Виктор Крыс – Россия будущего: Альтушка по талону каждому гражданину (страница 15)

— Офигеть, — проговорил я, нажав на текстовую информацию и проверяя, не шутливые ли это новости. — Они что, решили все это сокрыть? Взрыв газа, яхта, и все… Хм, значит, Кеша достал что-то такое, что всем плевать на смерть, на ядерный взрыв, на… да на все им пофиг, что же знал этот сенатор? Ладно, что там дальше?

— К внутренним новостям. Задержан био-инженер Уралвагонзавода, вся продукция завода ВИД изымается, так как, судя по утечкам, они являются боевой продукцией, созданной по заказу Министерства Обороны, которые не должны были поступить в гражданский оборот. Сейчас проводится изъятие и решается вопрос об утилизации, также ведется расследование о возможной диверсии. У нас имеется заявление Био-инженера…

На экране появился лысый старенький мужчина в белом халате со звездой героя на груди, он поправил толстые очки, кашлянул и четко проговорил, вновь поправив очки.

— Мои девочки идеальны, и я хочу, чтобы они познали радость материнства. Я никого не предавал, мои девочки лучшие в мире и я нисколько не жалею о своем поступке…

Видео резко оборвалось, так как я услышал усиленные удары в дверь.

В мою дверь стучали так, словно пытались пробить насквозь, я не досмотрел новости, но моя соображала сработала. Я кинулся лихорадочно искать по квартире телефон, перебирая вещи.

— Что значит, сука, решается вопрос о утилизации? — с замиранием сердца прокричал я.

Лилия в опасности, а я все не мог найти свой телефон. Очки не были привязаны к телефону, а стук в дверь был все настойчивее и настойчивее. Да, девушка была производства Уралвагонзавода, и что-то мне подсказывает, что она была именно из той партии, о которой говорилось в новостях.

— Бобер! Я знаю, что ты не спишь! Открывай Бобер! Лиса пришла! На пробежку пора! — кричал Тамара, а я бросил попытки найти телефон.

— У меня проблемы, Тамара, мне надо срочно идти в торговый центр за альтушкой, где мой телефон⁈ — прокричал я в сторону двери, натягивая свой спортивный костюм.

— Не поняла? — железная дверь распахнулась и я увидел, что она вся помята, а за ней показалась злая Тамара. — Альтушка…

— Ага, мне кажется, Министерство Оборны заберет ее и, может быть, утилизирует.

— А Минобороны тут причем? — опешила Тамара, её не смутило, что кого-то могут утилизировать.

— Лилия, производства Уралвагонзавода, я ее взял по настоянию Кеши как охрану, даже не знаю зачем. Мы решили ее купить, там менеджер сказал, что партию уже раскупили охранные предприятия, а Лилия их там побила… а тут новости…

— Стоп, я ничего не поняла, — задумалась, смотря что-то в очках, Тамара. — Эм, а ты точно уже внес залог за неё, мой прекрасный перепончатый?

— Ну да, — почесал я лысину, на которой начала отрастать щетина. — Кеша денег дал, мы забронировали. Я, правда, не помню, полностью оплатили или нет, у меня тогда с Кешой было чувство, что мы не вернемся живыми.

— Я Кеше зарплату урежу раз в пятнадцать! — прорычала Тамара. — А теперь слушай задачу, идем в церковь, а потом за сотрудником. Я, наверное, заберу у тебя эту девушку, так как она боевой инструмент, так что перестань нервничать, это уже не твоя проблема.

— Вообще-то это моя альтушка! Она принадлежит мне.

— А ты принадлежишь мне. Ты жив и не разделан на куски только из-за меня, или думаешь, Гайдаевские тебя по яйцам погладили бы, когда нашли бы? — подняла бровь Тамара. — Ты показал себя вчера очень хорошо, что меня удивляет. Так что твой косяк с Альтушкой в подвиг перерастает, забрать бойца у Мин-Обороны дорогого стоит. Но твоя удача меня уже напрягает…

— Меня моя удача устраивает, — пожал я плечами, накидывая кофту. — А мин-обороны нам враг, что ли?

— Не любят они меня, — фыркнула Тамара. — Мин-обороны и наша контора уже веками конфликтует, и наша нелюбовь взаимная.

— А тебя вообще кто-нибудь любит?

— Я не кило золота, чтобы меня любить, я сотрудник, — проговорила Тамара, посмотрев на хромающего меня. — Ну ладно, сегодня на лифте, но в порядке исключения.

— А почему ты так заинтересовалась Альтушкой?

— Ауф, сам смотри, есть категории искусственных людей для использования в военных действиях, а как я поняла по твоему журналу запросов в интернете, ты уже в курсе, что у нас все прошло удачно, но так не всегда, — скривилась Тамара, пока мы ехали в лифте. — Иногда приходится положить целый полк для, например, захвата какого-нибудь подобного Сенатору или террориста какого. Потом его надо отпустить, а полк военных положен, он там убил генерала, а мы его отпустим.

— Ну да, я бы вас тоже ненавидел.

— И не делился бы наработками в интересных сферах, понимая для чего они будут использоваться, — выдохнула печально Тамара. — В этот раз нам несказанно повезло, безвозвратных потерь нет, никаких видимых ударов и терактов наше задание вызвать не должно, так что чисто сработали. Я тоже смеялась про женский монастырь.

— А я больше над яхтой.

— Это излюбленная стратегия, потерь нет, нас тама нету, а потом по всей планете появляются некрологи. Этот задохнулся во время приема душа, тот на курорте упал, — рассмеялась Тамар. — Ну что, может, побежим?

— Я не в том состоянии, — разминал я ноги. — Я, кажется, неплохо так вчера падал.

— Ну еще бы, у тебя даже трещина в позвоночнике есть, — ухмыльнулась Тамара. — Но я прямо заинтересована, чтобы ты быстрее восстановился и никакого отпуска у тебя не было.

— Я так хорош? — улыбнулся я и зашагал по пустынным улицам Москвы. Утро было настолько ранним, что совсем недавно был рассвет.

— Экх-х, я не могу этого сказать, — скривилась Тамара, словно съела ящик лимонов. — Но ты очень не плох. Я рассчитывала, что ты умрешь, правда, и Кеша считал, что мы не выживем, а он обычно прав.

— Уф-ф-ф-ф, — выдохнул я, чувствуя, что задыхаюсь, даже идти было тяжело. — У меня тоже есть вопросы, насчет водички и того, как вы меня лечили.

— Боевой стимулятор, использует ресурсы организма, сокрытые в обычном состоянии. Одышка пройдет через неделю, желание о самоубийстве через месяц, просто иначе ты бы сдох еще при посадке самолета, она была жесткой.

— Но у меня не было мыслей о самоубийстве! — воскликнул я.

— Значит, скоро будут, — произнесла Тамара.

— Хм, а ты как борешься с мыслями о самоубийстве?

— Никак не борюсь, я с этим живу. Ну все, я побежала, — улыбнулась Тамара и побежала вперед, а я поковылял в сторону церкви.

У ворот церкви уже стояла Тамара и о чем-то говорила с отцом Сергием из белой части церкви. Увидев меня она махнула рукой и вошла в церковь, а отец Сергий что-то шептал и крестил уходящую Тамара. Когда я подошел к нему, он заместо приветствия сурово на меня посмотрел.

— Расскажешь ей, что я её благословил, прокляну, — грозно проговорил священник.

— Я уже проклят, святой отец, — устало выдохнул я. — Я даже не знаю, зачем пришел сюда.

— Знаешь почему, только боишься себе признаться в этом, — усмехнулся святой отец и посмотрел в след Тамары. — И если ты с этой, то тебе явно место в церкви или мечети.

— Знаете, а вы правы. К слову, почему Тамара называет Алексия святым?

— Потому что он святой, — ухмыльнулся святой отец и пошел по своим делам, а я поковылял в церковь, и там передо мной предстала картина: двое седых человека сидели посреди церкви, напротив друг друга на коленях, и тихо шептали молитвы.

— Твою ж, — скривился я от боли, сел на парапет у стены и прикрыл глаза. — Действие обезболивающего заканчивается.

Не знаю, сходил ли я с ума, но я видел сотни горящих свечей вокруг, закрывая глаза. Открыл глаза и теперь горела лишь одна свеча в руках Алексия.

Мне казалось, я чувствовал смрад, и почему-то мне вспомнился образ сенатора. Сейчас он походил на демона, его красные глаза, клыки, тогда я его не рассматривал, мне надо было его уничтожить, но сейчас я понимал, что он был исчадием ада, и я вспомнил, как пахло в тех катакомбах.

— Пойдем, — тихо проговорила, Тамара, вырывая меня из воспоминаний.

Я встал, посмотрел на иконостас, слепой старец зажигал свечи, которые потухли, но должны были гореть. И только сейчас я понял, почему нас всегда встречает Сергий снаружи, он следит, чтобы никто из непосвященных не проходил, когда тут присутствует Тамара. И только Алексий может бороться с демонами Тамары. Ведь если долго погружаешься в борьбу с той не природной силой, что я увидел вчера… Которую бы почти любой человек назвал борьбой с демонами, что по сути является дальнейшим развитием человечества…

— Ауф, альтушка нас ждет, — окликнула меня Тамара.

— Иду я, иду, — поковылял я следом за Тамарой.

А все-таки мне интересно, я чувствую тот запах по памяти, его нет, но я его помню, так явственно… Как такое возможно?

Нас встретила машина конторы и мы полетели к торговому центру. Уже на подлете я увидел две огромные машины и около полусотни вооруженных людей. Не сказал бы, что это на что-то годные военные или даже равные тем воякам, которые были со мной и гибли пачками.

— Тамара…

— Захват заложников, — напряженно проговорила Тамара и когда машина приземлилась, то моя лже-старушка вырвалась наружу.

— Так, что происходит⁈ — рявкнула Тамара. — Доложить немедля!

— Это дело Министерства Обороны! — рявкнул в ответ мужчина с фингалом на Тамару.

— Нэ, коллэги, это дело Полиции, — утер орлиный нос полицейский.

— Тамара, — тихо проговорил я, вываливаясь из машины, все тело безумно болело. — Это Альтушка, за ней пришли, и я даже, кажется, знаю, кого она взяла в заложники.