Виктор Лазарев – Eroge LV4: Сисек будет много (страница 19)

Ее большие сочные груди и внушительные округлые ягодицы мгновенно заняли все мои мысли, сейчас я слишком возбужден, чтобы думать о чем либо еще, и я сам того не заметил, как холод от близкого присутствия призраков перестал меня беспокоить, рядом с такой женщиной мой пульс подскочил до опасных пределов, из-за чего температура тела резко повысилась.

Ощущая на себя довольно приятную, но заметную ношу, я довольно сильно перевозбудился. Не помню, чтобы раньше я так быстро терял самоконтроль. Все дело в алкоголе? Нет. Может в ее привлекательности? Это же натуральная милфа. Тоже врятли. С Юлией я был более спокойным… остается все списать на магию. За много столетий хитрая лиса могла поднатореть в искусстве соблазнения. Я решил лишний раз не морочить себе голову и просто позволить ей проявить инициативу, раз уж она этого хочет, так что расслабился и приготовился получать удовольствие.

— А мы не слишком резко начали?

— У вас появились сомнения? Не думаю, что еще смогу этого ждать, я уже совершенно мокрая там… внизу… — ее щеки внезапно покраснели. Сидзуко хоть и та еще извращенка, но как истинное воплощение ямато надэсико, то есть как японская хорошо воспитаннаяледи, она должна проявлять больше скромности и показывать хорошие манеры, а не вот-вот потекущее слюной от вожделения озабоченное красное лицо. Но и в самом деле, ее киска текла соками любви — не переставая, на стволе моего пениса уже появились мокрые склизкие капли смазки, такие же капли жидкости были и на ее бедрах. Похоже, она очень сильно возбудилась только от одной мысли о сексе, и было бы глупо думать, что это именно идея о сексе со мной так ее завела. Скорее всего, этой озабоченной неважно с кем, и даже не важно, что бы этот кто-то был человеком. Она действительно помешанная на сексе извращенка! Ну, ладно… отступать от дела поздно, да я и не особо хочу. Я сам не образец целомудрия. Да и врятли меня пустят. Сидзуко хоть и казалось довольно легкой, прижала меня к полу основательно, и не хочу давать ей повода пустить когти и клыки в дело. Если ради спасения мира, ну или хотя бы конкретно этих душ (что витали под потолком комнаты) нужно, чтобы я отымел как следует лисичку, я это сделаю. Раз она так сильно течет по моему члену, она его получит. Сейчас не рождество, но кое-какие подарки, я распечатаю чуть раньше.

Глава 20 Оямадо 7 — Совокупление

Двигалась она очень плавно, вхождение под хорошим углом, сразу виден немалый опыт. Я такое врятли смог бы провернуть.

— И как вам это?

— Очень… неплохо…

— Всего лишь? Не очень высоко вы оценили мои старания… — сказала госпожа Сидзуко притворно грустным тоном, и тут же ее лик окрасила хищная улыбка и она словно пропела — в таком случае, позвольте я покажу вам все, что умею♪

— Охох… — только и смог удивленно произнести я, когда лисица принялась двигаться с увеличившейся скоростью и явно вкладывала старания в это дело больше, чем было необходимо. Главное только самому этим не увлечься, у нас тут секс, да еще секс лечебный… эм… исцеляющий? В общем, я пытаюсь спасти ее от проклятья. У нас тут не соревнования, кто умеет лучше бедрами шевелить.

Пальцы лисички коснулись киски, проводя по ним пальцам и оставляя на своем животе и внутренней поверхности бедер, оставляя на коже яркие и блестящие влажные капли. Хотя у меня размер члена был богатырским, она насадилась на этот штырь, кажется без особой проблемы. Ее опыт и таланты в плане секса не могут не впечатлять. Кроме того, она течет соками любви не переставая, из-за чего мы оба уже измазались в маслянистых каплях смазки, а в комнате стоял по-настоящему непристойный, животный запах. Сидзуко, при всех ее утонченных манерах и скромному поведению, создающему вид благопристойной женщины, в плане секса ведет себя как необузданное похотливое животное, что заставляет меня, ее уважать. Она такая грязная и непристойная, что я просто не могу ей не восхититься.

— Что такое, Казума? Ты выглядишь встревоженным. Мы же только начали, не говори мне что…

— Не дождешься! Ты еще будешь умолять меня остановиться! — чуть ли не крича заявляю я, усиливая натиск.

— О, так ты имел некие козыри в рукаве? На долго ли их хватит?

— Я просто напомх… напоминахью… тьфу ты! Короче — я тут тебя спасти пытаюсь! Вообще-то! — из-за возросшего темпа, я едва не прикусил язык, опасно при такой скорости фрикций рот лишний раз открывать… во всех смыслах этих слов — ты хочешь быть расколдована, или нет?

— Конечно же, хочу, но если уж делаем это, давайте сделаем все как следует!

Мы начали целоваться, и лисица прижалась ко мне, ее огромные шарики пружинили об мою грудь, соски стали настолько твердыми, что ими можно резать стекло, и они царапали мою грудь. Ее тело внезапно стало таким горячим, и едва Сидзуко начала ко мне прижиматься, как мне стало невероятно жарко. Пот побежал по спине, а кожа покраснела.

— Хахах… похоже ты сильно возбужден, я тоже… так давай продолжим, и посмотрим, кто выйдет победителем из этой битвы? — сперва то, что между нами было можно окрестить словами вроде «странно, но возбуждающе» или «мокро и скользко, но в целом приятно», то сейчас в моей голове была только одна мысль и одно слово «горячо», а не, два слова «горячо и жарко!»

Температура ее тела намного выше человеческого, и когда она распаленная от желания и секса вот так ко мне трется, я начинаю таить, как мороженное под летним солнцепеком.

— Ах, мммхх… ммм… — простонала Сидзуко, хотя она много храбрилась, она просто женщина.

Так как член у меня эм… слишком большой, он редко когда уходил до самого конца, если только Сидзуко намеренно не насаживалась на него, она двигала талией так, что как правило в ней торчал либо самый кончик, либо примерно треть, но иногда ей хотелось больше и тогда она опускалась до самого конца, стукаясь мокрой киской об мой лобок и касаясь корня.

— Охм… ммм… — простонал я. Хоть я и получил систему, касающуюся секса, и уже кучу красоток перепортил, но с опытом Сидзуко и я поспорить не могу.

Когда я поднял взгляд выше, к потолку, заметил, что часть душ уже испарилась. Едва я поднял взгляд наверх, как две или три из них начали светиться ярким сине-голубовато-серебряным светом, или чем-то подобным, в такой темноте трудно что-то разглядеть, они просто словно теряли форму становясь не летающими огоньками, а яркими фонарями и вскоре просто исчезали, оставляя после себя фантомное свечение еще на несколько секунд.

— Часть душ засветилась и пропала… это нормально? — решил уточнить я.

— Они получили достаточно энергии, что бы покинуть этот мир, мы все делаем правильно. Вы не заметили, что в комнате стало намного жарче?

Похоже, когда духи появились, материализовались в комнате, стало очень холодно, они вытянули энергию и соответственно тепло из помещения. А когда покидали эту комнату и видимо этот мир, уходя в рай или куда там они собрались, то стало наоборот жарче… ну, оно и понятно, энергия и материя не берется из ниоткуда и не исчезает в никуда. От осознания фундаментальных законов физики или вероятно понимая смысла жизни во вселенной меня отвлекла Сидзуко, а вернее — ее бедра, а еще точнее, то что она начала двигаться намного активнее, насаживаясь на член с такой неистовостью, будто от этого зависела ее жизнь. Мой член был окружен сильным теплом, влагой и странной мягкой упругостью, оказавшись в ловушке ее киски. Кончик моего члена уже упирался ей в матку, она не собиралась церемониться и шла до самого конца. Ее бедра двигались быстро, даже не вспоминая о плавности в движениях, не будь в ее влагалище столько эм… влаги и смазки, мой член от такого резкого трения уже бы загорелся.

— Давно я не чувствовала нечто настолько большое и приятное внутри… ты заполнил меня до краев… — улыбнулась госпожа Сидзуко, блеснув клыками, отражая проходящий через окно лунный свет.

— Готова продолжать? — уточнил я, хотя в этом и не было надобности, госпожа Сидзуко не ответила, лишь хищно облизнулась, показав мне длинные клыки и нежно-розовый язычок, и мы продолжили совокупление.

Когда она вместо ответа, лишь озарила меня угрожающей и жутковатой улыбкой, стенки влагалища цепко сжали мой стержень, словно стараясь выдоить из него все соки. Стенки влагалища приятно терлись о ствол, создавая приятное ощущение, которого проходило по всему стволу. Наши бедра после короткой паузы подарившей немного наслаждения от покоя — снова беспокойно задвигались. Мой член все продолжал входить и выходить из скользкого туннеля, громко хлюпая и разбрызгивая любовный нектар. Мой член терся о стенки ее влагалища, делая это все быстрее и быстрее. Женщина тихонько постанывала, сладко прикрывая глаза, я же словно кремень сдерживал свои истинные чувства.

Это длилось еще несколько минут, хотя по моим ощущениям прошел час, а то и не один. Госпожа Сидзуко уже не просто стонала, а яростно ревела, когда мой большой, твердый и толстый буквально пронзал ее нутро. Ее плоть горяча, да и ее ласки меня сильно распаляли, так что я смог долго сдерживаться.

Когда я уже был близок к завершению, когда до конца оставалось несколько секунд, оставшиеся полтора десятка душ висевшие под потолком ярко-засветились, озаряя своим светом комнату, словно прожектор.