Виктор Лазарев – Реинкарнировал в мире ЭРОГЕ! (страница 76)
Видно, что она из-за всех сил старается сохранить лицо, и я чувствую себя сволочью разбивая ее иллюзии собственной непогрешимости, но… это слишком забавно, чтобы останавливаться.
– Не, не, не – у тебя весь нос красный!
– Не, не, не – начала она свой ответ, скрывая нос ладонью – мне вовсе не б…
И тут она совершила явную ошибку. Коснулась этой ладонью своего лица.
И тут плотину прорвало. Она плюхнулась на задницу и расплакалась.
Наверное, стоило прекратить эти «шутки» с самого начала, а не доводить до такого.
Порывшись в кармане, я нашел мятый платок и протянул ей.
Она без особого почтения, чисто машинально схватила его и начала в него сморкаться.
После она протянула его обратно, но я жестом ответил ей что то вроде: «да все нормально, оставь себе», что Мегане и сделала.
– Спасибо – тихонько произнесла она.
– А?
– Что слышал, идиот! – крикнула она.
И чего расшумелась? Занятия же идут.
– Я очень неуклюжая, то есть некоторые думают, что я неуклюжая, поэтому… поэтому все в студсовете считают меня лишней. Думают, что я недостойна занимать роль главы дисциплинарного комитета.
«Это еще что за исповедь началась?»
– Но… но я докажу, что я не такая! Они все думают, что я все решаю лишь деньгами своей семьи, но я докажу, что мне не нужны деньги, чтобы стать кем-то значимым!
«Это какой-то эвент начался или что? Что вообще тут происходит?»
– Я стала главой дисциплинарного комитета не просто так! Я докажу, на что я способна и всего добьюсь своими силами!
– А… – произнес я без особого энтузизма – ясно. Постарайся там уж.
И тут… она поклонилась!
– Спасибо учитель! Вы открыли мне путь!
«Открыл путь? Ну и пиздуй по нему тогда! Больная на голову!»
После чего Мегане резво умчалась.
– Фото… ты его забыла!
Обнаженное фото намыленной Эрири, она так его хотела, а теперь оно валяется на полу, словно мусор. Но только я собирался согнутся и поднять его, как Мегане наконец вспомнила, что его забыла и словно пуля промчавшись следом, оказалась рядом со мной. И вот мы оба нагибаемся за одним фото лежащим на земле и наши головы… да вы правы! Она касаются друг-друга!
Первое, что мы ощутили это касание губ, приятное и мягкое. А через долю секунды встретились наши лбы.
– Я все равно не неуклюжая! – кричала Мегане, убегая и на бегу вытирая слезы рукавом.
– Ну, что за недоразумение? – только и мог вслед удивляться я.
Наконец, когда Мегане покинула сцену, самое время захлопнуть капкан с жертвой! С суровым взглядом и похотливо бегающими глазками я приблизился к учительской и открыл дверь…
Когда я распахнул дверь, Касуми была внутри (а где еще ей быть?), и она была… разумеется голая. Ну, почти.
Из одежды на ней были только черные чулки, трусики тоже черные, а еще сорочка нараспашку.
Она удивленно смотрела на меня, не зная, что и сказать. Ее руки лежали поверх ее грудей, закрывая сосочки и весьма сильно надавливая на ее шарики, так что те заметно были сплющены.
Увидев меня, она медленно начала краснеть и открыла рот от удивления.
Пытаясь создать, хотя бы иллюзию пристойности, она закрыла руками свою грудь и повернулась боком, но в итоге это сделало картину только сексуальней, ведь теперь я мог видеть и ее попку.
Большая часть ее одежды была снята. Думаю, я знаю, что происходит. Решив, что она все равно опоздает на урок, она начала переодеваться прямо в кабинете готовясь к физкультуре.
Однако, из-за того, что на ней практически не было одежды, она выглядела сейчас жутко развратно и сексуально! Намного порочнее, даже чем без одежды вообще.
Похоже, я потерял все свое самообладание и мои щеки начинают гореть от возбуждения.
Ее лицо тоже жутко покраснело, но Касуми отводит взгляд, пытаясь это скрыть.
Повисла крайне неловкая пауза. Надо бы что-то сказать или сделать, пока все не переросло в недопонимание:
– Извините… я не знал, что вы тут переодеваетесь, простите – чего это я перешел на столь вежливый тон? И почему я развернулся? Почему я вышел из комнаты? Почему я теперь стою в коридоре? Почему я закрыл за собой дверь?
Я схватился руками за голову и с трудом подавив острое желание вырвать на своей голове клок волос, я рухнул на колени.
«Да какого черта я творю???» – задал я, немой вопрос, бессильно треснув кулаком по полу!
***
Взяв волю за яйца в кулак, я поднялся и без стука ворвался в учительскую снова.
Касуми была все также обнаженной, и, похоже, она даже не шелохнулась. Все также прикрывая грудь ладонями. Может, она просто шокирована и не понимает, что вообще происходит или она знала, что я вернусь и заранее прикрылась?
– Касуми? Ты тут? Что случилось? Неужели опоздала и тебя привели сюда? – делаю я настолько палевное предположение, что, похоже, до нее доходит, кто ее сюда заманил и зачем.
– В первую очередь Кума, только никудышный преподаватель будет использовать свое положение, для подобного. И во-вторых. Если не вламывайся в дверь, если знаешь, что за ней переодеваются. И даже если я поверю, что в первый раз ты не делал этого специально и случайно сюда зашел, то второе твое появление точно было намеренным.
– … ну… – я смутился и сильно покраснел от стыда – я… Касуми хватит меня отчитывать! Мне просто… ну я соскучился по тебе, вот и все!
– И что? Обязательно было подобный трюк проворачивать, чтобы повидаться?
– Нет. Но я же романтик. Это был вроде как сюрприз.
Может я реально перемудрил? Я ведь сам по жизни всегда придерживался принципа «не строй машину времени там, где поможет удар молотком». Ну, то бишь – не надо плодить сущности и все усложнять без меры.
– Ладно – Касуми кивнула и опустила руки, уперев их в бока, ее большие груди при этом сильно качнулись.
Ее самообладание и умение быстро приспосабливаться к смене обстановки меня удивляли и вдохновляли.
Хотя может она просто со мной заигрывает? Строит передо мной строгую училку? Хотя вроде не должно все быть наоборот? Просто иначе, зачем она скрещивает руки ниже груди так высоко ее приподнимая?
– У тебя вообще нет манер! Хоть ты и думаешь, что научился некоторым из них. Но…
– Я понимаю, хватит меня уже отчитывать! – эти ролевые игры заходят слишком далеко, так как вся моя решимость внезапно куда-то теряется. А лицо такое красное и горячее, что прямо как зад бабуина.
– Как насчет извинения?
– А?
– Извинение. Хороший признак хороших манер, если ты совершил ошибку и понимаешь это.
Я молчал. Она реально перегибает палку! Еще пара таких предложений, и я со слезами на глазах убегу в закат вслед за Меганеко. Она слишком строгая!
– Тебе придется научится уважать чужую личную жизнь!
– Пр… простите – я виновато опустил глаза, серьезно, это все заходит слишком далеко!
Она сделала несколько шагов вперед и ее груди сильно колыхались при каждом шаге. Теперь она стоит всего-то в паре метров от меня. На таком расстоянии я не могу не заметить ее определенные, самые интересные и определенно самые возбуждающие части. Она так пристально смотрела мне в глаза, словно хотела загипнотизировать.
– На что это ты уставился?
«Сама то, как думаешь? Не хочешь, чтобы на твои сиськи пялились, так хоть прикройся!» – подумал я, но сказал конечно-же: