Виктор Крыс – Возрождение рода Шосе (страница 23)

Дети играли с Песцом на улице, не мешая специалисту, я был немного удивлен тому, как быстро ожили дети, и что они сдружились с Эми, которая теперь постоянно играла с ними. Кстати, с Эми был проведен серьезный разговор о запрете влиять на детей, в качестве аргумента и наказания за малейшее нарушение этого запрета выступала хворостина, а Эми клятвенно заверила меня, что она этого делать не будет. Немного поиграв с детьми и понянчившись с Батусаем, который постоянно, только завидев меня, протягивал ручки в мою сторону и просился, чтобы я его взял на ручки, я пошел разбираться со своей гостьей.

Я решил попробовать выпустить Чихеро, по крайней мере на этот вечер, и под моим присмотром познакомить ее с детьми, а также посмотреть на ее реакцию. Я просто не знал что с ней делать, выгнать ее на улицу не получается, уходить она сама не желает, и глупо вот так держать ее взаперти и постоянно бояться что вся эта игра в покорную пленницу однажды закончится, и она в один прекрасный момент вырвется и начнет убивать. Посмотрю, что будет она делать сейчас, когда внезапно окажется свободной в действиях и не под прицелом, по ее реакции и действиям я и приму решение.

— Чихеро, выходи. — Позвал я её, открывая дверь в контейнер. Боги, какое удивленное лицо. — Пошли, буду знакомить тебя с детьми.

— Подожди, ты не шутишь? — Встала она немного заторможено с постели. — Ты поверил мне, что я не хочу навредить тебе и твоим близким?

— И да и нет, ты пойдешь или так и будешь сидеть в контейнере? — Спросил я, наблюдая, как на ее лице расцветает робкая улыбка.

— Пошли. — Ответила она мне.

Знакомство с детьми прошло без эксцессов, разве что Эми отчитала Чихеро за то, что она побила меня. Правда после ответа Чихеро, что и ей досталось, девочка больше не стала разговаривать и начала демонстративно игнорировать Чихеро. За весь день моя несостоявшаяся убийца не проявляла агрессии и даже спокойно контактировала с детьми. Участвовала в их немудренных играх, а под конец, когда дети устали и зашли в дом, она взяла у няни на руки малыша Батусая и мы с ней немного прогулялись по окрестностям особняка.

— Все-таки ты странный, Шосе, спасаешь своих врагов, но и не принимаешь их в свой род, давая тем самым шанс кланам возродится. Хотя, возможно, не в кланы, а в рода, но все же, ты не получишь из этих детей своих верных вассалов. Зачем, Дэйчи, ты, подвергая себя опасности, спасал этих детей? — Спросила меня Чихеро.

— А ты посмотри на Батусая. — Сейчас малыш, находясь на руках у Чихеро, рассматривал какой-то цветок. — В чем его вина? Я не вижу в них врагов, а спасал я их, наверное, потому что мог.

— Время покажет, правильно ты поступил или нет, и вопрос будет не в том, видишь ли ты в них врагов, а в том, кого они видят в тебе. — Сказала Чихеро мне, и мы направились к особняку, где меня с нетерпением ожидал специалист.

— Господин Дэйчиро, нашел! — Воскликнул он, как только мы подошли, и протянул мне раскрытую ладонь, на которой лежал небольшой жучок, что используется для организации прослушки.

— Где вы его нашли? — Спросила любопытная Чихеро быстрее, чем я успел что-либо сказать.

— В спальне, госпожа. Я облазил весь особняк и территорию, но только в спальне нашел закрепленный под кроватью передатчик. — По той ехидной улыбке, что наползла на Чихеро, было не трудно догадаться, кто и зачем установил это прослушивающее устройство.

Чихеро, увидев, что я готов разразиться гневной тирадой, пожелала пойти в свой контейнер и передала подошедшей няне засыпающего Батусая. Напоследок она взяла мою руку и поблагодарила за прогулку, а затем пошла в направлении своего контейнера. Смотря ей вслед меня немного потряхивало от эмоций, я намного быстрее ее и все же я допустил чтобы она меня коснулась. Каждое мгновение, что моя рука пробыла в ее руке я боролся с тем, чтобы не вырвать свою руку из ее ладоней, ведь владеющие распадом при прикосновении могут легко разложить что угодно, но она этого не сделала, и продемонстрировала мне, что и не будет. В принципе эксперимент можно считать успешным, доверять ей я не могу, но через пару таких прогулок можно снимать охрану и переселять ее из контейнера. Я все равно плохо понимаю чего она хочет, хотя и осознаю тот факт что она изгнанная и у нее нет теперь того места, которое она может назвать домом.

— Господин Дэйчиро Шосе, вам еще что-либо от меня требуется? — Спросил специалист, который ожидал оплаты за свой труд.

— Уважаемый, я надеюсь, что вы имеете возможность и достаточную квалификацию, чтобы оборудовать мое поместье средствами видеонаблюдения и тайной прослушкой? — Мне необходимо иметь всю информацию о том, что происходит в поместье, и если с Чихеро будет снята охрана, я должен знать о каждом ее действии.

— Да, но скидка Тьерока на установку нового оборудования не действует! — Обрадовано воскликнул спец, и, проследив за моим взглядом, понял его по своему. — Установка скрытых камер и прослушек в спальнях по тройному тарифу. — По его хитрому взгляду я понял, что такая услуга для него не впервые.

— А теперь, уважаемый, пройдемте в дом, там начинающий манипулятор подтвердит правдивость ваших слов. — Я чуть ли не подталкивал специалиста к двери особняка.

— Может не надо? — Умоляющим голосом молвил тот. — Я вам скидку сделаю.

— Ну что вы, как я понимаю, вы родственник Тьерока, а значит без проверки никакой оплаты или договоров на выполнение работ. — Практически отеческим, любящим голосом ответил я ему.

Мне кажется, что наши утренние чаепития становятся традицией, что отнимает мое время, правда теперь мы все вместе завтракаем в недавно отделанной столовой. Держа на руках и кормя Батусая, я чувствую себя отцом большого семейства, мир и покой царит за столом, и только ковыряющаяся в планшете Чихеро портит всю гармонию.

— Ну все, жди гостей из Империи. — Сказала мне Чихеро.

— Это почему? Что там случилось? — Я передал Батусая одной из нянь, которые отказали мне в дополнительных услугах, от чего мое уважение к ним выросло у меня, а вот у них мнение обо мне сложилось неправильное. По их выражением лиц было понятно, что я им стал неприятен не как работодатель, а как человек.

— Ну, во-первых твое дело было рассмотрено в суде и тебе вынесен приговор! — Засмеялась Чихеро. — Не поверишь, тебе за уничтожение…

— Чихеро, не здесь! — Успел я перебить её, не хочу лишний раз напоминать детям, с кем сейчас они завтракают, мне и так нелегко приходится. Иногда они словно забывают о всем, что было раньше, но порой по вечерам дом словно укутывает одеялом печали и скорби. Эми и то плачет по вечерам, говорит, что чувствует тоску детей по потерянным матерям.

— Извини, забылась. — Нахмурила бровки Чихеро и продолжила. — Амайя вышла из тюрьмы. Подала рапорт на увольнение из вооруженных сил и убыла в неизвестном направлении.

— И почему я должен ее ждать? Возможно, она отдыхает где-нибудь. — От моих слов Чихеро ехидно улыбнулась.

— Ты меня не понял, ее никто не выпускал. Она сразу после встречи с отцом сама вышла из тюрьмы, выбив ворота, и через отца подала рапорт об увольнении. Я уверена, что она последовала за тобой, узнав от отца твое местоположение. — Проговорила она, положив планшет на стол. — Что будешь предпринимать?

— Ничего. В отличие от тебя я с Амайей был в дружественных отношениях, почти в дружественных. — Помимо воли я потер шею. — Так что от нее я не ожидаю нападения, если она придет, мы попьем чаю и поговорим.

— И ты не злишься, что оказался в больнице из-за неё? — На её слова я устало вздохнул.

— Чихеро, ты была в больнице и до сих пор жива, так что к Амайе я испытываю почти такие же чувства. Попадись ты или она сразу после той ночи, то я прикончил бы любую из вас, не задумываясь, а сейчас мне незачем убивать ни её, ни тебя, это ничего не изменит. — Мне уже надоели эти разговоры, она что, и вправду думает, что меня сейчас ничего больше не волнует кроме как наказать всех виновных?

— Чихеро, мне пора ехать к Доброму, ты в контейнер или сегодня хочешь провести день с детьми?

— А у меня есть выбор? — Удивленно спросила она. — Я думала, что должна быть постоянно под твоим контролем.

— Чихеро, у меня нет времени постоянно следить за тобой, ты уже сотню раз могла бы навредить как мне, так и детям, так что не вижу необходимости постоянной слежки. — Про установку десятка камер и около полусотни скрытых микрофонов я лучше промолчу.

— А я могу переехать жить в дом? — Спросила она, уставившись на меня немигающим взглядом.

— Гостевая комната еще не готова, и потому тебе придется пожить в контейнере, а вообще я не против чтобы ты проживала в доме. — Смысла больше держать ее в контейнере я пока не видел, да и все равно когда-нибудь придется дать ей полную свободу, так почему бы не сейчас.

— Я сама займусь моей спальней! — Воскликнула она.

— Гостевой комнатой, а не твоей спальней! — Напомнил я.

— Ну да-ну да. — Отмахнулась от меня Чихеро, снова погрузившись в планшет, который я ей временно выдал.

Допив чай я направился к Кирану Доброму, на мое удивление он принял меня довольно радушно, и, узнав что я согласен попытаться стать оружейником, сразу указал на коврик для медитации, на котором, как он сказал, я должен просидеть до самого вечера. Заниматься медитацией, понемногу прикасаться к своей силе и проводить стандартные техники по контролю без применения влияния силы на предметы. И, чтобы ни произошло мне нужно достигнуть такого же эффекта как с той монеткой на корабле, которая из-за импульса силы психокинетики пробила стенки контейнера. Все это время Киран Добрый будет в кабинете заниматься своими делами, и так как он является видящим силу психокинетики будет смотреть, как пульсирует и действует во мне сила. Корректировать он ее не может, да и вряд-ли кто сможет корректировать потоки напрямую, но, как он сказал, опосредовано через занятия и с помощью техник Киран сможет минимизировать или вообще убрать тот конфликт силы психокинетики и силы физика, который сейчас происходит. Только через четыре часа выматывающих прикасаний к силе Киран обратился ко мне, отложив документы в сторону.