Виктор Кувшинов – Мир, которого нет (страница 80)

— Сейчас будет снята защита на одну минуту и откроется выход. Вам, в виде исключения, разрешено покинуть наш волшер. Поэтому, большая просьба — хранить место входа в тайне. Иначе это может ослабить нашу обороноспособность.

— От кого? — удивленно спросил Женька.

— От внешних врагов! — невозмутимо и уверенно ответил военный.

Женька не стал интересоваться внешними врагами, подозревая, что тем самым, мог сам легко в угодить в их число. Тем более что времени на беседы у них больше не осталось. Тьма перед ними рассеялась, они увидели длинную пещеру, слегка освещенную вдали.

— Это свет от естественного входа в пещеру, — пояснил их подземный гид. — Идите на него, и окажетесь у подножия холма. Дальше двигайтесь прямо, пока не выйдете на дорогу — на ней сверните налево и через полдня дойдете до пригородов Сарта.

Счастливого пути!

Невольные гости подземелий радостно распрощались с провожатым и устремились на свежий воздух. Спустя несколько минут они стояли на лесной поляне у подножия холма. Прежде чем предпринимать активные действия, надо было сориентироваться на местности, и Женька предложил:

— Ну что, может, я слетаю на разведку, чем пешком до города топать?

— Давай так. Мы пойдем пешком прогуляемся — хочется просто походить по лесу после этих подземелий. А ты разведай в городе все и возвращайся за нами. Все равно, нам деваться некуда — будем двигаться в известном направлении.

На этом и порешили. Ребята устремились по еле видной тропинке под кроны больших деревьев, а Женька «полетел» по изнанке вдоль того же маршрута, только с несколько большей скоростью. Дорога шла в полукилометре от пещеры. Он свернул налево, как советовали, и припустил вдоль извивающейся змеей грунтовке. Спустя некоторое расстояние грунтовка примкнула к гораздо большему тракту, вымощенному камнем.

Женька старался запомнить координаты, чтобы потом найти ребят. Для этого он взмыл вверх и увидел общую картину в радиусе нескольких километров, но дальше перспективу было не рассмотреть из-за облаков, местами полностью скрывающих землю. Он так и полетел под самыми облаками, чтобы срезать ненужные петли дороги.

По тракту в обоих направлениях ползли повозки, конные и пешие люди.

Вскоре вдали показались деревенские дома, нанизанные, как бусы на петляющую нитку большака. Постепенно постройки все больше собирались у проезжего пути и, наконец, стали образовывать целые кварталы. Женька скользил дальше: поскольку конечной их целью была библиотека города или волшера, то и им нужно было разместиться где-нибудь поближе к центру столицы. Вскоре он кружил над центральными кварталами, выстроенными самой причудливой застройкой. Только главная площадь и набережная реки были выдержаны в одном стиле, напоминающем чем-то Питер, а дальше было видно, что каждый строил, во что был горазд. Дома стояли, как хотели, только что не посягали на ширину улиц — видимо это все-таки контролировалось властями.

Он снизился и продолжил свой полет прямо по улицам, подыскивая гостиницу или что-то вроде этого. Деньги его не ограничивали, поэтому он притормозил у вполне респектабельного дома, с шикарным фасадом, увенчанным золотой вывеской "Гостиный дом", и со швейцаром на входе. Он, не выходя с изнанки, «заглянул» внутрь и убедился, что фойе вполне соответствовало, по крайней мере, четырехзвездочным отелям Земли. Еще раз оглянувшись, он заметил пару прилично одетых мужчин, и внимательно запомнив их наряды, поспешил в боковую улочку, где неприметно «проявился» в похожем костюме, не забыв набить карманы золотыми монетами и карамелью.

Золотой на чай безмерно воодушевил швейцара. По его округлившимся от восторга глазам, Женька понял, что переборщил. Золота было не жалко, но прокалываться с первого же шага было как-то стыдно даже перед самим собой. Но все-таки основная цель была достигнута. Дверь перед ним приветливо распахнулась, и он, напыжившись примерно на пол-индюка, чтобы соответствовать нормам зажиточных «пришедших», но не перебрать, как в случае со швейцаром, горделиво ступил в холл гостиницы и не спеша, обвел оценивающим взглядом помещение.

Обстановка была шикарной. Но он не подал вида, а со слегка кислой миной прошел к регистратору или метрдотелю, или как его еще там звали в этом заведении.

Сравнительно молодой человек за канцелярской стойкой таял в своей умопомрачительно-сладкой улыбке. Женьке так и хотелось сказать что-нибудь типа:

"рот на бантики подвяжи!" Но он продолжал играть роль зажравшегося обывателя и поэтому небрежно спросил:

— Как у вас тут, приличные апартаменты на троих найдутся?

— Конечно! С великой радостью и на Ваш выбор! Трехкомнатные с ванной и ватерклозетом или отдельные для каждого? И вид можно выбрать в сад или на площадь, также этаж можно выбрать: есть второй и четвертый.

— Что-то у вас посетителей не густо, раз такой выбор? — изобразил брезгливое сомнение Женька.

— Никак нет! Не пустуем, на две третьих заполнены, а если учесть, что сейчас не сезон, да и никаких публичных событий в городе, то вполне даже много гостей. И потом… не каждый же себе позволит в лучшем отеле Сарта остановиться!

— Ой ли, в лучшем? — засомневался Женька.

Парень за стойкой сумел скроить уморительную гримасу, одновременно выражающую и обиду за отель, и радость гостю, и сладострастное желание услужить. Женька не удержался и, рассмеявшись, прокомментировал эту пантомиму:

— Ну, судя по тому, как вас тут вышколили, и действительно, лучший! Ладно, давайте трехкомнатный, на втором этаже, с видом в сад, на три дня. Изанровские золотые вам подойдут? — и высыпал на прилавок несколько монет.

— Да, подойдут. Так вы из Изанры? Это ж какая даль! Вы морем сюда добирались? — не удержался от любопытства регистратор.

— Много будешь знать… в общем сам решай, что с тобой станет. А о магических тайнах расспрашивать не рекомендовал бы — целее будешь! — пренебрежительно усмехнулся Женька. — Давай, лучше номер показывай!

Номер типа свиты с большой залой и двумя, примыкающими к ним спальнями был превосходен. Водопровод и канализация совсем умилили и без того приятно удивленного Женьку, и он без дальнейших проволочек сказал:

— Я беру. Багаж доставят позже. Два моих гостя тоже прибудут чуть позже.

Регистратор, лично показывавший номер, проводил гостя в холл и замявшись, все-таки отважился спросить:

— На какое имя пожелаете записать номер?

У Женьки екнуло внутри: "Вот болван! Опять прокололся! А вдруг он какой-нибудь местный паспорт потребует?" Но снаружи он сохранял серьезную мину японского самурая, делающего себе харакири тупым кухонным ножом:

— Евгений Котов! Что-нибудь еще?

— Хорошо бы удостоверение личности посмотреть, — совсем стушевавшись, спросил метрдотель. — У нас правила такие. Это же для Вашей безопасности.

"Ну, точно! Вляпался!" — чувствуя, что он не знает, как выглядит бумажка нужного образца, Женька решил поерничать:

— А тебе какую бумажку нужно? У нас в Изанре ведь совсем не те, что у вас, Сарте приняты!

— Да мне любую! — жалобно проканючил слуга.

Женька лихорадочно думал: "Как бы и что бы ему подсунуть? Ага!" — Смотри, что там у тебя упало? — Женька детсадовским приемом отвлек внимание слуги. Благо за его спиной на полу и в самом деле белела какая-то салфетка. Пока тот оборачивался, Женька сиганул на изнанку и за секунду, выдумал себе документ.

Так что, к тому времени, как регистратор повернулся обратно, чтобы сообщить, что это какая-то ерунда, Женька стоял перед ним все в той же зевающе-невозмутимой позе. — Ну, тогда если тебя устроит, вот тебе мой документ! — и вытащил на свет продукт своего скорого творчества.

Слуга с интересом воззрился на то, что явилось на свет из Женькиного кармана.

Надо сказать, Женька и сам вытаращил глаза: "О чем же он думал, когда лазал на изнанку?" В руке у него была красная книжица, знакомая каждому гражданину России.

Но делать было нечего и он горделиво (правда, с внутренней опаской) раскрыл паспорт на первой странице. Там красовалась его фотография. Метрдотель был сражен. Но не только волшебной картинкой с изображением Женькиной физиономии, а тем непонятным языком, на котором был написан документ.

Женька, увидев вытянувшееся лицо служки, сам заглянул в паспорт, и до него дошло!

Паспорт-то был написан на русском языке! Чувствуя, что опять влипает по самые уши, он с самым невозмутимым видом поучительно объяснил:

— Не каждому дано прочесть то, что не положено его разумению. Это тайный язык.

Лучше покажи мне твой документ, и я справлю себе такую же бумагу. Где у вас их выдают?

— В магистратуре, — жалобно протянул регистратор и полез за своими удостоверением личности.

— Ну и ладненько, — увидев нужную бумагу, без всяких фотографий, которых тут отродясь не видывали, Женька попрощался. — Через часик-два, глядишь, и подойду с нужным документом и друзьями. Так что, держи за службу! — и, кинув маленькую золотую монетку, он выскочил на улицу.

"Уф-ф!" — отдувался трижды опростоволосившийся астральный махинатор: "Что же дальше будет, если я тут с первым же слугой в просак несколько раз угодил?" Но делать было нечего, и он припустил обратно за Сашами. Надо было их перебрасывать — терять день на бессмысленное топтание по дороге было бы очередной глупостью.