Виктор Крыс – Механикус практикус (страница 40)

Огромная пуля взорвалась рядом с ним, обдав огнем и осколками, а я не медлил, вторая пошла, третья, четвертая, наконец и пятая пуля ушла точно в цель. Револьвер выплюнул все, что было в его нутре и нагрелся докрасна, это был его предел по скорострельности, так ему еще и пришлось стрелять тяжелыми разрывными пулями с микрзарядом взрывчатки внутри. Пепельный не стал медлить ни секунды и атаковал меня, догадавшись что я опасен.

На меня неслись булыжники, но я видел, как они теряют силу и просто падают у моих ног, это Кендра защитила меня. Воспользовавшись небольшой заминкой противника она перехватила контроль над стеной, что послал на неё пепельный, отправив её назад. Стена из камня врезалась в висящего в воздухе кинетика, оглушенного моими выстрелами.

− Джонни-и-и! — наполнил воздух рев Грегори, но я увидел его лишь краем глаза, ровно в тот момент как камни размером с мою голову начали сносить его с крыши здания.

− Это нечестная дуэль! — ревел пепельный, вокруг него горела прозрачная, отливающая синевой пленка. Казалось что я лишь поцарапал ему лицо, но в свете огня явственно виделись медные осколки в его лице.

− Да заткнись ты уже, прикончи их! — откуда-то из полуразрушенного здания донесся рев Грегори.

− Механикус! — вдруг прокричала Кендра, пыль с площади начала подыматься вверх и так ночная тьма начала превращаться в непроглядную взвесь из тьмы, мокрой пыли и гнева, что витал в воздухе.

Стрелять было бесполезно, две светошумовые улетели в ту песчаную бурю, что бушевала вокруг меня. Две вспышки показали во тьме две тени, а я уже приводил в готовность на своих запястьях устройство, что скрывалось в тяжелом рюкзаке.

− Да зажгись ты! — кричал я, зажигая огнемет на запястье. Электрическая искра сбоила в самый неподходящий момент, а в голове проносилась лишь одна мысль. — Лишь бы не взорваться.

− Джо-о-нни-и-и-и! — совсем близко прокричал мой враг, и я на звук выпустил струю зажигательной смеси, что до сих пор никак не хотела воспламеняться.

− Механикус, — вдруг прозвучал у моего уха женский голос. — Я друг, не атакуй.

Мне некогда было отвечать, я лишь почувствовал, как в темноте меня за шкирку схватила чья-то рука, а меня обдало женскими духами.

− Искра! — взмолился я, и вот струя смеси вспыхнула, а во взвеси пыли я увидел две тени, между которыми било мое пламя. Кто опаснее, на кого навести огнемет? Вопрос пронесся мыслью в моей голове и я навел огнемет на пепельного, что взревел от страха. А вот нехрен думать, что ты сильнейший! Я тебе сейчас покажу что такое огнемёт, собранный на коленке! Руки обжигало, я явно не рассчитал температуру, моя одежда несколько раз воспламенялась, но эффект от огнемета был поразительным. Они испугались до дрожи в коленях. Эти владеющие испугались меня! И они еще не знают, что я припас напоследок в своем рюкзачке.

Меня тащили за шкирку к домам, а я поливал все из огнемета скрытого ношения, и, когда понял что мне уже не достать противников, кинул во тьму еще один подарочек. Громкий хлопок и вспышка света от светошумовой должны была отбить последние желание гнаться за мной и атаковать.

В небольшом проулке меня приперли к стене, мягкая грудь ласкала мои обожжённые ладони которыми я сперва попытался оттолкнуть мою спасительницу, а затем замер, оставив свои ладони на её груди, а ее карие глаза заставили сердце пропустить удар.

− Почему ты мне помогаешь, механикус? — выпалила напряженная, потрёпанная после боя Кендра.

− Там мой враг, воин в латах, — прорычал я ей в ответ, но ладони я с её груди не убрал. Мне они понравились на ощупь, и боль в ладонях была не такой уж и нестерпимой.

− Я хочу знать имя того, что пойдет со мной на смерть, − холодно спросила воительниц.

− Джонни, просто Джонни, — улыбнулся я, а в моей голове пронеслось возмущение девочки, что осталась на площади.

− Джонни, просто… Каморо, — поправил я себя. — Нам пора, там осталась моя сестра на площади.

− Там больше никого не было. — возмутилась воительница. — Так это были ты вы?

− Да.

Кендра отпрянула от меня, и я начал готовить свое снаряжение к бою. В голове пронеслись чужие мысли, так Тера сообщила мне, что Грегори и кинетик отступили. Она мне даже показала, куда они ушли, осталось лишь дождаться когда пыль уляжется.

− Ты готова? — спросил я, смотря как последние клубы пыли наконец опали, а на небе засветила сквозь тучи луна, освещая площадь.

− Всегда готова, — выпалила воительница, и я заметил что ее тело облепляют камни, везде кроме груди, где одежда была порвана на самом интересно месте.

− Ты бы прикрылась, — пробурчал я.

− А ты не смотри, — улыбнулась мне Кендра и мы сделали синхронный шаг в сторону площади, где нас ждали враги.

Глава 17

Повсюду царила тьма и пыль, витающая в воздухе, а на небе ослепительно сияла луна. Прекрасная пора чтобы умереть, именно такие хмурые мысли пронеслись в моей голове, тяжелый рюкзак давил на плечи, придавая уверенности что я смогу забрать хотя-бы одного с собой на тот свет. Справа чувствовались женские духи, а в голове торжествовало легкое безумие. Руки на ходу перезаряжали револьверы, лихорадочно пытаясь не перепутать очередность типов пуль, а голова лихорадочно соображала, пытаясь найти способ победить с минимумом потерь. Как только я и Кендра шагнули на площадь я навел револьверы на пепельноволосого кинетика, что вновь парил над землей на высоте трех метров.

− Он совсем не боится, что его пристрелят? — спросил я у Кендры, наводя стволы на пепельного.

− Ни одна пуля не коснётся моего брата, — со сталью в голосе проговорила Кендра. — Это невозможно.

− У тебя будет три секунды, чтобы действовать когда я сделаю его беспомощным, — самодовольно ухмыльнулся я, все еще малость сомневаясь в своем плане. — Чтобы прикончить своего брата у тебя будет пара секунд.

На площади царила буря, пыль застилала глаза и я не видел, что происходит в пыли, но мои уши не обманывали меня, прямо на нас словно носорог несся Грегори. В моей душе бушевал ледяной и огненный шторм сомнений. Кто мой самый опасный враг, кого ликвидировать первым? Грегори? Пепельный?

− Силачом займусь я, механикус, покажи, на что ты способен, — без слов поняла мои сомнения Кендра и шагнула вперед, заслонив меня от Грегори. Она поняла, что мне нужно время, которого нет, похоже что она довольно умная, подумал я.

И тут же в моей голове промелькнула чужая мысль.

− Нет, это не она. Это я помогаю братику и направляю твою напарницу. Только ей не говори, она думает, что неуязвима для манипуляторов, — послышался голос любимой сестрёнки, и мне даже показалось, что она улыбается, и это придало мне уверенности.

− Спасибо, — улыбнулся я, наводя свои револьверы на цель. Было слышно, как тяжелые булыжники мнут стальную защиту Грегори, и этот звук для моих ушей лучше любой музыки, которую я когда-либо слышал. — Спасибо, кроха.

Револьверы, были мощными и очень тяжелыми на отдачу, первый же парный выстрел дал мне по рукам так, что я почувствовал боль не только в кистях но и плечах. И все же я удержал револьверы, они не упали, не вырвались из рук, что уже немало, и мне некогда думать о боли, как и о, возможно, сломанных пальцах. Настал час револьверов, руки заживут, а вот револьверы сейчас умрут, выплюнув последние патроны. И мне было их жаль, даже больше чем многих людей, но по иному никак, первыми пошли царапающие ствол револьвера изнутри разрывные пули, чтобы пепельный обратил внимание на меня.

− Умри, тупой стрелок! — мгновенно отреагировала моя цель, и в меня с грохотом полетел кусок стены весом в тонну. Красные кирпичи, высовывающиеся из стены, напоминали окровавленные клыки, что жаждали раздавить меня.

− Идиот, — пронеслась мысленная усмешка в сторону пепельного, и мое лицо осветила лукавая улыбка, а пальцы все жали на спусковые крючки, не взводя курков, и револьверы выстреливали раз за разом. — Бах-бах!

Каждая пуля останавливалась в каком-то метре от пепельного, так и не достигнув его, и пепельный лишь ухмылялся моей тупости, а по моим рукам уже потекла кровь. Револьверы разорвали мне кожу, а я жал и жал на курки, понимая что пальцам конец, как впрочем и смеющемуся надо мной кинетику.

− Ха-ха-ха-а, — наполнил воздух смех пепельного, четыре пули зависли перед ним, в это время Кендра пыталась прикончить Грегори где-то там, в облаках пыли на площади.

− Бах-бах, — вновь я выпустил две пули, чувствуя как меня берут за шкирку. И вовремя, стена по велению кинетика была уже в трех метрах от меня, заслонив пепельного и пытаясь меня раздавить.

− Ну что, посмотрим кто из нас туп, — улыбнулся я своими мыслям, и мир словно остановился. Все вокруг замерло, и даже огромная стена, что должна была оборвать мою жизнь, зависла в воздухе.

Яркий свет в ночи был внезапен и до одури ослепителен, короткая вспышка первого патрона перед самым лицом сменилась вспышкой второго от пусть и маленькой, но достаточно сильной вспышки осветительной пули. Искры летели во все стороны, сама пуля была легка и практически безвредна, но вот её свет во тьме, и так близко… Моя задумка не могла не сработать. Третий заряд дал осечку, и только четвертая пуля вновь разорвала тьму, но было поздно, пепельный уже инстинктивно прикрыл глаза и упал на землю.