Виктор Климов – По ту сторону границы (страница 97)

- А, негр, - кивнул я и покачал головой. - Удивительно! Не думал, что в советских войсках служили негры. Хотя, если подумать, то почему бы и нет? Страна у нас была, да и есть, многонациональная. А потом в советское время у нас всегда было много студентов из Африки.

- Но говорил он по-русски практически без акцента.

Что тут скажешь: бывает. Однако, признаюсь, меня заинтриговала судьба негра в советской армии, да которого ещё и отправили к чёрту на кулички. Вот только спросить было не у кого. Я про себя тяжело вздохнул.

- Потом наши стороны заключили так называемый Договор, и по нему меня и других обменяли на ваших, - сообщил Сутер. - С тех пор мы старались наладить отношения. И, как я уже говорил стали активно торговать, хотя и догадывались, что со своей стороны вы держите контакты с нашим миром в строжайшей тайне, - он подался вперёд. - Я так понимаю, о тех контактах у вас до сих пор ничего не известно? Широкая общественность не в курсе существования иных миров?

Что тут можно сказать? Правду? Ну а что ещё? В конце концов, как это могло бы навредить мне или Земле? Поразмыслив, я не нашёл, за что бы Сутер мог зацепиться и использовать это против меня и моего собственного мира.

А вот я ухватился: просто так Сутер сказал про миры во множественном числе, или с неким намёком?

Я выдохнул, пытаясь сформулировать ответ.

- О вашем мире, о Сайхет-Дейтем, на Земле ничего не известно. По крайней мере, мне не попадалось ни одного упоминания на просторах интернета, в том числе в средствах массовой информации, я не слышал и не читал ничего такого. О том, что известно специальным службам не скажу, на то они и специальные, но путь, которым я сюда попал с нашей стороны показался мне заброшенным и точно никем не охранялся.

Кажется, Сутер обдумывал мои слова и пытался понять, говорю я искренне или утаиваю важную информацию. Он тоже отпил остывающий напиток из стакана, держа его в левой руке, а пальцами правой мерно постукивая по поверхности стола.

- Это может быть связано с тем, что ты сказал ранее, что твое государство столкнулось с серьёзными проблемами?

Я лишь в очередной раз пожал плечами.

- А что касается секретности, то это тоже вполне ожидаемо, - Сутер поставил стаканчик на поверхность стола. - Признаюсь, если бы мы оказались в вашей ситуации, мы также постарались бы всё засекретить. Скрыть существование иных, отличных от нашей, цивилизаций, тем более человеческих, было бы самым логичным решением.

- Почему? В чём резон? – осмелился я задать вопрос.

- Насколько мне известно, Айюнар по моей просьбе вкратце поведала тебе историю контактов наших народов? - Сутер сделал неопределённый жест рукой.

- Да, она рассказывала. Всё неоднозначно.

- Тогда ты должен помнить о том, что ваше появление вызвало нездоровый религиозный всплеск и неконтролируемое развитие событий, обусловленное действиями с обеих сторон. Что, что тебя удивляет?

А я действительно был поражён такой позицией сайхета.

- Обычно одна сторона перекладывает вину на другую, а вы говорите, что ошибки были допущены с обеих сторон, - пояснил я. - Особенно, если это замешано на религии. Я ожидал, что вы во всём обвинили бы нас.

- Ну, меня сложно обвинить в религиозном фанатизме, как и сайхетов в целом, поэтом считаю, что имею право так говорить, - рассудительно ответил Сутер. – А потом любая неизвестность – это опасность по определению. Мы о вас ничего не знали, вы о нас тоже. В итоге, отдельные стычки переросли в настоящую войну. Контролировать всё и вся невозможно - и если действия одних мы могли отслеживать и направлять, то действия других, тех же дайхеддов, нет. По крайней мере, не в той степени, как нам того бы хотелось.

Я слушал его. Внезапно он замолчал и посмотрел на меня.

- Что молчишь?

- А что тут можно сказать, - пожал я плечами. – Война. Причины её остаются для меня не совсем понятны, но сама ситуация - ничего нового. У нас постоянно идут войны. И для них постоянно находятся причины и оправдания. И столкновение разных народов, которые до этого о существовании друг друга не подозревали, - это классика жанра, если подумать.

Сутер понимающе кивнул, и произнёс:

- Как бы то ни было, я очень благодарен тем, кто не прикончил меня тогда, когда имел на то полное право и возможность. Твой отец предложил тогда, за день до того, как меня передали моим, и когда я ещё не знал, что заключён Договор, так сказать, поговорить... Признаюсь, разговор не получился, слишком свежи были ещё обиды. Правда, потом события и вовсе приняли довольно необычный поворот.

- Это как-то связано с вашей сестрой и Айюнар? - догадался я.

- Самым непосредственным образом, - пожилой офицер проколол меня взглядом, задумался, улыбнулся одними уголками губ, - но об этом потом. Если будет время.

Внезапно его лицо изменилось, потеряв выражение, полное доверия, замешанного на добродушии, которым он только что буквально бомбардировал меня, и навесил маску серьёзной озабоченности и подозрительности. А я-то лопух, развесил уши! Ещё бы! Встретил не абы какого сайхета, а родного дядю Айюнар! Родственник, отдай рубь! Два, родственник! Передо мной же кто-то вроде нашего эфэсбэшника.

- Скажи, что тебе известно об этих машинах? - при этих словах Сутер ан Сайет вынул из папки, всё это время лежавшей на углу стола, и разложил передо мной несколько цветных снимков.

При взгляде на фото я в очередной раз осознал, что передо мной не какие-то полудикие бедуины, косящие под цивилизацию, и для которых вся пустыня - один большой бесплатный туалет, а очень даже развитая цивилизация. Со своими особенностями и странностями, но цивилизация.

С другой стороны, откуда у меня вообще эти стереотипы? Они, как минимум не логичны, ведь я смог обозреть лишь малую часть этого мира. Да и странно было бы не использовать пустыню по тому назначению, о котором я упомянул, особенно, когда ты полжизни проводишь в караванах. Не таскать же за собой кабинки биотуалетов.

На фотоснимках, качеству которых позавидовал бы любой профессиональный фотограф, можно было увидеть машины. Летающие машины. В количестве двух штук. Фюзеляж, похожий на что-то среднее между вертолётом и самолётом, затонированные иллюминаторы, два неполноценных крыла, на концах которых были установлены двигатели с лопастями, которые в движении слились в два сплошных диска.

В голове сам собой всплыл термин, подхваченный когда-то не то в Сети, не то в кино.

- Конвертопланы, - уверенно сказал я. И действительно, эти машины не спутаешь ни с чем. И их название, однажды прочитанное в каком-то журнале, навсегда отложилось в моей памяти. – Очень похожи на Bell V-22 Osprey.

Произнося последние слова, я слегка осёкся, так как одно дело запомнить название вида техники, другое – помнить его серию и номер. Да, хорошая память мне помогала в институте сдавать экзамены, но зачастую, информация, после того, как была озвучена экзаменационной комиссии, довольно быстро улетучивалась из подкорки.

Поэтому, когда я выпалил наименование модификации конвертоплана, я реально напрягся. Не хватало мне ещё сюрпризов из глубин памяти, хотя, по-моему, надо уже принять всё, что происходит со мной, как должное и пытаться просто плыть по течению, стараясь огибать опасные водовороты и торчащие со дна острые камни.

- Конвертопланы?

- Да, мне знаком этот тип машин, - ещё раз подтвердил я. – Видел такие в кино. Читал о них, - попытался выкрутиться я. – Только это не наши летательные аппараты. В смысле, не русские. У вас таких нет?

- Нет, у сайхетов таких нет.

- А у других?

- Как думаешь, стал бы я тебя расспрашивать о них, если бы какое-либо государство в нашем мире располагало подобной техникой?

Я понимающе кивнул. Ну да, мой вопрос был несколько наивным. Я потянулся к фотографиям.

- Можно? - уточнил я.

- Да.

Я взял в руки сначала один снимок, потом другой. Внимательно вгляделся в очертания летательных машин и сказал:

- Это безусловно конвертоплан, по крайней мере, что касается внешнего вида, но не русский, как я уже сказал. В моей стране их не производят. Тут другая проблема... - задумался я, рассматривая изображения.

Сутер выжидал, давая возможность мне подумать.

- Боюсь, что это даже не американская машина, - наконец, выдал я после минутной заминки.

- Америка - государство, с которым ваш народ конфликтовал в вашем мире?

- Верно, - подтвердил я, - только конфликтовали не напрямую, и продолжаем в настоящее время. Но сейчас не об этом.

- Значит, это не их машина? Ты уверен? - Сутер заинтересовано поднял бровь.

Что тут можно сказать? Если мы сюда смогли попасть, то почему американцы не могут? Почему бы где-нибудь в Аппалачских горах или Невадской пустыне не быть подобному проходу? Сами собой в голове всплыли байки про так называемую "зону 51", распространение слухов вокруг которой вполне могло оказаться ничем иным, как операцией прикрытия, и пусть это звучит, как конспирологическая теория, мне терять уже нечего. Вот только нет, эти летательные машины хоть и походили на американские конвертопланы, таковыми не являлись.

Могли это быть какие-то новые модификации, которые мне раньше просто не попадались на глаза? Вполне возможно, в конце концов, далеко не каждый день интересуешься военной техникой, особенно американской, но поскольку пока никаких подтверждений этому нет, будем исходить из того, что конвертоплан может оказаться чьим угодно.