Виктор Крыс – Первый из рода: Калибан, Проклятый зверь (страница 50)

На нас смотрели с недоумением, все видели лишь меня и Рину, но я понимал, почему толпа расступалась передо мной. Из-за той твари, что следовала за мной, скрываясь в тени, и называлась моим наставником. Он исторгал столько мощи, что мне казалось, будто за мной идет целая гора. Но остальные не видели его, и потому для них я казался как раз тем самым монстром, а моя улыбка после понимания того, что Рина мной манипулировала, причем очень сильно, не могла радовать взор сотен аристократов. Среди них была и госпожа Саири, что с удовольствием смотрела на бледную Рину, не подозревая, что бледный цвет кожи был из-за того, что я шепнул красавице.

— Запах, значится, вот как? — прорычал я, — Так вот почему я к тебе так добр.

— Я не виновата, я не знала, — прошептала девушка.

— Незнание не освобождает от ответственности, — порычал я. — Теперь…

— Теперь ты мне расскажешь, почему символ твоего рода без спроса оказался на моем лбу? — внезапно оскалилась на меня Рина. — И ответишь мне за то, про что и не знаешь!

— Сука.

— Какой уродилась, любимый, — обворожительно улыбнулась мне Рина, показав свои белые зубки.

Огромная лестница перед нами была оцеплена воинами в каменной черной броне, огромные, ниже меня всего на пол головы, мастера стихии земли не пропускали никого, а на периллах стояли в белых кимоно с обнаженными мечами мастера стихии воздуха. На середине лестницы, ведущей к дворцу, стояли дети императора, чуть выше на пару ступеней стояли его три жены, а на предпоследней ступени министры и кое-кто знакомый.

— Кирсана уже официально императорская подстилка? — ухмыльнулся наставник за моей спиной.

— Тогда почему она стоит выше жен? — спросил я.

— Ну, она мастер в постели, — ухмыльнулся наставник. — Вот и выше…

— Вы проверяли ее мастерство? — шепнул я.

— Нет, лишь боевую часть, а про мастерство это так, теория.

— Так вот кто вас выкурил из пещер и заставил посетить это место. Вы до сих пор злы на неё?

— Она была настойчива, но ты прав, я немного перегнул…

Кирсана стояла в вычурном кожаном платье и смотрела вниз со ступеней, с надменным взглядом белокурая ведьма смотрела на толпу, что стояла группами по человек десять, и тут ее взгляд остановился на мне. Она усмехнулась.

— Ры-ык, мне она не нравится, — протянула Рина, потянув меня за рукав, и вдруг взгляд Кирсаны изменился, она смотрела на девушку, поняв, что она со мной.

Но я не успел ничего сказать, потому как на лестницу вышел окованный в воронёную сталь воин, который был огромен, даже выше меня, его рука была толще моей раза в четыре. Гигант заговорил голосом без использования магии, заглушая толпу внизу.

— Император Айто Ноху Йтама, склонитесь перед всемогущим! — громогласно проговорил воин, окованный в сталь

Все, даже я, склонили спину, а наверху появился облаченный в белое кимоно без рисунков мужчина средних лет. Он медленно осмотрел тысячную толпу, поделенную на группы, и начал медленно и властно говорить. В его голосе не слышалось гордыни, не было в нем и надменности, но в каждом звуке чувствовалось, что с нами говорит Император.

— Подданные и гости империи, — обратился император. — Сегодня я решил возродить две древние традиции, первая заключается в том, что обучение моих детей будет проходить среди вас, не скрывая от подданных их успехи или неудачи, дабы мои дети лучше понимали ваши проблемы и стремления. Вторая традиция связана со страданиями и тем, что было забыто, но оно возродится, чтобы империя вновь стала древней страной, которой ни боги, ни законы природы не указ. Но это все завтра, а сейчас прошу вас войти в мой дом и насладиться музыкой, песнями и усладить мой взор вашим великолепием, мои прекрасные верноподданные.

Император закончил говорить и ушел куда-то в сторону дворца, а дети выстроились вряд у перил, каждый на своей ступени по старшинству, и громко проговорили.

— Добро пожаловать в наш дом! — как только наследники прокричали приветствие, министры и Керсана начали что-то обсуждать, посматривая то на меня, то на Рину.

— Усиленный слух, — прошептал я, следя за тем, как оцепление уходит, и на лестницу поочередно устремились сотни людей.

— Кирсана, смотри, не долго лежало на дороге твое никому ненужное, подобрали, да быстро, нету теперь его! — донесся до меня мужской голос одного из министров. — Хм, кто-то пытается меня…

Внезапно мое слово перестало работать и я не смог услышать более ни слова.

— Эх-х, о безволосый мой ученик, не тот уровень слов у тебя, а я вот прекрасно их слышу, и мне не нравится то, что они говорят, — проговорил наставник, что вышел из моей тени и шел рядом.

— Наставник, мне стоит начинать беспокоиться?

— Тебе нет, но с Кирсаной поговори, тут, знаешь, как на войне, все средства хороши, но я их не одобряю.

— Меня она удивляет, зачем я ей?

— Вы о чем, кто она? — встрепенулась молчащая Рина.

— Не знаю, Калибан, но думаю, что отчасти из-за спасенной жизни, и, конечно… — наставника оборвал хор голосов наследников.

— Наставник Тень! — слегка поклонились дети императора. — Мы рады вас видеть.

— Ох, негодники, рады вы, — рассмеялся молодой парень, который был моим наставником. — И Калибана вы тоже рады видеть? Теперь официально буду вас лупить, также как и его, железным прутом!

— Нас нельзя бить, — возмутился парень, что был крупнее и старше остальных, лет двадцати на вид. — Только лишь тем, чья кровь…

— Нет, тут я буду в своем праве, кровь моя есть в вашей крови, значит, буду вас лупить как вот этого ученика!

— Но вы же нас убьете, этот ваш Рык выдержит все! От его лысины металл лишь гнется! — обиженно проговорила девочка лет двенадцати.

— Ваши проблемы, ваше выживание не моя проблема теперь, — рассмеялся наставник, толкая меня в спину. Мы продолжили свой путь, каждый должен быть поприветствован детьми, такова традиция, а людей сотни, если не тысячи.

На краю ступеней нас ожидала Кирсана, ее платье было с несколькими вырезами у ног и одним вырезом на груди.

— Твоя идея, Тень? Мстишь? — спросила Кирсана, кивнув в сторону Рины.

— Эт не я, бордовый постарался, — пожал плечами наставник. — Я тут ни причем.

— Рык, поговорим наедине, а твоя девочка пусть погуляет, — оскалилась на меня Кирсана.

— И я тебя приветствую, прекрасно выглядишь, — улыбнулся я добродушно на агрессию озлобленной белокурой красавицы. — Прости, я не могу оставить девушку, так не принято.

— Уф-ф-ф-ф, я прибью бордового, а я как, кхм, одна… — выругалась Кирсана и, не прощаясь, ушла прочь.

— Мне конец, да, Рык? — спросила Рина, жалобно округлив глазах.

— Нет, тебя могу убить лишь я, — ответил холодно я. — Это я тебе обещаю…

Мы медленно поднялись по лестнице, и вот уже пред нами предстал огромный дворец, украшенный резьбой. Огромные медные големы или все же люди, как тот медноголовый, стояли у ворот и приветствовали каждого, мощные гиганты выглядели просто нереально естественно, с одним лишь огрехом, они состояли из меди.

— Рык, — задергала меня за рукав Рина. — Ры-ык!

— Рина, я не хочу с тобой разговаривать, помолчи, — огрызнулся я, я все еще был зол на монстра из башни.

— Рык! — вновь произнесла Рина и задергала меня за рукав, но уже слабее.

— Ну что тебе? — я посмотрел вниз, передо мной стояла девушка, бледная и слегка желтоватая, ее трясло, а со лба градом катился пот. — Что с тобой?

— Меня отравили, — прошептала Рина, держась за мой рукав своими белыми, трясущимися пальчиками.

— Ты умираешь⁈ — воскликнул я то ли с радостью, то ли с удивлением.

— Не дождёшься, мне надо срочно в уборную, — что-то зловеще и очень громко булькнуло и у девушки так округлились глаза, что я поверил, что ей очень-очень страшно. — Умоляю тебя, Калибан, спаси меня, я этого не переживу! Спаси меня, проклятый!

— Наставник где? — мгновенно сориентировался я, а страшное бульканье началораздаваться еще сильнее.

— По этой дорожке из красного кирпича дойдёте уборной, там точно никого нет, — рассмеялся возникший из ниоткуда наставник, заставив всех посмотреть на нас. — По этой дорожке никто не ходит, потому как её почти никто не видит.

— Спасибо, — успел я прокричать и, аккуратно схватив Рину, понесся по дорожке из красного кирпича.

— Спаситель, — тихо простонала Рина на моих руках. — Я у тебя в неоплатном долгу если донесешь, а я и правда не вижу дорожку…

— Да помолчи ты уже, — прорычал я. — Главное, что я вижу эту дорожку.

По дорожке и правда никто не ходил, люди даже не смотрели в её сторону, а через тысячу шагов я достиг быстрым шагом женской уборной. Рина сорвалась с моих рук и с радостным, победным ликованием кинулась внутрь.

А я сел на каменную, резную скамейку, и обнаружил что около уборной я не один, у дерева стоял молодой юноша в дорогой кожаной броне и мечом за спиной, и зло пинал дерево.

— Ну как так? Первый выход с ней в люди и все так вышло? — пинал он дорогими сапогами дерево, нисколько их не жалея, а медными носками иногда высекал искры об камни. — Ну сестра, ну молодец, ну удружила, а я предупреждал! И что, мне тут всю ночь пробыть? Вот возьму и запрещу веселые яды под страхом смерти!

Парень еще долго бы обо мне не знал, но я кашлянул и парень сразу устремился ко мне.

— А ты что тут делаешь? — громко потребовал ответа небольшой, чуть выше моего пупка, юноша, который смотрел мне в глаза лишь потому, что я сидел.