Виктор Квашин – Остров счастливого змея. Книга 2 (страница 5)

– Они тоже могут мстить?

– Они не мстят. Ты сам бьёшь себя своими поступками.

– Как же представить себя камнем?

– Уж как-нибудь представь. Нужно было думать тогда, когда решил его обидеть. Или жди, что камень провернётся под ногой, когда будешь бежать. Тебе выбирать.

– Да, наверно нужно найти время и заняться этим.

– Любое мгновение даёт человеку возможность изменить свою жизнь.

Сикте достал маленькую трубку, набил табаком, раскурил. Александр достал сигарету.

– Сикте, мне бы что-нибудь почитать о хабуга. Я совсем ничего не знаю.

– Читай.

– У тебя есть книги про хабуга? – удивился Александр.

– Зачем книги? Читай людей, читай реку, читай тайгу. Разве буквы могут рассказать, как распускается цветок, как улыбается ребёнок? Читай природу, читай жизнь – сам всё поймешь, если будешь внимательным.

– Слушай, Сикте, – вдруг спохватился Александр, – а что же ты не спрашиваешь меня, почему я здесь?

– Что спрашивать? Ты вернулся.

– Ты знал?

Сикте рассмеялся:

– Я же тебе прошлым летом сказал, что ты пришёл туда, куда тебе нужно. Зачем уезжал? Здесь твое место.

– Ещё ты тогда сказал, что я делаю бесполезную работу, – вспомнил Александр.

– И что, работа была полезной?

– Нет. Ты был прав.

– Что теперь собираешься делать? – спросил Сикте.

– Думаю пойти учителем в школу, если возьмут. Ты как считаешь?

– Хорошее дело. Иди, учи детей. Сам заодно учиться будешь. Дети учат.

– Ты мне столько всего сказал, мне переварить надо, обдумать всё. Можно я буду к тебе приходить, советоваться?

– Обдумай, но не умом, а сердцем. А приходить можно. Приходи, когда захочешь.

4

На крыльце своего дома Александр обнаружил ведро картошки. «Наверно Пасхин приходил», – подумал он. Несколько картошин почистил для ухи, остальные рассыпал под кроватью, чтобы прорастали. Взял лопату, копнул в нескольких местах участка. Земля уже оттаяла на штык, можно было копать. Разметил гряду под картошку, стал вскапывать землю. Спина с непривычки быстро устала, заныла поясница. Вернулся в дом, сварил уху, благо, соль и специи нашлись в коробке на кухонном столе. Только приготовился есть, как вошёл Пасхин.

– Привет, Саша! Ты что нас забыл? Почему не приходишь столоваться?

– Здравствуй, Петрович! Садись со мной, испробуй ушицы.

– Ух ты! Откуда рыба? Сам что ли поймал?

– Олонко и Соло принесли. Садись.

Александр подал гостю тарелку.

– Извини, хлеба нет.

– Нормально. Уха и без хлеба хороша.

– Спасибо, Петрович, за картошку. Посажу. Я уже огород копать начал.

– Какая картошка?

– Ну, ведро картошки. Разве не ты принес?

– Не я.

– А кто же тогда?

– Не знаю. Да это неважно. Кто-то, значит, захотел тебя угостить.

– Как же не важно? А как я смогу поблагодарить?

– А зачем? Захотел человек доброе дело сделать, и сделал. Он же не ради благодарности. У нас это в обычае. Ты захочешь – другому сделаешь. Так по кругу добро и вернется.

– А как же ведро хозяину вернуть? Я же его не знаю.

– Поставь у порога, заберут, если нужно. Как поживаешь-то?

– Да вот, устраиваю быт помаленьку. Сегодня к Сикте ходил. Он мне столько информации выдал, чуть мозги не расплавились. Теперь обдумываю.

– Сикте может, мудрый старик! Иногда простую вроде вещь скажет, а потом неделю эта мысль из головы не выходит. Умеет! Пойдем, ко мне сходим, хлеба возьмёшь, да семена Ласик тебе приготовила. Посадишь, глядишь, к приезду Зои зелень какая-никакая будет.

Лариса надавала семян – не пожалела.

– Да куда мне столько? – растерялся Александр. – У меня ещё и огорода-то нет.

– Берите, берите! Огород – дело наживное, вскопаете.

– Бери, – поддержал Михаил, – там земля паханная, мягкая. Время до посадки ещё есть.

Лариса дала подробные инструкции, когда, что и как сажать, и Александр с охапкой пакетиков и буханкой свежего хлеба пошёл домой.

Норд по пути выпросил горбушку – соскучился по печеному. Ближе к дому он вдруг взял след и понёсся к дому.

На пороге сидели Олонко и Соло. Олонко почёсывал псу загривок и что-то приговаривал. Александр пожал руки.

– Заходите, чай будем пить, дом посмотрите.

– Видели мы твой дом, – сказал Олонко. – Помогали Мише строить. Миша – хороший человек.

Александр вскипятил чайник, заварил покрепче.

– Хороший чай у тебя, Забда!

– Из города привёз. Здесь такой не продают.

Он вытащил две пачки, подал гостям.

– Возьмите, дома заварите.

– Хороший подарок, – сказал Соло, разглядывая пачку. – А мы с делом пришли.

– Говорите.

Александр протянул раскрытую пачку сигарет, вытащил и себе.

– Пошли завтра на рыбалку. Чунгай на берег вышел, я сам видел.

– Кто такой Чунгай?

– Ха! Ты не знаешь? Жук такой, в воде живет постоянно. Когда таймень на нерест идет, он на берег выходит, людям говорит.