Виктор Кукушкин – Постсоветская комедия (страница 2)

«Хорошо чувствовать себя свободным», – подумал я. Позже я эту мысль откорректировал, и она зазвучала примерно так: «Хорошо чувствовать себя освобожденным. Ведь только освобожденный может понять цену свободы и в полной мере ею воспользоваться».

У многих, наверное, сложилось впечатление, что я ничего в этот день не делал. Делал, но делал то, что делают другие, поэтому этот момент опускаю. Давайте сосредоточимся на главном.

Как видите, я даже ударился в философию. Но философия моя, как, наверное, философия всех остальных, добралась до мысли о сладкой и счастливой жизни и никак не хотела двигаться дальше!

Наступил вечер. Я расстелил кровать и лег. Светлая и холодная простыня, напомнившая экран кинематографа, кинематографа, с которым пришлось на длительное время расстаться, быстро согрелась. Я перевернулся на другой бок и со словами «Пусть мне приснятся эротические сны» закрыл глаза.

Не сразу удалось уснуть. Наверное, потому что подумал о жене. Она должна была скоро вернуться.

Проснулся с полным убеждением что-то в своей жизни менять и вообще начать новую жизнь. Чтоб исключить даже малое сомнение в готовности к новой жизни, чтоб потом уж совсем всё было полностью идеальным, я надел свой лучший костюм и незамедлительно отправился к психиатру в клинику. Провериться. Чтоб точно знать, с чем ещё нужно бороться.

– Подождите немного, профессор сейчас подойдет, – сказали мне на лестничной площадке у его кабинета.

– А я уже давно здесь! – ответил профессор.

– Ой, извините, коллега, не заметил.

– Здравствуйте, – обратился ко мне профессор, словно школьник, спрятав за спину сигарету.

– Здравствуйте, – поздоровался я.

– Профессор, – представился профессор.

Я не стал представляться. Я почему-то решил, что меня все здесь знают. И я всех знаю, только забыл. К тому же, у них наверняка лежала моя учетная карточка.

– Что ж, прошу ко мне в кабинет, – вздохнул профессор, стреляя взглядом то в мою сторону, то в сторону сигареты.

Дождавшись, что я направлюсь в кабинет, профессор резким движением достал сигарету, сделал последнюю затяжку, закашлялся, сконфузился и, брезгливо отбросив сигарету в сторону, пояснил:

– Курить вредно! Я курю только в целях эксперимента!

В кабинете в глаза сразу же бросились носилки на колесиках и рабочий профессорский стол. На носилках лежали, собранные в кучу, сырые липкие человеческие волосы. Рядом стоял скелет. На стенах висели плакаты с изображениями органов человека. На столе внимание притягивал обыкновенный молоток. Сердце мое сжалось! Нет, я, конечно же, понимал, всё, что здесь будут делать со мной, делали и с другими, но это как-то не успокаивало.

– Травмы и ушибы были? – надевая резиновые кроваво-красные перчатки, поинтересовался профессор.

– Как? – не расслышал я.

– Травмы и ушибы были? – взяв молоток, повторил профессор, не то оскалившись, не то улыбнувшись.

Я сглотнул и отрицательно мотнул головой.

– Странно, очень странно, – произнес профессор и, прицелившись молотком, добавил: – Смотрите прямо между глаз.

И продолжил целиться. И стал перемещать молоток из стороны в сторону. Потом встал и осмотрел мою голову сверху, словно подбирал другое место в качестве мишени. Улыбка с лица профессора спала.

– Чего же вы пришли? – разочарованно выдохнул он. – Приходите, когда будут травмы и ушибы.

На всякий случай, осмотрел мой рот. Небрежно захлопнув его тыльной стороной ладони, добавил:

– Сейчас скажете, пришли, потому что не понимаете, что вокруг вас творится. Вам кажется, что вокруг вас происходят разные странные явления.

– Да, – признался я.

– Видите, я угадал! – обрадовался профессор. – Многие сейчас так говорят. Вы женаты?

Я кивнул. Профессор неопределенно покачал головой.

– Ваша жена сейчас дома?

– Нет, кажется, на даче.

– Видите – "кажется"… Вам необходимо срочно разыскать жену и… ну, чего это я?.. вы ж не маленький!.. Пойдемте. Вам стоит заглянуть ещё в один кабинет.

Мы вышли на лестничную площадку.

– Вот, коллега, я вам ещё одного потенциального клиента привел! – сообщил профессор, обратившись к незнакомцу. Когда тот обрадовался, добавил: – Дай сигаретку, а то я бросаю.

– Руководитель фирмы, – представился незнакомец, угостив профессора сигареткой. – А вы, значит, потенциальный клиент?

Я сглотнул, стараясь держаться увереннее, кивнул, хотя не совсем уловил смысл сказанного.

– Рад, очень рад!.. Ну что ж, пойдемте знакомиться с образцами.

И мы пошли по коридору.

– Вы не бойтесь, – утешил руководитель фирмы. – Наши образцы вам понравятся, даже можете растеряться от обилия выбора.

Растерялся я сразу после этих слов. Руководитель фирмы, заметив мою растерянность, попытался успокоить:

– Наша фирма занимается установкой решеток на окна и двери уже более ста лет. Мы даже были поставщиками тюрем Двора Его Императорского Величества. Потом, как сейчас помню, обслуживали тюрьмы советской власти. Доход, правда, был небольшой, зато такой бесплатной рекламы никогда ещё в мире не было. А сейчас наступил звездный час! Заказов от правительства, правда, почти не поступает, но от населения – хоть отбавляй! Видите, сколько людей! Их бы ещё больше было, если б людям зарплату вовремя платили.

Перед дверью фирмы, действительно, выстроилась очередь. Не дав опомниться, очередь сомкнулась вокруг меня плотным кольцом, причём я оказался внутри кольца, руководитель снаружи. Руководитель попытался поймать меня, но очередь всегда выстраивалась так, что ему трудно было проникнуть в мое пространство. Когда же ему удавалось проникнуть в мое пространство, нырнув под сцепленными руками очереди, очередь размыкала руки и выпускала меня в другое пространство, после чего снова смыкалась.

При этом все почему-то уговаривали меня поставить решетки на окна и двери. А один старичок даже уверял в необходимости поставить железные решетки внутри квартиры – на кухне, в спальне и в туалете. Потом все одновременно смолкли, любезно расступились и вытолкнули меня к дверям руководителя фирмы. Тот уже восседал за столом своего кабинета.

Я всегда испытывал неловкость, когда ко мне вдруг начинали хорошо относиться, особенно, если это происходило в сфере обслуживания. Все плохо, плохо или никак, и вдруг – хорошо. Я не привык к такому отношению, терялся, и во мне начинали возникать различные подозрения.

– Да вы не бойтесь, – с ещё большей любезностью произнес руководитель фирмы. – Вы только взгляните на образцы решеток, а там уж сами решайте. Но смею уверить, это именно то, что вам нужно! Ну, смелее же, смелее! Да заходите же, наконец! Не бойтесь.

– А я и не боюсь, просто ноги почему-то сами подкашиваются.

Присутствующие терпеливо дождались окончания моей фразы и общими усилиями любезно переместили меня через порог. Такое участие к моей судьбе заставило меня ещё более усомниться. Но организм предательски ответил любезностью на любезность. Вскоре я уже любезничал со всеми направо и налево. Сначала я любезничал с теми, кто находился слева: по-товарищески, с чувством общего достоинства смотрел им в глаза, пожимал всем, оказавшим мне помощь, руки. Потом я любезничал с теми, кто находился справа и даже конфиденциально шепнул одному из них: "Этот… ну, как его… в общем, знаете… н-а-ш президент!" Потом я переместился спиной вглубь кабинета. Улыбка моя продолжала проявлять любезность в полном объеме, и, перебрав все возможные варианты, а некоторые из них она испробовала впервые, застыла на последнем, на самом… последнем. И никак не хотела сходить с моих губ. От этого присутствующие еще больше развеселились.

– Ну что ж, выбирайте, которая из них вам больше к лицу! – указав на образцы решеток, развеселился вместе со всеми руководитель фирмы.

Но ни одна решетка не казалась мне подходящей к лицу. И потому, стоя посреди кабинета на гнущихся ногах, я продолжал улыбаться. Появление в дверях новых посетителей внесло сумятицу.

– Подождите-подождите! – усиленно замахал на них руководитель фирмы. – Ах, как некстати! Что не видите, я занят? – и огорченно пояснил в мою сторону: – Верхолазы. Нанимаем на работу. Приходится расширяться. Раньше решетки ставили на окна нижних этажей, сейчас на все, даже на самые верхние! Иногда до окна трудно достать, а люди всё равно просят. На днях вот пришёл очень выгодный заказ! Одна из фракций Государственной Думы обратилась с просьбой оборудовать решетками вагоны, идущие на север. Жду железнодорожников!.. Кстати, руководитель этой фракции тоже у нас решеточки заказал. Ну, что подобрали, которая вам больше к лицу? Помочь?

Не дав опомниться, руководитель фирмы взял зеркало и развернул его в мою сторону. И я чтоб не показаться нелюбезным вынужден был брать образцы решеток и, поднимая их перед собой, рассматривал через них своё отражение в зеркале. Эмоции так и высыпали на моём лице, словно это было не лицо, а какая-нибудь грядка по выращиванию эмоций. Мои эмоции ловили люди, стоящие в очереди, по одной эмоции на каждого, и их лица тоже заиграли разнообразием эмоций. Создавалось впечатление, что люди в очереди ничего больше не умеют, кроме как наблюдать за лицами других и удерживать эмоции других на своих лицах.

– Вам надо обязательно поменять стиль одежды, – подмигнул мне руководитель фирмы, игриво выглянув из-за зеркала. – Видите, какую тень рисует на вашей одежде решетка? Сейчас так модно. И сделайте, пожалуйста, другое лицо! Нет, не это. Поищите сами, перед вами же зеркало.