Виктор Логинов – Дороги товарищей (страница 121)
Только потом — сейчас ей было не до этого — она поняла, что и Аркадий и Саша играли непривычную, несвойственную им роль. И тот и другой прятался, выдавал себя не за того, кем был на самом деле.
Женя вскочила, испуганно охнув, выронила ручку, потом схватила ее, бросилась к двери, но не добежав, вернулась назад и припала лицом к стеклу.
— Саша! — крикнула она. — Саша! — Слезы покатились по ее лицу. Она провела по щекам ладонью, и фиолетовые полосы остались у нее на лбу, на носу и на подбородке: руки ее были в чернилах.
Широко улыбаясь, Саша сделал Жене нетерпеливый знак, означающий: «Впусти же меня!» И она поняла, бросилась к двери и опять вернулась, вспомнив, что у матери сидят соседки.
Видя ее растерянность, Саша показал руками, что нужно открыть окно. Женя вскочила на подоконник и стала отодвигать тугие шпингалеты. Рукоятка запора вырвалась из ее пальцев. Наконец окно распахнулось. Саша вовремя отпрянул, а то бы одна из створок ударила его. Оказывается, Саша висел за окном на локтях. Женя нагнулась, прошептала:
— Подожди, я спущу тебе стул!
— Не надо, — ответил Саша, — я вот так. — Он подтянулся на руках, сделал рывок и лег на подоконник грудью. — У тебя все в порядке?
— Все, все! Саша, где ты был? Почему ты так долго?.. Почему ты не заходил ко мне? Это же бессовестно… в самом деле! — быстро говорила Женя сквозь радостные слезы.
— Подожди. — Саша перебрался через подоконник. — Ух! — вздохнул он с облегчением. — Страшно боялся, что не застану тебя! Думал, эвакуировалась…
Женя хотела сказать, как она ждала его, как волновалась, как из-за него осталась в городе, но объяснять все это пришлось бы долго, а времени у нее сейчас не было ни секунды; она схватила Сашу за плечи и прижалась к нему.
— Ну что, Женька?.. — растерянно спросил Саша.
— Саша!
— Какие тут новости?
— Саша!
— Марья Ивановна… я слышу… как она?
— Саша! — в третий раз бессознательно прошептала Женя.
— Ты что-то пишешь здесь?.. — Он потянулся к дневнику, лежащему на столе.
— Не смей! — вдруг резко вскрикнула Женя и выхватила тетрадь из его рук. — Как тебе не стыдно!
— Что? — недоуменно спросил Саша. — Почему?
Женя отбросила тетрадь, с отчаянием топнула ногой.
— Стыдно! Бессовестно! Почему ты спрашиваешь какие-то глупые вещи? Почему ты меня не поцелуешь?
Саша беспомощно пожал плечами, оглянулся на окно и сказал:
— Ну, иди поцелую…
— Дурак! — воскликнула Женя. — Я тебя ненавижу! Сашка, мой милый! — Она повисла у Саши на плечах и ткнулась губами в его губы.
Саша крепко зажмурил глаза.
Встревоженная криком Жени, Марья Ивановна заглянула к дочери и увидела, что Никитин, неумело обняв Женю, целует ее в висок и в щеку. Марья Ивановна вскочила в комнату и захлопнула за собой дверь.
— Боже мой, Евгения!
— Мама, — деловито сказала Женя, — закройте дверь и выгоните этих… своих соседок.
— Евгения! Что ты делаешь? — с ужасом проговорила мать.
— Здравствуйте, Марья Ивановна! — запоздало поздоровался Саша,
— Выгоните, выгоните! — сердито сказала Женя, махнув матери рукой. — Разве вы не понимаете?..
Марья Ивановна выскочила вон, шепча не то молитву, не то проклятия.
— Целуй же, что ты! — требовательно сказала Женя.
— Мне кажется, надо закрыть окно.
— Ты — трус!
— Нет, я боюсь за тебя.
— Значит, ты не любишь меня.
— Наоборот. У тебя все лицо в чернилах.
— А ты похож на оборванца.
— Не вижу логики.
— Как замечательно, что ты вернулся!
— Мне показалось, что твоя мать не обрадовалась.
— Зато обрадовалась я, — прошептала Женя, поглаживая Сашино плечо. — Это ведь главное.
— Какие новюсти?
— Один ужас!
— Если бы поподробнее…
— Не торопись, я расскажу все. Ты пришел совсем?
— Я пришел, может быть, на один час.
— Нет, ни за что! Ты останешься.
— А если спросят: кто я, откуда?
— Ах, мой школьный товарищ!
— И телохранитель?
— Боже мой, у тебя пистолет!
— Я спрячу его под подушку, чтобы…
Саша протянул руку к подушке, но в этот миг распахнулась дверь, и на пороге снова появилась Марья Ивановна. Саша спрятал пистолет за спину.
— Александр! — сказала Марья Ивановна, сурово глядя на Никитина. — Что у тебя в руке?
— Сущие пустяки. — Саша улыбнулся, не теряя самообладания. — Маленький подарок Жене.
Марья Ивановна стремительно подошла к дочери и загородила ее своим телом.
— Александр! — строже и злее сказала она. — В этот дом с такими подарками не приходят.
— Мама, Саша пошутил.
— Молчи, Евгения! Я не знаю, как он очутился здесь, — Марья Ивановна метнула взгляд на распахнутое окно, — но я прошу его покинуть нас не этим путем, потому что честные люди приходят и уходят в дверь.
Женя вспыхнула:
— Как вас понять, мама?
— Он меня понял, — отрезала мать.
— Я понял вас, Марья Ивановна: вы меня выгоняете, — с растерянной улыбкой сказал Саша.