Виктор Корд – Протокол «Изнанка» (страница 64)
Я нырнул в него.
ХОЛОД.
Тело клона было холодным.
Я попытался вздохнуть. Легкие не работали. Они были заполнены жидкостью.
«Дыши!» — приказал я себе.
Мое сознание ударило по нервным центрам нового тела.
Сердце. Запуск.
ТУК.
Кровь пошла по венам.
Легкие. Спазм.
Я выплюнул жидкость и сделал вдох.
Первый вдох в новой жизни.
Я открыл глаза.
Мир был ярким. Цвета насыщенные. Звуки четкие.
Мое зрение… оно изменилось. Я видел не только свет. Я видел ману. Прямо в воздухе.
— Получилось… — прошептал я. Голос был чужим. Звонким, молодым.
Я сел в саркофаге.
Посмотрел на свои руки.
Гладкая кожа. Никаких шрамов. Никакого Ожога Империи.
Я был чист.
И я был полон силы.
Резерв маны: 500/500.
Это тело было не просто клоном. Это был маго-активный конструкт.
— Ты светишься, Док, — сказал Борис, отступая на шаг. — Как лампочка.
— Я чувствую себя… богом.
Внезапно стены Храма дрогнули.
Сирена взвыла.
— Нарушение периметра! — крикнула Вера. — Они здесь!
— Кто?
— «Совет Тринадцати». Они отследили всплеск энергии. И они прислали своих «Чистильщиков». Только это не люди.
Двери зала разлетелись в щепки.
Внутрь ворвались Големы.
Золотые. Механические. С рунными клинками.
Личная гвардия Аристократии.
— Сдавайтесь! — прогрохотал головной голем. — Именем Совета! Вы нарушили запрет на некромантию!
Я встал из саркофага.
Голый, мокрый, светящийся.
Я поднял руку.
Теперь мне не нужны были ни тесак, ни пистолет.
Моя мана бурлила, требуя выхода.
— Я не нарушил запрет, — сказал я, и мой голос эхом отразился от сводов. — Я его переписал.
Я сжал кулак.
[Мана: 500 — 450. Заклинание: «Гравитационный Пресс».]
Воздух в зале сгустился.
Големы замерли. Их золотая броня начала сминаться, словно под прессом.
Металл визжал.
— На колени, — скомандовал я.
И они упали.
Раздавленные моей волей.
Я посмотрел на свою новую команду. На Волкова, Веру, Бориса, Вольта.
Они смотрели на меня с благоговением.
— Мы уходим, — сказал я. — У нас много дел. И теперь у меня есть силы, чтобы их закончить.
Глава 16
КОРОНАЦИЯ
Новое тело ощущалось как дорогой костюм, сшитый на заказ, но из ткани, к которой я еще не привык.
Я стоял перед зеркалом в ванной комнате пентхауса.
Из отражения на меня смотрел незнакомец.
Высокий, широкоплечий, с идеально гладкой кожей. Ни шрамов, ни морщин, ни следов бессонных ночей. Лицо было симметричным, холодным, аристократичным.
Это был Орлов. В молодости.
Но глаза были моими.
Левый глаз — серый, с вертикальным зрачком (метка Бездны). Правый — карий, человеческий. И в глубине обоих горел белый огонь маны.
Я поднял руку.
[Мана: 500/500.]
Резерв был полным. И он не убывал.
Я щелкнул пальцами.