Виктор Крыс – Первый из рода: Калибан, Проклятый зверь (страница 23)

— Мне её надо снять, — на автомате потерев круг и треугольник на своем лбу, тихо ответил я.

— Стать символистом без школы невозможно, а тебе стать им будет невероятно сложно, — весело говорила ведьма. — Гораздо проще стать принцем и создать гарем, с нуля создать империю и быть не просто родоначальником рода, а создателем императорского рода. Будешь для своего рода богом, что сошел на грешную землю.

— Думаешь, во мне нет таланта? Ты ошибаешься. — Огрызнулся, я. — А императором быть не желаю, но… Пойдешь ко мне в гарем? Такую беловолосую девушку будет сложно найти, тем более ведьму.

— В моем клане таких полно, — устало проговорила девушка. — Я подумаю, проклятый, над твоим предложением. А насчет таланта, ты когда-нибудь слышал об искусстве каллиграфии? Это точное и красивое написание символов, и есть там тренировочный символ равновесия, иероглиф, который кистью пишется в три движения. Всего одна ошибка и тьма побеждает свет, или же свет побеждает тьму. К тому же у символистов знаки должны быть определенного размера, тебе с такой лапищей будет невероятно сложно.

— Я справлюсь.

— Нет, детей тренируют с малых лет пользоваться кистью, и не все из них способны писать красиво, — спокойно проговорила ведьма. — Я могу помочь тебе с этим в обмен на две ночи с книгой.

— Эх, я согласен, но может, все-таки за две ночи с вами я подарю вам книгу навсегда? — улыбнулся я.

— Ну уж нет, Калибан, стань сперва Императором, а там поговорим, — рассмеялась ведьма. — Да уж, ведьму Аграилу давно так никто не смешил.

— Все-таки не все потеряно, чувство юмора у тебя сохранилось.

— Да, но послезавтра мы прибудем в порт, так и будешь сидеть на мачте и скрываться от тренировок мастера Иньху? — спросила Аграила и, спрыгнув с мачты, спустилась вниз по веревочной лестнице, едва касаясь канатов. — Эй, проклятый, ты готов учиться? — прокричала мне ведьма с палубы.

— Иду я, иду, — хмуро проговорил я, закрывая книгу и смотря на безбрежное море. У меня так мало времени, постоянно что-то случается, словно само время и сеть событий спешат куда-то, но вот зачем? Пока не наступит это «зачем» мне этого все равно не узнать и не догадаться, остается лишь готовиться к этому. Вот только знать бы еще, к чему готовиться.

Конец главы.

Глава 10

— Наконец-то я прибыл, — пробормотал я и, вдохнув вечерний воздух, уставшей походкой сошел с корабля на каменную пристань.

Порт был прекрасен в вечерней мгле, и даже при тусклом свете фонарей было видно как богат город. Вся пристань утопала в роскоши, и это было видно даже в архитектуре. Искусно вырезанные колонны, статуи, гранитные плиты и мрамор, что был повсюду, дополняли друг друга. В порту не было толпы, все действовали как отлаженный механизм, а движение по пристани, разгрузка и загрузка кораблей проходили в тишине. Никаких криков или ругательств, что звучали отовсюду в прошлом порту, но все это было не важным для меня, ведь я радовался совсем иному.

Я был счастлив, наконец покидая корабль, пусть и сошел с него я в одиночестве, но как же было приятно сесть на каменную скамейку и не ощущать как меня качает из стороны в сторону на каждой волне. Все же я не создан для моря — когда вокруг была одна вода мне приходилось себя ограничивать и даже подавлять. Сейчас, когда я присел на лавку, от моей руки пошел пар, стихия огня во мне ликовала также как и я, что вокруг нет ее антитихии. На меня с воды с маленьких лодок смотрели с ненавистью мастера стихии воды и с гневом в глазах смотрели на пар, исходящий от моей руки. На их гневные взгляды я лишь ухмыльнулся.

— Мы не враги, — улыбнулся я им, и даже помахал рукой, от которой шел пар. — Но как же я вам не нравлюсь…

Мастера охотников присоединились к нам на своих маленьких, но очень быстрых лодках еще ночью посреди моря, и незаметно начали нас сопровождать. Под таким конвоем мы проплыли целый день, а как только мы прибыли в порт несколько десятков воинов залезли на наши корабли, а с ними еще полсотни то ли торговцев, то ли писарей. Один из этих чиновников, проверив мои документы, прямо сказал, что, так как я не товар и меня нет в списках команды, что уходила в море, мне стоит подождать на берегу моего опекуна, мастера Иньху, который сойдет на берег немного позже. Мастеру сейчас нужно сдать свой корабль, всех спасенных, три захваченных корабля и прояснить статус спасенной, ведь у нее оказался конверт с печатью то ли от Императора то ли от какого-то корабля. Что навело немало шума среди прибывших чиновников, и из-за этого мне придется немало просидеть на этой пусть и удобной, но все же скамейке.

А тем временем, пока я раздумывал и нагревал свою руку стихией огнем, проверяя свой огонь, ко мне приближалась пара. Молодая девушка в траурно-черном кимоно с красными окантовками, что вела под руку девочку лет пяти-семи.

С огнем в море я завязал, вода навряд-ли обошлась бы со мной снисходительно, я уже знаю, как ненавидят меня воздушники из-за силы земли, и точно также сейчас на меня косятся мастера охотников в лодке. С огнем в море лучше не лезть, а то можно и…

— Смотри, какой большой, — указала на меня девочка в черном кимоно и с косичками, в которые были вплетены красные ленты.

— Не показывай пальцем, это неприлично, — одернула малышку девушка и с легким поклоном проговорила: — прошу простить мою сестру, она слишком впечатлительна даже для своих шести лет.

— Ничего, я уже привык, — слабо улыбнулся я и почесал лысину. — На меня часто обращают внимание.

— Какая лапища, — завороженно проговорила малышка и залезла на каменную лавку с ногами рядом со мной, разделяя собой меня и сестру. — Дай потрогать твою лапу!

— Агау! — прошипела молодая девушка на свою сестру, садясь на каменную лавку с противоположной стороны от меня.

— Трогай, — слегка улыбнулся я и протянул руку, а малышка обхватила мою руку и заголосила.

— Огромная! А ты говоришь, Исау, что ты жирная, да его рука вдвое толще твоей талии! Эй, монстр, покажи свою грудь!

— Агау! — хором воскликнул уже и я, и Исау.

— А что я! Интересно же! Сравнить! — возмутилась кроха Агау, а ее сестра начала краснеть. — С папой и Исау!

Малышка сощурила свои азиатские глаза, смотря на меня с каким-то подозрением.

— А ты точно человек? Таких как ты я еще не видела, самых больших людей в тебе вместится целых три!

— Я человек, — проговорил я и немного отсел от ребенка — от греха подальше. И тут же мне пришлось убирать её ручонку с рукояти своего ножа. — Не стоит, дитя, трогать чужое оружие, можно и руку потерять.

— Жаль, — печально вздохнула девочка. — Жаль что человек, был бы ты монстром…

Мы сидели минут десять молча, но вдруг я увидел как с нашего корабля спустился кок и направился в мою сторону. Подойдя же к нам, он радостно улыбнулся.

— Что, уже познакомились с братом? — сверкая пока еще не выбитыми зубами проговорил кок. — Вы, Исау и Агау, не смотрите на то, что он зверь Ахробы и Проклятый, он всем показал, что он достойнейший, ваш брат. Поздравляю.

На меня смотрели две мои сестры с округленными глазами, а азиаткам, пусть даже таким симпатичным, довольно сложно так округлить глаза.

— Мама убьет отца, — в шоке проговорила самой себе Исау. — Так, Исау, соберись, тебя брат или мама удочерит, будешь третьей сестрой, то есть братом.

— Зверь Ахробы, проклятый, — зачарованно шептала кроха, а затем как закричала. — Я увижу грудь братика!

— Агау! — донеслось с корабля. Мастер Иньху смотрел с борта корабля на нас с перекошенным лицом, а рядом стоял чиновник, который смеялся в голос. — Тихо там! Я спущусь и все объясню!

— Вот всегда во всем виновата Агау, — возмутилась малышка и насупилась, сев на скамью в ожидании мастера Иньху.− Вот мама узнает про брата, тогда и посмотрим, кто будет во всем виноват.

Мастер Иньху спустился с корабля с помощником Сеном и остановил Агау, что сразу полезла к нему на руки.

— Сначала дела, — пробурчал мастер и передал мне три бумаги, одну белую, вторую серую и третью черную. — Завтра пойдем по ростовщикам и в школу, а сегодня ты, как мой подопечный, проведешь ночь в моем доме. Готов ли ты и дальше повиноваться мне как своему отцу?

— Да, — выдохнул я, понимая, что подобный ответ именно то, что от меня сейчас ждут. Я должен подтвердить, что не против дружбы с его семьей. Пускать человека в свой дом великая честь, а отказ будет восприниматься как оскорбление.

— Так он приемный! — прокричал радостно помощник Сен. — Стой, но все равно сын⁈ Я проиграл!

— Пыфффф, — выдохнула кроха Агау. — Мама вернется и разберется приемный он или нет, ох, как не хочется лишаться большого братика…

Спустя несколько минут криков и стенаний Сена о том, сколько он проиграл денег, я вместе с мастером и двумя его дочерями под охраной направились к ним домой. Конечно, перед этим заверив одну ведьму, что на следующий день мы с ней обязательно встретимся, ведь она не успела переписать несколько формул из моей книги и все еще должна мне копию книги. Как выяснилось, книга очень дорогая, и хранить оригинал во-первых опасно, а во-вторых не имеет смысла ее хранить у себя, можно ведь её продать и пользоваться качественной копией. И ведьма даже уже предложила купить у меня книгу, но пока что я отказал.

В таких мыслях под охраной мы молча двигались по пустынному вечернему городу. Пешком, так как в городе были запрещены ездовые животные. Да, на пути мне встречались паланкины и люди, что тянули за собой тележки, но когда я сел в тележку она треснула — дерево попросту не выдержало меня, а несущие паланкины люди и вовсе отказались меня поднимать. А насчет полноценной телеги или грузовой носилки была против уже Исау. Пусть я и приемный брат, но она не может позволить мне ехать как бедняку в грузовой телеге, это не подобает члену их семьи. Потому мы и шли медленно по дорогам пустынного, засыпающего города из-за Агау, которая не могла идти быстро, а мастер не брал её на руки. И это позволило мне рассмотреть город.