был пуст! Я полез в другой карман, где обычно носил лазер, но тот тоже исчез! Пропали и документы на имя инженера Петера Сторра. До чего ловкие ребята, когда только успели меня обшмонать? Надеяться на быстрое освобождение не стоило. Мои скромные способности в области гипноза в данной ситуации также помочь не могли. Я справился бы с двумя или тремя противниками при условии, что они поддадутся внушению. Большее количество я бы не потянул. Тут требовался Умник с его ментальной мощью. Вокруг слишком много полицейских, я буквально чувствовал их ауры сквозь стены. Справиться с толпой нереально. Я ведь не Вольф Мессинг. Придется ждать удобного случая. Я собирался спросить соседа, плюгавенького мужичка, долго ли нам здесь сидеть, но в это время дверь открылась, раздался голос охранника: «Тан Клунг, на выход!». Мужичок поднялся и вышел. Минут через двадцать, наконец, вызвали меня: «Тан Петер Сторр, на выход!». Я оказался в маленькой каморке с микроскопическим зарешеченным окном под потолком. За письменным столом, занимавшим половину помещения, сидел полицейский, возле стены стояла кушетка. У двери встал охранник. Появился врач, в зеленом халате и такого же цвета шапочке. То, что он врач, я понял по стетоскопу, торчавшему из нагрудного кармана.

— Петер Сторр, вы признаете, что нарушили внутренние законы государства, а также положение о перемещенных лицах? — обратился ко мне полицейский, разглядывая документы.

— Не признаю, — ответил я, приготовившись к неудобным вопросам. Каким именно? Например, как я появился на площади возле улицы Рядников? К моему удивлению, разговор зашел о другом.

— В нынешней напряженной международной обстановке, — продолжал полицейский, — страна нуждается в рабочих руках. Согласно предписанию, вас, как опасного агента Акрии, следует отправить на добычу урана. За подделку документов положено наказание в виде пяти лет рудников. Но я вижу запись: инженер. Это правда?

— Истинно так, — ответил я. Смысла утаивать свое образование я не видел.

— Сейчас переоденетесь в стандартную арестантскую робу, — продолжал он, — врач проведет быстрый осмотр, затем специалист проверит квалификацию.

— Нельзя ли мне оставить свою одежду? — заикнулся, было, я. Охранник многозначительно повертел тяжелой дубинкой. На поясе у него я заметил пистолет. Если бы не чересчур плотная охрана объекта, имело бы смысл завладеть его оружием.

— Исполнять! — нахмурился полицейский чиновник. Возражений он терпеть явно не собирался. Пришлось подчиниться и снять шаманский комбез. Врач окинул меня быстрым взглядом, после чего бросил на кушетку сверток, в котором оказалась голубого цвета роба с такими же штанами. Также он выдал мне грубые ботинки. Позже я узнал, что арестантские робы пропитывают фосфоресцирующим составом, чтобы ночью было видно заключенного.

— Бежать не советую, — буркнул чинуша, — беглецов пытают электричеством до полусмерти. Готов? — Он посмотрел на меня. Я кивнул. Надежда на счастливое возвращение таяла на глазах. Так мне и надо, девчонку отругал, а сам полез в то же окно!

— Отведите его в мастерскую к тану Шеллу, — приказал полицейский охраннику, — если он не соврал, отправим на фабрику с первой группой.

Пока меня вели из одной постройки казарменного вида в другую, я предавался печальным размышлениям. Больше всего удивляло, какие аборигены нелюбопытные. Даже не поинтересовались, из какой бездны я выскочил! Что я буду делать без оружия и пульта? И зачем их у меня забрали? Внешне обе вещи напоминали детские игрушки. При этом лазер стоял на предохранителе, который вряд ли кто из местных способен активировать. Для этого требовалось нажать кнопки в определенном порядке. Полагаю, что и пультом никто не сможет воспользоваться. Но даже если бы кому-то удалось вызвать «окно», зеленые стрелки, обозначающие проход, остались бы для него невидимыми. Будет, бесконечно жаль, если две эти игрушки, продукт высочайших технологий, вышвырнут, как бесполезный хлам.