Виктор Мари Гюго – Возмездие. Поэма (страница 16)
II
Тех, к кому шел этот апостол, вскоре его зарезали.
III
Хотя о, нет! Увы! У варваров и дикарей,
Где из твоих костей построен эшафот,
Палач, расставив ряд решеток и мечей,
Веревкой пальцы трет, там, где застыла кровь;
О, небеса! Когда собаки лижут кровь,
И мухи радостно роятся возле вас,
Летят как в улей, в приоткрытый рот,
Жужжат, сидят в отверстьях глаз;
Когда растрепана, без голоса, без век,
Глава твоя на кол посажена жестоко,
Доступная для низостей, ударов и плетей,
Здесь, за спиной твоею изменяют Богу.
И Господа всевышнего здесь у тебя крадут!
Мандрену отдают то, для чего ты умер!
И епитрахиль одев, они в надежде ждут,
Чтоб кардиналом стать и властелином судеб,
Лишь для того, чтоб были кареты и дворцы,
И летние сады под небом голубым,
Серебряная митра, злаченые кресты,
И пить вино пред очагом твоим,
Пирату, чья рука к оружию привыкла,
Бандитам, кои в золоте купаючись живут,
О. Боже! Поверни главу, которая поникла!
Иисуса продают! Иисуса продают!
Передают бандиту нечистыми руками
Святую библию, законы и престол,
И правосудие со строгими очами,
И человеческих сердец сиянья ореол!
По тюрьмам доброта иль мертвая в реке,
И проповедник изгнан разбойником Картушем,
Невинные зарезаны, у вдов душа в тоске,
Продали все: страдания сирот и душу.
Все сразу! Клятву, и то, что Бог хранит,
И храм, где говоришь «Introibo», умирая,
И скромность, чистоту! – Страдалец, посмотри,
Глаза твои могилу сияньем освещают!
Они продали печь, облатка там пеклась,
И продают Христа. И даже его тело!
Они продали пот, что капает со лба,
И гвозди с бледных рук и ног окоченелых!
Бандиту продают, который дорог им,
Страдальца на распятии, на человечьих спинах;
Страдания, семь слов Спасителя святых,
В придачу к ним мучения невинных!
Так, чтоб удар хлыста в ответ он получил!
Чтобы сказать аминь и Слава тебе боже!
Чтоб мертвую главу каменьями разбить!
Чтоб запекалась кровь, стекавшая по коже!
Его колени продают и пальмовые ветви,
И рану на боку, навек застывший взгляд,
И приоткрытый рот, дыханье близкой смерти,
И крик: Господь! Зачем покинул ты меня?
Гробницу продают и полумрак продали!
И серафимов, певших в далеких небесах,
И мать, что возле дерева с поникшими руками,
Стояла возле сына, не поднимая глаз!
Да, то епископы, священники – торговцы
От скомороха мерзкого, с короною на нём,
До сытого Нерона, который вновь смеется,
Ногою – на Тразеасе и на Фрине локтем.
Злодей, ударом жезла, прикончивший закон,
Разбойник-император с бесчестною душой,