Виктор Корд – Протокол «Вторжение» (страница 71)
Я сделал глубокий вдох.
Боль в правой руке, поврежденной перегрузкой в туннеле, никуда не делась. Она стала фоном, белым шумом.
— [Авторизация…]
Я положил правую, черную руку на панель терминала.
Контакт.
Меня не ударило током.
Меня растворило.
Стены зала исчезли. Император, Клин, Инга — все пропало.
Я стал планетой.
Я увидел Землю. Не глазами спутника, а изнутри. Я чувствовал тектонические плиты как свои кости. Я чувствовал океаны как свою кровь. И я видел Нервную Систему — сеть лей-линий и скрытых узлов Предтеч.
Десять спящих точек.
Урал — черная, выжженная дыра.
Москва — пульсирующее сердце.
— [Приветствую, Администратор,] — голос Системы был женским, мягким, бесконечно грустным. — [Протокол «Долгая Ночь» активен уже 12 400 лет. Желаете продолжить сон?]
— Отмена, — мысленно приказал я. — Протокол «Щит». Полная активация.
— [Внимание. Уровень энергии критически низок. Для активации Планетарного Щита требуется 100 % мощности. Текущий уровень: 12 %. Внешние источники (Урал) уничтожены.]
Черт. Я уничтожил Уральский узел, чтобы остановить азиатов. Но я лишил себя батарейки.
— [Альтернативные источники?]
— [Доступен режим «Жертва». Конвертация био-эфирной энергии оператора и… подключенных модулей.]
Я понял.
Системе нужна душа. Или очень мощный источник маны.
У меня был такой источник.
В контейнере.
Отец. Вирус. Архи-ИИ, сотканный из энергии Бездны.
Он хотел стать богом? Он хотел стать частью Сети?
Пусть становится. Но не как пилот. А как топливо.
— [Источник найден,] — подтвердил я. — [Объект «Контейнер-1». Класс: Эфирная Сущность. Инициировать полное поглощение.]
В реальности контейнер с Отцом засветился. Свинец начал плавиться.
Внутри кристалла раздался вопль. Не слышимый ушами, но разрывающий мозг.
«НЕТ! ТЫ НЕ ПОСМЕЕШЬ! Я ТВОЙ ОТЕЦ! Я — БУДУЩЕЕ!»
— Ты — прошлое, — прошептал я. — Сгори ради нас.
Я открыл канал.
Система «Цитадель» вцепилась в Вирус. Древние механизмы, созданные для войны с богами, начали высасывать из него саму суть существования. Код, мана, личность Андрея Бельского — всё это превращалось в чистую энергию.
Ядро в центре зала вспыхнуло.
Черные кольца раскрутились до свиста.
Столб света ударил вверх, пробивая толщу земли, фундамент Кремля и уходя в небо.
— [Энергия: 120 %. Щит активирован.]
Я увидел это в вирте.
Над Землей развернулась сетка. Золотая паутина, накрывшая атмосферу. Она была тонкой, но непроницаемой для варп-прыжков и тяжелой магии.
Но цена…
Моя правая рука начала чернеть. Искусственная кожа плавилась, обнажая металл. Кольцо раскалилось добела.
Я кричал, но не мог убрать руку. Я был замыкающим звеном цепи.
— Макс! — крик Инги донесся сквозь пелену боли. — Отпускай! Контейнер пуст! Он сгорел!
Я рванул руку на себя.
Меня отбросило от терминала. Я покатился по полу, дымясь.
Ядро стабилизировалось. Его свет стал ровным, голубым.
Зал наполнился гулом работающей машины.
Я лежал на спине, глядя на вращающиеся кольца.
Рука… рука была цела, но теперь она выглядела иначе. Металл стал похож на черный кристалл. Кольцо полностью растворилось в ней, став частью структуры.
— Получилось? — спросил Император. Он стоял над душой, сохраняя невозмутимость, хотя я видел капли пота на его лбу.
— Щит поднят, — прохрипел я. — Никто не сможет прыгнуть на орбиту. Им придется лететь на досветовой скорости от границы системы. Это даст нам время.
— Сколько? — спросил Доминик.
— Не знаю. Месяц? Год?
В этот момент завыла сирена.
Не в зале. Глобальная сирена гражданской обороны. Её звук пробивался даже сюда, под землю.
Катя Волонская упала на колени, схватившись за голову.
Из её носа хлынула кровь.
— Они здесь! — закричала она. — Они не прыгнули! Они уже были здесь!
Я с трудом поднялся и подошел к терминалу.
Карта орбиты.
Щит работал. Он закрыл Землю.
Но красные точки появились
На темной стороне Луны.
Тысячи точек.
— Они прятались, — понял я, чувствуя, как внутри все обрывается. — Сигнал с Урала был не вызовом. Он был командой «Атака». Флот Жнецов дрейфовал в тени Луны, в режиме маскировки. Они ждали, пока мы ослабим друг друга гражданской войной.