Виктор Малашенков – Бутылка для Джинна (страница 36)

– Хорошо, Генри, я все сделаю, только как-то странно, охраны нет никакой, только люди со станции и я. – Доктор чувствовал неловко в такой ситуации и искал хотя бы какого-нибудь объяснения.

– Док, скажи мне, ты уже обходил своих пациентов?

– Я пытался это сделать, но без санитаров не разрешается заходить к ним.

По его словам я понял, что его еще не коснулась рука Петерсона. Подумав, я впустил его. Он вошел и уставился на меня, открыв рот.

– Док, нельзя же так переживать, нужно просто все узнать и тогда не будет причин для волнения, – утешая доктора, я успокаивался сам. – Охрана, скорее всего, отозвана подполковником для инструктажа или еще за чем-либо.

– Генри, что у тебя здесь происходило? – доктор обрел, наконец, дар речи.

– Старые кошмары, Джеф, меня посетили мои давние кошмары, – попытался шутить я.

– Генри, ты только сильно не пугайся! Пойди и посмотри на себя в зеркало. – Доктор взял меня под руку и повел к зеркалу, висевшему невдалеке.

Да, это был настоящий шок. Я смотрел на себя и не узнавал. Седые волосы совершенно изменили мой вид, придавая моему облику что-то неестественное. Я потянулся рукой к голове и попробовал свои волосы, как бы надеясь, что это не мое, оно просто не могло быть моим!

– Генри, это только волосы. Они имеют такое свойство – менять свой цвет. Назад, конечно, своих старых волос не вернешь, но поначалу их можно покрасить, не так будет заметна перемена, – дружеские слова доктора долетали до меня как бы издалека, едва касаясь моего сознания.

Да, привыкну я к своему новому виду, наверно, не скоро. И как мне показаться на глаза Анне, расстроится она сильно. Я подумал о ней и спохватился, ведь она тоже без охраны!

– Док, скорее пойдем к Анне, – скомандовал я и направился к двери. Не успели мы дойти до двери, как она распахнулась, и в проеме показались Джон и Фрэд в полном здравии.

– Куда это вы ведете нашего уважаемого подопечного, док? – воскликнул Джон и загородил собою выход, – не было такого приказа!

– Где вы шатались! – завопил доктор, а Фрэд в это время дергал Джона за рукав и показывал пальцем на мою голову.

– Эй, что здесь происходит? – Джон уже не на шутке встревожился.

– Что произошло, то произошло. Джон, быстро отвечайте, почему вы отсутствовали и на месте ли сейчас охрана у других домов?

– Кто-то подшутил над нами, сэр! Нам передали приказ явиться к подполковнику Даррелу. Мы явились. А когда подполковник принял нас сегодня утром, оказалось, что никакого приказа не было. Санитар, передавший нам эту утку, не помнит, кто ему это сказал. Полный бардак. Поймать бы этого шутника! Я бы с ним разобрался!

– Так вот, Джон, пока вы отсутствовали, на меня было произведено нападение.

– Мы же закрыли всех на ключ!

– Сержант, мне казалось, что вы сообразительнее, – уколол я его, не удержавшись немного сбить с него спесь.

– Виноват, сэр. Что мы должны делать?

– Джон, вы оставляете Фрэда и отправляетесь в помещение, где находится Анна Гершель. Там вы проверяете, все ли с ней в порядке. Затем вы лично, Джон, вызываете сюда подполковника. Скажите ему, чтобы он захватил с собой медные пояса, соединенные с гибким проводом. Провод должен быть длиной метра четыре-пять. Таких комплектов должно быть по числу санитаров плюс пояса для меня, доктора и Анны. Вы все поняли?

– Я понял, сэр. Что-то еще? – по виду Джона было видно, что он не все понял, но передать все сможет.

– На всякий случай предложите подполковнику надеть на себя и свою охрану металлическую кольчугу и ни с кем не вступать в контакт, кроме нас.

Джон и доктор ушли. Мне оставалось только ждать. Ожидание стало моим уделом.

Подполковник прибыл с большим эскортом только к вечеру. Высокий темнокожий атлет поднялся ко мне вместе с двумя такими же, с иголочки одетыми, лощеными парнями. Наверное, он не знал, как себя вести с незнакомым ему капитаном, в подчинение которого он попал. Несколько мгновений он рассматривал меня, потом подошел и протянул руку.

– Полковник Джордан, сэр. Прибыл по-вашему, – тут он запнулся, – по вашей просьбе.

– Генри Отс. Я рад, что вы откликнулись на мою просьбу, – я продолжал разыгрывать этот спектакль. Рукопожатие его было сильным, но одновременно очень мягким.

– Вы просили принести кое-что, – он махнул рукой одному из сопровождающих и тот раскрыл принесенный им кейс. Там лежали три пояса, сплетенные из медной проволоки и плетеные провода.

– Если не возражаете, сэр, я прикину на себя, – я взял один из них и, сняв рубашку, надел пояс прямо на голое тело. Он удобно обтягивал поясницу и живот. Размотав провод, я прикрепил его свободный конец к решетке. Все трое внимательно наблюдали за моими действиями, словно я провожу какой-то важный эксперимент.

– Я полагаю, Генри, что вы все это делаете не из желания лечить свой радикулит, – с улыбкой произнес Джордан. – В моей группе есть хорошие эксперты, но и они не смогли распознать назначение этого загадочного пояса.

– Сэр, я пока сам не могу вам объяснить, против чего он предназначен и как должен действовать. Я знаю одно – вот эта решетка спасла мне жизнь, когда я дотронулся до нее. А сидеть, взявшись за нее руками, согласитесь, не самая удобная поза. Эти пояса предназначены для меня, Гершель и доктора?

– Нет, это вам и вашим санитарам. А остальные уже получили их. Кроме того, мы и сами немного прибарахлились. Несколько неудобно, но привыкнуть можно. Я был на связи с Саммерсом. Он передает вам привет и еще кое-что.

Джордан передал мне небольшой листок, мелко исписанный с двух сторон. Это было пространное сообщение о расшифровке данных автоматической станции. Саммерс подробно расписал все, что ему удалось обнаружить, наверное, в надежде, что я сам выберу нужный мне материал. И действительно, из всех материалов меня заинтересовало только одно сообщение. В нем говорилось, что возле планеты «X», находящейся на крайней орбите солнечной системы и пока не получившей название, обнаружены четыре спутника одной формы и химсостава и семь спутников, очень небольших по космическим меркам, но очень необычных по форме и химическому составу. Станция пролетала на довольно большом расстоянии, поэтому на снимках эти спутники видны не были, но, судя по данным станции, они образовывали как бы своеобразный пояс.

Меня заинтересовало магическое число семь, но только поначалу. Число первых межзвездных кораблей, если не считать вернувшегося и ушедшего недавно, было именно семь. Неужели моя догадка окажется верной и планета «X» является своеобразной «тюрьмой» для наших звездолетов? Это было похоже на наших оппонентов. Они повернули все корабли, но только последний вернулся на Землю.

Что же случилось с экипажами, и сможем ли мы отправить туда спасательную экспедицию? Я несколько отвлекся от своих гостей, но они терпеливо ожидали. Вот такая дисциплина в нашем ведомстве.

– Полковник, а на словах он ничего не просил мне передать? – мне почему-то показалось, что Саммерс не мог отделаться от меня этим отчетом.

– Да, он просил вам передать еще одно слово – спасибо. И подчеркнул, что оно предназначено именно вам.

Эти слова, произнесенные сухим, официальным тоном, согрели мою душу. Наверно, я становлюсь сентиментальным.

Потом мы поговорили о сложившейся обстановке. Я не удивился, когда узнал, что кольцо, созданное для блокады нашего центра, было также почти блокировано поясом гражданских лиц, разбивающих свои лагеря безо всякого разрешения по возможности поближе к лагерю военных. Публика была самая разнообразная, но встречались и чересчур активные люди, считающие своим долгом осложнить жизнь заключенных и ждущие начала других разоблачительных процессов. Они устраивали демонстрации перед КПП военных, блокировали подвоз продовольствия и корреспонденции. Подполковник жаловался, что, по-видимому, придется общаться с миром только по радио и с помощью военно-воздушных сил. Журналисты не дают прохода военным и политикам, бомбардируя народ уже не только фактами, но и предположениями.

Какой-то из политиков, узнавший, что делался запрос о временной приостановке работы всеобщей компьютерной сети, передал эту информацию в прессу, которая не преминула пройтись и по этому поводу. Один из самых «интеллектуальных» репортеров высказал предположение, что спецслужбы используют эту сеть для получения разведданных, а также для создания воздействия на человеческий мозг. Цели этого воздействия не раскрывались, но эти публикации создавали скандальную атмосферу. Полковник с сарказмом заметил, что такие нападки происходили довольно часто и явно не помогали в создании положительного имиджа его организации. Его волновали больше другие проблемы. Пока больше беспокойства доставляли неорганизованные «туристы», обосновавшиеся вокруг лагеря. То, что собирался народ неуравновешенный, это было понятно и действия его можно было предсказать. Но уже произошло несколько несчастных случаев на почве помешательства, а это уже серьезная проблема. Пока было известно, что люди сходили с ума, пользуясь своими компьютерами как видеопроигрывателями, но причина пока неизвестна. Поэтому и публикации о воздействии спецслужб через компьютерную сеть могут повлечь за собой большие неприятности.

Меня не могли не заинтересовать последние слова подполковника.