Виктор Лазарев – Реинкарнировал в мире ЭРОГЕ! (страница 87)

– Эм… знаешь, у меня в голове это звучало лучше, так что, наверное, не стоит тебе так меня называть.

– Ну, раз таково желание «Самого лучшего е…»

– Эй, ладно-ладно-ладно-ладно! Я был не прав! Хорошо? Прости!

Какая же мстительная баба!

– Ну, даже если ты просишь «Самый лушчей е…»

— Да хорош уже! Я же извинился! Это сильно смущает.

Кажется мое лицо уже все красное.

Легкомысленно поджав плечами, подруга моего детства, презрительно смотрящая на меня, словно на насекомое -- вышла из класса, направляясь в сторону женской уборной.

Наверное минуту или около того я стоял, а после подошел к столу и поднял трусики Касуми.

Надо бы их отдать. Подумал я. Это ложь. Я врал. Врал сам себе. Насколько же низко я опустился?

Сжав трусики покрепче… черт… этим бы ведь все и закончилось, так же? Смысл бегать от судьбы и…

Я прижался лицом к белью, чувствуя тепло тело, пусть ткань почти остыла, но хотя бы немного еще осталось. И я чувствовал ее запах. Запах Касуми. Было много влаги, так что трусики пропитались ее запахом очень хорошо. И, казалось бы – я только, что выдал недельную норму и уже выдохся по полной, но… я почувствовал как мое весьма определенное место, вновь поднялось и готово к бою. Боевые знамена снова реют.

Всплыло новое системное сообщение:

«Получено новое достижение – Ищейка»

Оставалось только усмехнуться такому повороту событий, но кажется, я не хочу просто так отпускать Касуми. Думаю, нужно ее догнать и… может вернуть потерю? Опять вру. Сунув трусики в карман, я направился к женскому туалету.

Дверь не была закрыта, так что я вошел внутрь без особых проблем, а внутри обнаружил Касуми, стоящую у раковины. Хоть бы дверь закрыла. Сейчас идет урок, и никого нет в коридорах, но мало ли, вдруг какой учитель ненасытный на огонек заглянет. Касуми увидев меня, что то невнятно пробурчала. Ее рот был занят. Она держала край своей юбки в зубах, что видимо он не мешал. Вода в кране была включена и тихонько журчала. Касуми не двигалась. Картина маслом.

Поняв, что я опять задумал нечто глупое, девушка разжала челюсти, и юбка снова закрыла ей ножки. Жаль, до этого я мог все видеть очень отчетливо. Это завело меня еще чуть сильнее.

– Слушай, чтобы ты не задумал, я ухожу отсюда. К черту, пусть я буду ходить с ногами, блестящими, будто я вымазана сгущенкой, но не… – в этот момент она проходила мимо меня, направляясь к двери.

Я схватил девушку за руку и оттолкнул назад. Повернувшись, я направился к двери и закрыл замок.

– Что… что ты? Опять? Серьезно? И пяти минут не прошло! У меня все внутри болит, так что даже не пытайся меня соблазнить!

– Хватит Касуми. Хватит. Я знаю, что нам стоит сделать сейчас.

– Нет, все пусти! – она попыталась пройти мимо. Наивная. В первый раз не сработало и во второй не выйдет.

Схватив ее за руку, я завернул ее за спину девушки.

Ее глаза заслезились:

– Хватит Кума. Пусти, мне больно!

– Касуми, такие слова меня сейчас только сильнее заводят.

– Ты… – испуганно начала она, но не осмелилась закончить предложение.

Я прильнул к ней сзади, цепко держа ее руку. Моя единственная свободная рука коснулась ее груди. Легла прямо поверх одежды, начав мять ее грудь.

– Они очень мягкие.

– …

– Касуми, кажется, я понимаю, почему с тобой такое все время происходит. У тебя какая-то странная энергетика, приманивающая подонков и преступников. Может нечто связанное с феромонами?

– …

– Тебе хотя бы немного стыдно? – я поцеловал ее шею, после коснулся языком уха, проведя по нему линию оставляя немного слюны.

– Ты дурак Кума… вот и все, что я хочу сказать.

Наверное, она действительно извращенка. Да когда я толкнул ее, я действительно применил силу, но сейчас пока я лапаю ее за сиськи, я едва-едва касаюсь ее руки. Если бы она хотела вырваться, действительно этого бы хотела, то сумела бы это сделать за пару секунд. Будь на ее месте Эрири, я бы уже валялся на полу со сломанным ребром, потому что моя сестричка заехала бы любому насильнику локтем, даже не задумываясь. А Касуми… вообще не сопротивляется. Зато вот ее лицо сильно раскраснелось и… у нее из рта пар что ли идет? Ей так жарко?

Свободной рукой, я перестал мацать ее грудь и направил ее под юбку. На ней не было трусиков (она же в моем кармане), так что, немного замаравшись в том, что она не успела смыть, я проник внутрь нее. И… ее нутро кипело! Когда из нее начал литься сок, меня будто кипятком обдало! Похоже, немного насилия, вот чего остро не хватало нашим отношениям. Кто бы мог догадаться?

***

– Прекрати! Пусти уже! – по-змеиному прошептала Касуми, злобно сверля меня взглядом.

Странно… да ладно! Если бы ей это не нравилось, она бы вырывалась. Я ее едва-едва держу. Она не пытается ни сбежать, ни ударить меня. Ни кричит, ни плачет. Странно. Значит она не против? Тогда откуда эта злоба в голосе? И такие грубые слова? Может, она так перепугана, что не может и помыслить о бегстве? Да… вроде нет. Пульс у нее ускоренный, но не доходит до состояния паники. Да и эта грубость, откуда она в таком случае? Испуганные люди так себя не ведут.

И тут я подумал… может дело в разнице в уровнях? У меня сейчас третий уровень, у нее первый, вероятно, мой показатель силы большее ее? Надо бы проверить… ну то есть я, конечно, очень хочу добить квест с Касуми, но все же изнасилование немного не то, к чему я стремлюсь. Так что я отпустил ее руку. Она не шелохнулась, только немного в пол-оборота повернула голову. А да, моя вторая рука все еще у нее под юбкой. Пришлось и ее вынуть. Все пальцы и ладонь, мокрые от горячего сока. Она не шевельнулась. Только смотрела на меня с недоумением. Может… может она специально меня злила, потому что она на голову поехавшая и ей нравится жестокость?

Странно это все. Я приблизился к ней, наши лица рядом. Так что я поцеловал ее. Поцелуй был не просто страстным, он был воплощением страсти и похоти. Наши рты были широко открыты, губы соединены, а языки сплелись. Я нависал над ней сверху, так что ее голова была ниже моей и как итог – не прошло и минуты, как ее подбородок и часть шеи была полностью покрыта нашей слюной. Но, на удивление это не выглядело отвратительно, наоборот блеск ее кожи был такой манящий. Я толкнул ее в спину, по направлению к раковинам. Перед ними были зеркала, так что она, опустив голову, шла, будто на казнь. Когда она дошла, то обернулась, будто не понимала, что должна делать. Ладно, раз ей так хочется жестокости, я удовлетворю ее запросы. Я схватил ее за шею сзади, и она вскрикнула. Да, это реально больновато. Но более удивительно, что при этом она немного качнула бедрами, вернее немного ими подвигала, словно у нее там что-то чесалось. И как давно ее ноги блестят от влаги? Я надавил с силой, заставив девушку согнуться над раковиной.

Она схватилась за ее края. Раковина была ей по пояс… нет ниже, скорее чуть выше ее лобка. Я продолжал давить, так что она низко нагнулась. Теперь она стоит буквой Г, ну или П, если учитывать руки.

– Кума… пусти… больно, пожалуйста! – вот в это я уже верю. Ее голос был очень взволнован и действительно выражал боль.

Я ослабил хватку и свободной рукой шлепнул ее по заднице. Хороший и звонкий удар, да и вскрик в исполнении Касуми было приятно слышать. Наверное, я превращаюсь в извращенца… мда… вот, до чего довела мужика дружба с детства.

Касуми сильно прогнула спину, и ее попка поднялась вверх. На ней не было белья, так что стоило мне лишь немного задрать ее юбчонку, как я сумел рассмотреть все ее прелести.

– Не… не пялься так… – с лицом, красным, словно вареный рак от смущения, произнесла Касуми, но я не стал ее слушать.

Я расстегнул ширинку и извлек на свет «оружие праведной мести». Не то, что бы я хотел кому-то мстить, просто название понравилось.

– О! Ну, я и идиот! – странно, что меня только сейчас осенило, я, наверное, реально тупой.

– Чего это там до тебя дошло? – уже без наигранности, а вполне серьезным тоном спросила подружка детства. Она была обеспокоена.

Мы же в туалете, прямо перед раковинами, и, разумеется, тут есть жидкое мыло, в специальных штуках висящих на стене, тут даже ничего жать не надо.

Одной свободной рукой (второй я все еще сжимаю лебединую шейку девушки) – я долбанул по этой фиговине и подставил ладонь, щедро загребая мыльцо. В голову сразу полезли шутки про плейстейшены, но я мужественно их отверг. У нас тут взрослые дела, и нам не до игрулек.

В общем, набрав мыла на ладонь с гаком, я примерно треть оставил на себе, бухнув синеватую соплю жидкого мыла на член. Все остальное я размазал по попке и вагине девушки. Обе дырочки были в полном моем доступе и видом сзади открывался чудесный. А еще более чудесно, что когда я смотрел на нее под таким ракурсом, Касуми словно инстинктивно это чуя, понемногу подтекала. Я растирал все очень хорошо, не только попки я касался, но и вагины.

– Сейчас я зайду с твоего «черного хода» Касуми, готова или нет – я начинаю – ответом был жалобный писк, наверное, это знак согласия.

Но хоть я так и сказал, я не особо спешил приступать к делу. Сперва хорошенько растер мыло на члене по всей длине, а после занялся дыркой Касуми. Пальцы размазывали мыло по всей поверхности, и я даже побывал внутри, что бы и там ничего не застряло. Думаю, будет хорошо, если у нее будут немного неприятные чувства, что-то вроде легкого беспокойства, все же она мазохистка и точно оценит, но не хочу, чтобы ей было слишком больно. Мягкотелый Кума во мне, все еще цеплялся за роль рулевого. Когда пальцы проникли внутрь, она начинала сопротивляться, двигая тазом и бедрами, словно пытаясь сорваться с крючка.