Виктор Логинов – Дороги товарищей (страница 148)

— Как давно это было!

— Но я помню те дни так же хорошо, как будто это было вчера.

— Ты не знаешь, что было дальше.

— Знаю. Мы победили!

— В этом нет никакого сомнения.

— И покарали отступников.

— Да.

— Покарали Женю Румянцеву.

— Нет. Ее не было в позорных списках.

— Как удалось избежать ей расплаты?

— Она умерла высоко над землей, и глаза ее были подняты к небу.

— Ты напрасно защищаешь ее.

— Я защищаю себя.

— Предоставь эту возможность людям.

— Ты один из них, но ты ведь ошибся.

— Народ не ошибается.

— Народ поставил нам памятник.

— Где же он?

— В сердцах людей.

— В моем сердце — любовь и ненависть.

— Кого ты любишь? Кого ненавидишь?

— Я люблю Женю Румянцеву! Я ненавижу Женю Румянцеву.

— А я люблю, люблю, люблю Сашу Никитина.

— Ты — Женя Румянцева?

— Я — Женя Румянцева.

— Ты не ранена? Тебя не задела пуля?

— Нет, я живая, теплая. Дотронься до меня. Положи свои руки сюда.

— Я дотронулся. Я положил. Но я ничего не чувствую. Женя, где ты?

— Я далеко. Прощай, Саша!

— Женя, где ты? Вернись!

— Прощай, Саша! Мы не встретимся больше. Но я приду на твою могилу.

— Я не умер! Я жив!

— Ты умер, но ты еще не знаешь об этом. Прощай, Саша!

— Ты говоришь «прощай», а сидишь со мной рядом.

— Саша, Саша, Саша!..

У ног Никитина плакала Ласточка.

Саша вскочил, пошарил вокруг рукой — автомата не было!

— Любочка, ты что? В чем дело?

— Саша я, б-боюсь! Ты так страшно… кричишь… так разговариваешь во сне!

— Фу! И в самом деле… что это мне приснилось! — пробормотал Саша. — Ты давно проснулась?

— Я не спала.

— Почему?

— Не знаю… Скажи мне все-таки, Саша, что случилось с Женей?

— Жени нет, нет! — крикнул Саша. — Она изменила!

— Не может быть! Она не такая.

— Не говори мне больше о ней.

Саша вышел.

Ярко горели в небе холодные осенние звезды. В воздухе пахло морозцем. Небо на востоке светлело. Непроницаемая тишина тяжело давила на плечи.

— Светает, — сказал Саша, входя в избушку. — Надо идти. Ребята, наверное, волнуются…

Они пришли на место, когда совсем рассвело.

Не доходя до землянки, Саша остановился. Люба с тревогой взглянула на него.

Саша стоял и, нахмурив брови, смотрел в одну точку, словно увидел что-то недоброе.

Он увидел, что землянка и все, что вокруг нее, — как было, так и осталось. А он сказал, уходя в город, чтобы строили еще одну землянку…

Саша заложил два пальца в рот и ожесточенно свистнул. Из землянки выскочил Сторман. Он увидел Сашу и… заплакал. В руках у него был зажат автомат.

— Саша! Вернулся… А я думал… — прошептал Сторман, смахивая слезы со щек рукавом куртки.

— В чем дело? Где остальные? — спросил Саша.

— Ушли. К Белым Горкам. Увел Борис Щукин.

— Как он посмел? — воскликнул Саша.

— Он передал, чтобы и мы не теряли времени…

— Никогда!

— Он оставил тебе записку.

— Разорви.

Саша опустился на трухлявый пенек, сказал сквозь зубы:

— Спасибо, приготовили сюрприз. Он же погубит отряд!

— Погубит, — подтвердил Сторман. — Я категорически отказался. Они не взяли даже оружия. Один пистолет — и только.