Виктор Краев – Аномалия (страница 6)
Я нажал на выделенное красным, и они словно выплыли из Буда. С правой стороны от оружия открылся ящик – в нем лежало цевье и пистолетная рукоятка. Явно под мои руки. Поменял местами, и части стали единым. Прикоснулся к курку со скобой, и она плавно поменяла место. Нажал на приклад. Ящик справа поменялся, и мне предложили приклад меньшего размера. Снова поменял местами, и все стало идеально для меня.
– Теперь адаптируй энергопистолет Di 05. После чего под новый размер необходимо подобрать энергоячейки.
Я адаптировал под себя энегопистолет. Поменял на меньший размер энергоячейки.
– Круто, а так со всем можно?
– На корабле установлены адаптивные комплексы вооружения. Все, кроме штурмового комплекса, можно адаптировать к разным расам. Для штурмового оружия на корабле нет адаптивного комплекса. Но на станциях и планетах это можно сделать и с ним.
– Ладно, а что с броней?
– В отсеке технической мастерской должны быть скафандры техников. Это не полноценная замена боевого скафандра, но для их использования, без специального оборудования, не требуется нейросеть и соответствующая база знаний.
Повесил на плечо дробовик, зарядив его предварительно. Пистолет за пояс. Взял в охапку патроны и энергоячейки, двинулся в тех отдел. Там, слава богу, летающих блинов не было, и действительно были скафы техников. Не такие грозные, но все равно это скаф! С простенькой – но броней. И в случае, если где-то разгерметизация – он защитит от вакуума. С адаптацией тут помог наручный искин, передав стойке, к которой были присоединены скафы, мои параметры. Скафы ужались и по ширине, и по высоте, рукава подтянулись.
– Итоговая настройка будет проведена после облачения, – сказал искин.
Я полез в скафандр. После мучений с боевыми скафами, тут оказалось все просто. Низ одевался как штаны, потом натягивались рукава. Затем надо лечь на раскрытую, как ракушка, кирасу, к которой после закрытия автоматически притягиваются и низ, и рукава. Кираса становится эластичной. Шлем, чем-то похожий на мотоциклетный, просто одевается сверху, после чего все это слово ощупывает тебя, подстраиваясь под индивидуальные особенности тела. Минута, и вуаля! Было немого непривычно. Все-таки чувствовалось, что ты не в комбезе. Это как будто ты в пуховике, который твое тело облегает со всех сторон, даже ноги, стопы, кисти.
Пистолет в технологическую кобуру на бедре. В нее же вставляются 6 энергоячеек. Чтобы взять пистолет – просто прикладываешь к кобуре открытую ладонь, и пистолет словно вплывает в руку. Обратным движением пистолет возвращается. Каждый раз кобура проверяет заряд, и, если надо, перезаряжает пистолет. Технологии – ёпт!
– Все, я готов.
– Активировать магниты на подошве? Так ты сможешь ходить по кораблю, а не перелетать с места на место.
– Конечно, – и меня тут же примагничивает к полу. Немного походив, привык к магнитам, – Выдвигаюсь.
Поднимаюсь на рабский этаж. Сначала мед бокс. Там пусто. Трака тут не было во время аварии. Иду в отсек для интернированных. Вот тут все как ожидалось, и даже хуже. Трак, судя по кускам костюма, оказался тут. Но его хоть и разрезало напополам, все-таки тело в большей части оказалось внутри комбеза. А вот девушку и мужика от удара разбило на мелкие куски, которые неравномерно плавали по всему отсеку. Что же творится в отсеке с пленниками, их там еще 13 душ оставалось? Проверил блины Трака. Снял коммуникатор, его ключ доступа. На всякий случай прихватил с собой его нагрудный знак. Здесь все. Пошел в отсек рабов. Вот тут я увидел то, что пытаются показать наши киношники в жутких ужастиках. Весь отсек был заполнен маленькими кровяными дисками, в воздушной смеси парили частицы крови, кала, мяса, чего-то сине-зелёного. Кусков, больше размера ячейки клетки не было видно. Скорее всего, людей накромсало через ряд из 30 клеток, а потом то, что получилось, размазало об стену. Несмотря на то, что я не ел уже очень давно, желудок не выдержал, и искин вовремя открыл бронесферу. Меня вывернуло по полной. Я закрыл дверь. Тут пусть убираются роботы-уборщики, после того как включу гравитацию. ЭТО – я точно не смогу убрать.
Переход в жилую зону. Каюты закрыты. Где-то в конце коридора, возле кабинета капитана, плавает кровавый блин. Начинаю проверять каюты справа и слева, продвигаясь к кабинету. Почти во всех каютах пусто и чисто. Только в двух был полный комплект, по два кровавых сплюснутых цилиндра. Этих приложило плашмя. Вижу лестницу в низ. Оказалось, что рабский этаж – это только небольшая часть этажа. Остальное занимает зона отдыха и гигиены команды. Туда буду спускаться после того, как проверю все на этом. Добрался до кабинета капитана, и вот тут меня ждал сюрприз. Дверь не открывалась. Механизм ручного открытия не реагировал, от слова «вообще». Помучавшись с гермодверью в капитанский кабинет не менее получаса, решил проверить последнюю дверь, которая была по центру коридора, и по идее должна вести в рубку. И «снова здорова» – эта дверь также была словно заблокирована.
– Искин, ты знаешь, почему эти двери не открываются?
– Рубка корабля скорее всего стоит на блокировке. Это стандартная практика на военных кораблях. Причина блокировки двери капитанской каюты мне неизвестна. Для снятия блокировки рубки предусмотрен форм ключ, который вставляется в отверстие над гермодверью. Он должен быть у капитана, и все время, пока капитан на борту, ключ должен находится при нем.
– А ключ большого размера? Я не помню, что бы в капитано-блине что-то еще было.
– Данный ключ – это цилиндр, 2 на 20 диров.
– А дир это сколько?
С правого плеча включился голопректор, и передо мной повис цилиндр 1 на 10 в сантиметрах.
Ну что же, надо проверить зону отдыха и гигиены, и можно возвращаться к капитану, искать в нем ключ. Пока возвращался по коридору до лестницы, спросил искина:
– Почему ты назвал кабинет капитана его каютой? Я был там и видел там только стол и шкафы.
– Ты видел деловую часть каюты. Там есть вход в жилую часть каюты, скорее всего он был выполнен в виде декоративного элемента.
– Круто же жил капитан.
Я спустился на этаж и открыл дверь явно в кают-компанию. Это был большой зал с эргономичной под тела Оморо мебелью, включенным почему-то головизором, который показывал выступление Оморского артиста, двумя кровавыми геометрическими фигурами, и комками какой-то грязи в вперемешку с зеленой субстанцией.
– Федор! Тут стояло одно из двух растений на корабле. Второе стоит в каюте капитана, в кабинете, как ты его назвал, – сказал искин, и голопроектор нарисовал контуры цветочного горшка и растения на том месте, где сейчас ничего не было.
– Скорее в его вот та грязь с зелеными кусочками и есть некогда стоящее тут.
– Исходя из собранных данных по аварии вся органическая (живая) материя подверглась сильнейшему кинетическому воздействию в результате удара об элементы корабля. Уровень воздействия запределен. Как ты смог выжить?
– Ну в момент аварии я стоял прямо перед заполненной АИГРой.
– Сколько сигов ты преодолел? В одном сиге 100 диров.
– Не знаю, сколько сигов АИГРА?
– 90 сигов.
– Ну значит 90 и пролетел.
– Это даже теоретически невозможно. Считается, что при заполнении 200 сигов АИГРЫ совокупно поглощённой энергии хватит, чтобы остановить 100 кан, перемещаемых со световой скоростью. Твой вес около 105 кан. Твое тело должно было перемещаться почти в половину скорости света.
– Ну, как видишь, я живой, а труба пустая, мне и так для полной остановки геля не хватило. Я плечо разбил и если бы не каска на голове, то череп бы точно не выдержал.
Вот уж воистину поверишь в правоту Сереги, знакомого инженера по охране труда, который всегда гонял своих работяг за нахождение на объекте без касок.
– Если бы не тот факт, что вся неживая материя осталась неизменной и не поддалась кинетическому воздействию, можно было бы предположить, что мы, находясь в гиперпространстве, врезались во что-то. Но это также невозможно, как в разрезе практических данных, так и теоретически.
– Ты считаешь, что мы еще в гипере?
– Нет конечно. После отключения реактора и гипердвигателя нас выбросило из гиперпространства. Нахождение в гиперпространстве поддерживается искусственно.
– Пожуем увидим.
– Что пожуем?
– Не обращай внимания, это поговорка такая у меня на родине.
Я двинулся в соседний бокс. Это был спортзал, из которого я прошел в душевую, где уже привычно обогнул кровавое нечто. Вернулся в кают-компанию, подошел к синтезатору, выбрал блюда, чем-то внешне похожие на картошку фри и котлету.
– Я правильно понимаю, что осталось проверить склад?
– Еще ты не проверил хранилище криокапсул.
– А оно где?
– В него можно попасть из лабораторного бокса и с палубы. Оно занимает почти всю левую часть второго уровня.
– Аа. Теперь понятно, почему я не видел, куда деваются интернированные после того, как придут в себя. Их, оказывается, Трак прям из медбокса перемещал. Ну, сейчас поем, и пойдем.
Еда оказалась довольно вкусной. Не совсем наши земные вкусы, но уж точно не тот пластик, что давали рабам. Смолотил я все, как комбайн. Выпил воды из тюбика. И, переборов желание поесть еще, встал и пошел заканчивать проверку. Я уже был уверен, что не найду никого живого. Но держал оружие наготове. Попасть в криохранилище из кабинета ныне мертвого вивисектора не получилось. Дверь открывалась только через активацию. Ручного способа я не нашел. Потопал на палубу, где были входы в склад в виде огромной гермодвери, за которой ровными рядами на стеллажах стояли кубы из металлопластика, в которых хранилось похищенное с посещенных планет. Я нашел стеллаж с отметкой OR17N84/3, с сожалением посмотрел на кучу закрытых металлических ящиков. Понял, что искать свою цепочку с крестиком буду долго, и пошел к крио-хранилищу. Вот где меня опять затрясло от гнева. Огромный, даже не отсек, это какой-то ангар, заполненный в три ряда шестигранными цилиндрами, уложенными в виде пчелиной соты. 10 сот в высоту. И соты эти тянулись метров на 100. И только третий ряд был еще не до конца заполнен. Это же сколько здесь народа? Это же не десятки, и даже не сотни. Твари конченные! Вас надо оживить и снова убить!