Виктор Корд – Реаниматолог Рода. Том 2: Протокол «Изнанка» (страница 8)

— Принято.

Я вернулся к кейсу.

Положил руку на свинцовую крышку.

Изотопы. Стабилизаторы.

У меня есть ингредиенты. У меня есть лаборатория. И у меня есть Легион — идеальный прототип.

Теперь я могу создать сыворотку.

Не лекарство.

Оружие.

Я сделаю инъекцию, которая позволит моим солдатам не просто сопротивляться Гнили, а жрать её.

Усваивать. Превращать в силу.

— Вольт, — сказал я тихо. — Как только вернемся, запускай синтезатор. Мы будем варить "Амброзию 2.0".

— Ты хочешь подсадить своих людей на Гниль? — ужаснулся хакер.

— Я хочу дать им иммунитет. В этом мире выживает не сильнейший. Выживает тот, кто умеет переваривать яд.

«Мамонт» несся сквозь руины пригорода, оставляя за собой шлейф выхлопа и надежду на то, что мы успеем подготовиться к настоящей войне.

Потому что то, что было на Рынке — это была не война. Это была проба пера.

Анна только разминается.

И следующая партия мутантов будет куда совершеннее.

ГЛАВА 4. СОЦИАЛЬНЫЙ ЛИФТ

Свинцовый кейс на моих коленях вибрировал.

Это была не механическая дрожь от подвески «Мамонта», перемалывающего остатки асфальта промзоны. Это была вибрация на грани ультразвука, от которой ныли зубы, а во рту появлялся привкус медной монеты, которую долго держали под языком.

Тяжелая вода, обогащенная эманациями Изнанки. Топливо для реакторов смерти.

Моя правая рука, затянутая в тактическую перчатку, горела так, словно я сунул её в жидкий азот. Ожог Империи чувствовал "родственника". D.E.U.S. и Гниль были двумя сторонами одной медали, и теперь они пытались аннигилировать друг друга, используя мое тело как проводник.

— Мы на месте, — голос Веры в интеркоме прозвучал глухо, словно сквозь вату.

Броневик с визгом гидравлики затормозил. Ворота подземного гаража Башни «Грифон» поползли вверх, открывая зеленую пасть безопасной зоны.

Я выдохнул, только сейчас осознав, что не дышал последние минуты три.

— Разгружаемся, — скомандовал я, отстегивая ремни. — Борис, не геройствуй. Твои руки сейчас держатся на честном слове и скотче. Вольт, кейс неси так, будто там спит твоя бабушка. Если уронишь — мы станем тенями на бетоне.

— Я вообще дышать боюсь, Босс, — просипел хакер, принимая у меня контейнер дрожащими пальцами.

Мы вывалились из машины.

Гараж встретил нас запахом озона, смазки и... плоти.

Легион уже ждал нас.

Трехметровая туша Доминанта возвышалась над группой «Кукол»-механиков. Он сбросил брезент, и теперь его хитиновая броня блестела в свете ламп. Черный кристалл в его груди пульсировал в том же ритме, что и кейс у Вольта в руках.

Синхронизация.

— ОТЕЦ... — пророкотал Легион. Его голос, пропущенный через измененную гортань, напоминал скрежет тектонических плит. — ТЫ ПРИНЕС... СИЛУ.

— Я принес яд, генерал, — я прошел мимо него, на ходу стягивая пропитанный потом плащ. — И сейчас мы будем учиться его переваривать. Все в лабораторию. Живо!

________________________________________

Лаборатория на минус десятом уровне была единственным местом в городе, где я чувствовал себя комфортно. Здесь не было политики, морали и лжи. Только стерильный пластик, хромированная сталь и микроскопы, которые никогда не врут.

Я швырнул кейс на стол.

— Волков! — рявкнул я в потолок. — Тащи свою задницу вниз. И прихвати свой «золотой запас» реагентов. У нас намечается варка века.

Пока мы ждали банкира, я занялся Борисом.

Гигант сидел на кушетке, мрачно глядя на свои руки. Экзо-каркас, собранный Вольтом, был помят и залит черной кровью мутантов Гильдии. Под ним виднелся пропитавшийся сукровицей гипс.

— Снимай это дерьмо, — я взял ножницы для резки металла.

ХРУСТЬ. ХРУСТЬ.

Я срезал металл и гипс.

Зрелище было паршивое. Кости срослись (спасибо регенерации берсерка), но мягкие ткани превратились в фарш. От удара о поезд и драки на Рынке мышцы порвались, образовав гематомы размером с кулак. Нервные окончания были пережаты отеком.

— Ты не сможешь драться, — констатировал я, ощупывая предплечье. Борис даже не поморщился, хотя боль должна была быть адской. — Руки работают на 30%. Мелкая моторика отсутствует. Хват слабый.

— Я могу бить ногами, — буркнул он. — Или головой.

— Против мутантов Анны это самоубийство. Тебе нужен апгрейд. Не лечение, а замена.

Я посмотрел на Вольта.

— Найди чертежи кибер-имплантов серии «Тяжелый Атлет». Или что там было у Орлова для его гвардии. Мы ампутируем ему руки по локоть и поставим гидравлику.

Борис поднял на меня взгляд. В его глазах не было страха. Только хищный интерес.

— Железные руки? Как у тех роботов?

— Лучше. Сплав титана и кости. Интегрированные лезвия. И система впрыска стимуляторов прямо в кровоток. Ты станешь Джаггернаутом, Борис.

— Мне нравится. Режь.

— Не сейчас. Сначала — сыворотка. Без нее нас сожрет Гниль, и твои новые руки достанутся червям.

Двери шлюза с шипением открылись. Вошел Волков.

Банкир выглядел безупречно: костюм-тройка, свежая рубашка, запонки с рубинами. Только землистый цвет лица и легкая хромота напоминали о том, что еще вчера я вырезал из него кусок мяса.

— Ты шумишь, Виктор, — он поморщился от запаха горелой плоти (мы сжигали образцы одежды в утилизаторе). — И от тебя фонит, как от реактора.

— Зато я принес ингредиенты. Открывай кейс, Вольт.

Хакер набрал код. Крышка откинулась.

Внутри, в ложементе из синего бархата, лежали свинцовые колбы. Они были холодными, покрытыми инеем.

Тяжелая вода.

Я надел защитные очки и перчатки.

— Приступаем.

Процесс синтеза напоминал кулинарию в аду.

В центрифугу полетели изотопы. Туда же — стабилизаторы из запасов Волкова (дорогая алхимия, каждый флакон — годовой бюджет больницы). И, наконец, главный ингредиент.