Виктор Копылов – Окрик памяти. Книга первая (страница 77)
Хотелось бы выразить благодарность Тюменскому облархиву и его Тобольскому филиалу за оказанную помощь в поисках материала о К.П. Чакине. Я признателен старейшему жителю Тюмени Садырину Михаилу Александровичу, который, несмотря на преклонный возраст, помог мне найти чакинские дома. Как рассказывал М.А. Садырин, в 1916 году он закончил Александровское реальное училище вместе с сыном К.П. Чакина. Часто бывал у них в доме. В советское время сын, Павел Константинович, работал в Свердловске банковским служащим, отличался веселым и общительным характером. Был женат на дочери британского подданного Джонсона, дом которого напротив театра кукол сохранился до сих пор. Дети и внуки Павла Константиновича Чакина проживают в Екатеринбурге.
Многое в судьбе замечательного тюменского архитектора К.П. Чакина осталось для меня белым пятном, особенно за период с 1920 по 1941 год. Не все его сооружения выявлены. Так, привлеченный к строительству железной дороги Тюмень – Омск в 1911 – 1913 годах, К.П. Чакин ярко проявил себя в проектировании станционных построек. Кое-какие из них удалось разыскать. Есть основания полагать, что их значительно больше, в том числе на протяжении железной дороги по территории Омской области. Нет уверенности, что и в Тюмени все найдено.
УБИЛ КРАСОТУ «ОКЕАН»
В исторической части областного центра с каждым годом становится все меньше и меньше старинных зданий и сооружений, создававших неповторимый облик первого русского города в Сибири. Многие кварталы, находящиеся, к примеру, между улицами Ленина и Республики, Володарского и Герцена. еще каких-то 25 – 35 лет назад выглядели во многом иначе, сохраняя былую красоту. Теперь они производят впечатление одного из югославских городов после артиллерийско-минометного выяснения межнациональных отношений: пожарища, развалины, запустение, разруха, заброшенность и одичание.
О том, что навсегда утрачено и что составляет лишь малую часть потерянного, и пойдет речь ниже.
В конце двадцатых годов исчез старый Благовещенский собор. О соборе много, эмоционально и с горечью писали в местной печати. Не повторяя сказанного, хочу лишь напомнить читателям, что потеряли культура, город и мы вместе с вами. Можно много спорить о том, была ли возможность сохранить собор даже при желании властей: река Тура не пощадила многие дома и улицы города, а не только собор. Несомненно одно: заинтересованности не было, скорее, наоборот, царило злорадство, когда собор на краю обрыва отсчитывал свои последние дни.
А вот перекресток улиц Первомайской и Республики (илл. 160). Когда-то здесь стояли торговые ряды, часовенка, каменные ворота с аркой и Единоверческая церковь – уголок, бывший подлинным украшением города на протяжении многих десятилетий. И что же осталось? Да ничего! Все снесено ради многоэтажной коробки «Океана» да безобразного пустыря-ямы, поросшей бурьяном, лишь недавно засыпанной землей и покрытой асфальтом. Еще в шестидесятые годы здесь стоял уютный ресторан «Сибирь», взорванный в середине июля 1972 года. А теперь на его месте красуются многочисленные ларьки«комки».
Хочется сказать еще об одном здании. Это бывшее сиропитательное заведение на перекрестке улиц Республики и Орджоникидзе, ранее – один из корпусов медицинского института, а сейчас бесхозное. Когда-то в давние времена оно замыкало улицу. Посмотрите (илл. 171), каким был дом в начале века и сравните, какой он сейчас. Огромная разница. Когда-то часть здания занимала церковь. Вместо шести головок с крестами и двух куполов на крыше остались лишь безобразные тумбы, а второй купол вообще исчез. Неужто хотя бы это здание, чудом выжившее, мы не сохраним и не восстановим его первоначальный облик? Или, может, безропотно будем ждать времени, когда сооружение памятной доски с текстом: «Здесь была старая Тюмень...» на территории исторической части города станет единственным напоминанием о тюменской старине?
«ПОБЕДА» НА ПРИСТАНСКОЙ
Есть в Тюмени необычная улица. По счастливому стечению обстоятельств ее название, несмотря на вихрь переименований и беспамятства в первые послереволюционные годы, осталось неизменным до наших дней. Как и сто, и сто пятьдесят лет назад она именуется Пристанской. Это одна из самых коротких улиц города – чуть больше трех кварталов. Когда-то, упираясь в речные причалы, откуда она и получила свое название, Пристанская была самой оживленной улицей. Через нее шли транспортные перевозки, интенсивный поток речных и железнодорожных пассажиров.
Улица уникальна и в другом отношении. Во всех городах, стоящих у реки, отсчет номеров домов ведется, как правило от берега. У Пристанской все наоборот – от города к реке. Создается впечатление, что ее первоначальные устроители сделали все от них зависящее, чтобы впредь никому не пришло бы в голову удлинять или перепланировать улицу. И это им вполне удалось
История улицы весьма интересна. Достаточно упомянуть лишь один малоизвестный факт: с Пристанской началось мощение тюменских магистралей. До сих пор на крутом спуске неподалеку от здания станции Тура после летнего ливня можно видать вымытую водой из-под асфальта каменную брусчатку. Ей более ста лет. Она хранит следы уральской природы и тепло рабочих рук уральских рудокопов Богословского горного округа.
Улица начинается с интересного здания под номером один. Дом уже упоминался в разделе о Масловском взвозе, это двухэтажный деревянный особняк с мезонином М.С. Керженцева, до сих пор радующий взоры прохожих.
До недавнего времени напротив дома Керженцева стояло бесхозное, но когда-то популярное в городе деревянное здание бывшего клуба водников. Судьба этого замечательного для истории Тюмени сооружения печальна: пожар, пепелище и головешки.
Но было иное время, когда этот клуб тюменцы любили. Его выстроили в начале двадцатых годов на месте бывшего здания пересыльной арестантской команды, где содержались кандальники и колодники. Здесь же размещался и пересыльный пункт для регистрации и распределения многочисленных переселенцев, наводнивших Тюмень во второй половине XIX столетия. Можно предположить, что многие из знаменитых ссыльных, в том числе писатель В.Г. Короленко, останавливались в здании арестантской команды.
В начале сороковых годов, накануне войны, в клубе обитали ссыльные из Прибалтики и Молдовы (Бессарабии), а в годы войны дом был отдан под казармы.
С 1945 года здесь разместился кинотеатр. Он получил модное для тех лет название «Победа». Его охотно посещали тюменцы в летние жаркие дни, когда прохлада в просторном зале становилась наградой. Здание украшал роскошный мезонин с вместительным балконом, а на крыше красовалась изящная деревянная башенка со шпилем и с перилами вокруг наблюдательной площадки.
Перед входом в кинотеатр били струи фонтана, стояли уличные скамейки в тени деревьев, благоухали зеленые лужайки, радовали глаз цветочные клумбы. Фонтан был сооружен в тех классических формах, которые остались только в памяти, в отличие от современных так называемых «фонтанов», больше напоминающих недостроенные водокачки.
На снимке, сделанном в 1922 году, как раз запечатлено здание клуба водников (илл. 172).
СГОРЕЛ ДОМ КРАСИНА...
Это печальное событие случилось несколько лет назад в Тюмени на улице Семакова. Буднично, тихо, незаметно, не привлекая особого внимания (ни одна газета не обмолвилась!), точно сгорел не дом, не музей, а обыкновенная поленница дров. Впрочем, сначала, как у нас водится, дом стал бесхозным с заколоченными окнами. А бесхозные и заколоченные сооружения обладают стандартным свойством – они горят, вспомните хотя бы Тобольский драматический театр, или кинотеатр «Победа» в Тюмени. Двухэтажный деревянный дом принадлежал семье Красиных с восьмидесятых годов XIX столетия (илл. 173). Здесь прошли детские годы и начало юности Л.Б. Красина, отсюда он ходил на учебу в Александровское реальное училище, находящееся по соседству, отсюда уехал в Санкт-Петербург. Дом служил людям более века, выдержал несколько войн, революций, перестройку. И только наше «судьбоносное» время не пощадило ветерана.
К Л.Б. Красину (илл. 174) можно относиться по-разному. Официально он – представитель ленинской гвардии, один из активистов РСДРП, член ее ЦК. Нет, однако, никакого сомнения, что Леонид Борисович, уроженец г. Кургана, был выдающимся сибиряком, нашим земляком, украшением истории г. Тюмени.
Кроме всего прочего, он был незаурядным инженером, строил Средне-Сибирскую и Кругобайкальскую железные дороги, и, как уже говорилось, возглавлял сооружение знаменитой электростанции в Баку на Баиловском мысу и ввел ее в строй. Станцию Л.Б. Красин не только добротно построил, но и руководил ее деятельностью. Она продолжает работать до нашего времени – редкий случай долголетия! – и носит имя своего создателя. Нет сомнения, если бы не увлечение революционной деятельностью, Л.Б. Красин стал бы выдающимся деятелем русской техники и промышленности.
Память о знаменитом сибиряке мы, тюменцы, должны сохранить, невзирая на конъюнктурную переоценку значения многих исторических личностей. Для этого осталось немало возможностей у того же краеведческого музея. Не дай Бог потерять мемориальную доску на здании сельхозакадемии. Кстати, сохранилась ли после пожара аналогичная доска с дома Красина, выполненная, в отличие от безликих и однообразных мемориальных досок последних лет, в старом традиционном стиле с соблюдением элементарных художественных требований?