Виктор Малашенков – Бутылка для Джинна (страница 47)

– Не смотри так, со мной все в порядке. Ну, так что, мы идем?

– Да, пожалуй ты прав, пошли.

Мы долго гуляли по аллеям виллы, обнявшись и отдыхая в беседках, практически не разговаривая. Мы наслаждались присутствием друг друга, пока я не увидел спешащего к нам Саммерса. И тут я задал неожиданно для себя вопрос:

– Милая, а ты смогла бы родить в космосе?

Анна посмотрела на меня, видимо, пытаясь уловить тень шутки в моем вопросе. Но я был серьезен.

– Где угодно, только подальше отсюда и с тобой, – она ответила очень серьезно, догадавшись о моих планах. Подошел запыхавшийся Саммерс.

– Привет, ребята! Я, как всегда, некстати, но ничего не поделаешь. События развиваются очень бурно. Уже сейчас съехались некоторые представители и настаивают на предварительных встречах. – Он перевел дух и продолжил, обращаясь к Анне. – Со мной приехал очень хороший врач. Если не возражаете, он вас осмотрит. А мы должны поработать.

Анна согласно кивнула, мы пошли в дом. Врач приехал в сопровождении громадной машины, представляющей собой настоящую лабораторию на колесах. Я ободряюще пожал локоть Анны, и мы расстались.

Саммерс привез с собой черновик доклада, и мы долго разбирали его по каждому пункту. Честно говоря, его доклад для воплощения моего плана имел уже не очень важного значения, но иметь своим сторонником именно Саммерса мне было приятно. К тому же этот доклад поможет ему стать на ту ступень в этой жизни, которую он, по моему мнению, заслуживал.

Засиделись мы до наступления ночи. Саммерс, уставший, но довольный, распрощался и уехал. Я, слегка перекусив, тихонько прошел в спальню. Анна перед сном читала и уснула, не выключив свет. Ждала меня. Лицо ее, во сне по-детски наивное, было напряжено, и я решил ее разбудить, чтобы прервать неприятный сон. Намеренно громко раздеваясь и без нужды передвигая попадающиеся под ноги предметы, я, наконец, добился своего. Анна проснулась и, увидев, что я раздеваюсь, сердито проворчала «спокойной ночи» и перевернулась на бок. Я улегся и впервые спокойно уснул.

Наутро, едва мы закончили завтракать, подъехал большой автомобиль и из него вышел секретарь президента. Сухо поздоровавшись, он пригласил меня на прием к президенту. Пришлось принять это предложение. Переодевшись, я покорно залез в машину, где рядом и напротив меня расположились люди в штатском, но по выражению глаз было видно, что это надежная охрана. Я впервые ехал в машине, где люди сидят лицом друг к другу, поэтому мне было тяжело смотреть на этих истуканов, глядевших прямо перед собой. Создавалось неприятное впечатление, будто тебя здесь нет, их взгляды проходили сквозь тебя и терялись далеко за твоей спиной. Благо, хоть ехать недалеко.

На приеме у президента была какая-то делегация, поэтому мне пришлось прождать около часа и то только ради того, чтобы президент дал мне указание проверить готовность помещений для завтрашнего заседания. При этом полномочия мне давались неограниченные. Мол, сам заварил кашу, сам и готовь свое представление. Мог бы передать и через секретаря, я бы не обиделся.

Получив высочайшее благословение, я принялся за работу. Конечно же, все было сделано не так: слишком много показухи, а толку мало. Зал был хорошим, экран установили очень большой. На этом не заканчивались нововведения. Амфитеатром располагались мягкие кресла и длинные, полукругом расставленные, столы из красного дерева, инструктированные под старину. Настольные лампы не уступали по своей красоте столам. Аппаратура для голосования и перевода не только не портила общий вид, а наоборот, придавала залу некоторую таинственность.

Да, оформление влетело в копеечку. Зато комната, в которой предстояло находиться мне, была пуста, за исключением стола с компьютером и вращающегося стула, не могли раскошелиться на еще одно кресло! Но это мелочи. Это высокое собрание должно видеть и меня, иначе весь эффект пропадет, а я должен видеть их реакцию до и после «сеанса». Поэтому мне подыскали комнату побольше, установили еще один компьютер, подключенный к камере в зале, и телекамеру. Специалистам пришлось попотеть, чтобы переналадить аппаратуру. Теперь на экране в зале было два изображения – одно от компьютера, другое от телекамеры. Я, сидя в дальнем углу, корректировал работу. И кресло им пришлось подыскать. Они его нашли, не такое шикарное, но очень приличное.

Затем я вызвал специалиста по медицинской электронике и заставил принести и установить в моей комнате прибор, контролирующий мое состояние. Сами они до этого не додумались. Затем мне пришлось заставить электронщиков перевести отключение электроэнергии на ручное управление и поставить дежурного на все время, начиная от момента установки рубильника и до окончания заседания, а к нему – охрану. Мало ли что. И курьерскую связь тоже пришлось организовать. К концу дня я уже валился с ног от усталости, но был доволен. Когда секретарь привез меня на виллу, мне показалось, что он облегченно вздохнул.

Мы с Анной не спали почти всю ночь, складывалось такое впечатление, что мы не разговаривали до этого вообще, а ночью вдруг решили поговорить обо всем. И слова не кончались до самого утра. Заседание было назначено на полдень, поэтому мне все-таки удалось немного выспаться.

Перед отъездом я обнял Анну и поцеловал. Слов уже не было, наверное, они кончились. Но глаза ее говорили яснее ясного. С этой болью я и уехал.

Меня провели в комнату, где мне предстояло вновь встретиться с неизвестными мне силами. Экран компьютера, связанного с камерой в зале заседаний, засветился и я увидел, что Саммерс делает свой доклад. Но звука не было. Проклятые интриганы! Я вскочил и подбежал к двери. Закрыта! Я долго стучал, но она так и не открылась. Я был готов взвыть от ярости. Я мог отказаться от эксперимента, но тогда я бы сорвал все то, чего мы добились. Я снова сел в кресло и, наблюдая за Саммерсом, попытался взять себя в руки.

Саммерс, очевидно, закончил доклад. Реакция слушающих была неоднозначной. Кто-то смеялся, другие многозначительно переглядывались. По лицу президента было видно, что он разочарован этой реакцией. Самым обидным было то, что Саммерсу не было задано ни одного вопроса. Он стоял и в растерянности ждал. В конце концов, он ушел. Встал президент и долго что-то объяснял собравшимся. Из группы восточных представителей отделился один и, подойдя к президенту, улыбаясь и недвусмысленно жестикулируя, объяснил ему несостоятельность предложений Саммерса. Звук не нужен был, все было ясно и так. Лицо президента налилось кровью, но он сдержался. Повернувшись к камере, он дал мне знать, что пора начинать.

Ну что же, пора, так пора. Руки, независимо от моей воли стали влажными и липкими. Я вытер их носовым платком, но они снова вспотели. И самое, что было неприятное, они дрожали. Я боялся! Превозмогая страх, я быстро нашел нужное название и запустил фильм. На экране возникла панорама военного городка. Квартира, в которой суетятся люди. Похоже, что суета утренняя. Завтрак, переодевание. Затем зазвонил телефон. Глава семьи поднял трубку.

– Есть, господин президент! – Коротко ответил он и положил трубку. – Дорогая, – сказал он своей жене, – мне нужно остаться. Возьми мою машину, водитель отвезет тебя. Скажешь ему, чтобы возвратился сюда.

– Что-то случилось, дорогой? – Безмятежно проворковала жена.

– Да нет, ничего. Просто мне должны вскоре позвонить, – ответил он и проводил ее и детей до двери, – до вечера.

Дверь закрылась. Человек прошелся по комнате. От размышлений его отвлек звонок в дверь. Он подошел к двери и открыл ее, на пороге стоял человек в форме.

– А, это ты, Джон! Проходи, рассказывай, что случилось. Еще несколько минут и ты бы меня не застал. – Он прошел в комнату и сел в кресло.

Человек в форме подошел к креслу и молча уставился на него. Сидящий беспомощно сжался и затем вытянулся перед вошедшим. От гостя отделилось сверкающее облако и растворилось в хозяине, заставляя его тело содрогаться в конвульсиях. Затем оно вернулось. Хозяин повернулся и подошел к телефону, набрал номер.

– Диспетчер? Свяжите меня с приемной командующего. Приемная? Генерал Маркони. Мне нужно срочно связаться с командующим, – он немного подождал. – Сэр, мне нужно срочно с вами встретиться. Да, буду через час. Благодарю. – Он снова набрал номер. – Диспетчер? Срочно подготовьте самолет на вылет в столичный аэропорт.

Он повернулся к выходу и оба вышли.

Тот же генерал в приемной командующего. Он терпеливо ждет. Наконец, его пригласили. Командующий сидел за столом и жестом пригласил генерала присесть, разговаривая по телефону, но вошедший подошел к столу, взял трубку у недоумевающего командующего и процедура с облаком повторилась. Тогда командующий поднял трубку и заказал разговор с главнокомандующим. Когда его связали, он успел только проговорить «сэр» и положил трубку. Затем нажал кнопку и в кабинете появился полковник, сидевший в приемной.

– Войска привести в полную боевую готовность. Подготовьте соответствующий приказ.

– Есть, сэр, – полковник, побледнев, бросился выполнять приказ.

Панорама квартиры полицейского чина. Все повторилось таким же образом.

На экране появился глобус. Медленно вращаясь, он начинал светиться красными точками на местах, где были обозначены города. Постепенно весь земной шар представлял собой переливающуюся огнями картину.