Виктор Климов – По ту сторону границы (страница 124)
- Но я примерно знаю, о чём она, видел как-то перевод, - произнёс Вадим, продолжая наигрывать.
- О любви? – догадалась Айюнар.
- Да, - кивнул Вадим, удачно сотворив красивый перебор, чего сам от себя не ожидал. – О любви к самой красивой девушке, которую когда-либо можно было встретить в двух мирах.
Айюнар не смогла скрыть лёгкий румянец, который проступил даже на её смуглой коже. Или это всё вино?
- У нас осталось мало музыкальных произведений эпохи вашего присутствия, - с сожалением произнесла она. – Всё-таки интересно было бы узнать, как бы всё могло повернуться, если бы не та война. Как думаешь?
- Думаю, что столкновение цивилизаций редко проходят без кровопролитий, - вздохнул Вадим. - Даже, когда одна из них приходит с миром.
Он хотел выдать ещё какую-то сентенцию о том, что история не имеет сослагательного наклонения, но в этот момент к Айюнар подошла одна из служанок и что-то шепнула ей на ухо.
- Пусть войдёт, - ответила она вслух без какой-либо ярко выраженной реакции.
Несколько секунд спустя на террасе появился Даут, вызвав у Вадима ожидаемое лёгкое раздражение. И принесло же его, подумал он. Испортил такой момент!
Айюнар вернула бокал на место и обратила свой взор на командира своих наёмников, которые не раз охраняли её караваны. При этом своей позы она не изменила. Вот только что-то неуловимое проскользнуло в её взгляде, и лицо её стало чуть более напряжённым.
- Приветствую, Даут, - добродушно произнесла она.
- Здравствуй, Айюнар, - Даут, облачённый в нимейский мундир, ответил коротким кивком.
- Решил вспомнить прошлое, когда служил в армии? – полюбопытствовала Айюнар, имея в виду внешний вид Даута.
- Хорошая форма, мне нравится, - не скрывая гордости, ответил Даут.
- Присаживайся, - Айюнар указала глазами на свободное кресло. – Наверное, ты хочешь рассказать о том, что нашёл нового нанимателя? Надеюсь, с тобой полностью рассчитались и ты не держишь на меня зла?
Даут с достоинством опустился в предложенное кресло и самостоятельно налил себе вина из зелёной пузатой бутылки. Взял в руки бокал, но пить не стал.
- Благодарю, Айюнар. Твой казначей рассчитался со мной и моими людьми сполна, жаловаться не на что, - он искоса посмотрел на Вадима, который уже подбирал другую мелодию, кажется, только что им сочинённую. – И нет, нового нанимателя я пока даже не искал. Решил пока повременить с очередным контрактом.
Вадим, от которого не ускользнул взгляд главы наёмников, не удержался от того, чтобы не съехидничать.
- Не буду утверждать, что буду скучать по нашим встречам, Даут, - сказал Вадим ровным тоном. – Хотя и признаю, что вместе мы пережили много острых моментов.
Нимеец обнажил зубы, растянув губы в невесёлой улыбке. Вадим щипнул струну, издавшую тонкий звук.
Повисла неопределённая тишина.
- Что-то ещё, Даут, - спросила Айюнар, и Вадиму показалось, что он ощутил некоторое сомнение, смешанное с тревожностью в её голосе. Но наигрывать на ситаре Вадим не перестал, тем более, что, в целом, айюнар вела себя как обычно.
Даут продолжал сидеть в кресле, и поза его выглядела уже не так расслабленно, как за минуту до этого.
- Даже не знаю, - произнёс он, ставя на место полный бокал. – Пожалуй, всё.
Он поднялся и сделал несколько шагов в сторону выхода, когда Айюнар окликнула его.
- Даут, а ведь это ты предложил мне пойти тогда той дорогой, мимо столпов, - спокойно произнесла она. – Были и другие пути, даже в обход Красных песков. Но… скажи, ты знал, что я обязательно соглашусь, так?
Даут замер и, не оборачиваясь, ответил:
- Что тут скажешь, госпожа, что есть, то есть.
При этом «госпожа» он произнёс с такой издёвкой, что заставил Вадима насторожиться, отчего тот даже перестал играть на ситаре. А паранойя, казалось бы, загнанная в подсознание, радостно рвалась наружу.
Даут повернулся к ним лицом, но в этот раз в его правой руке уже был пистолет. Вадим потянулся рукой к карману, но Айюнар остановила его:
- Не надо, Вадим, ты всё равно не успеешь.
- Она права, иномирец, - уверенно произнёс Даут. – Я успею застрелить вас обоих. И давайте-ка ваши пистолеты на стол.
Вадим расстегнул свою кобуру и вытащил пистолет, осторожно снял со спинки дивана пояс с оружием Айюнар и положил всё на стол перед нимейцем рядом с бокалами, кувшинами и блюдами с фруктами и сладостями.
Он с сожалением посмотрел на приборы, которые создавали силовое поле, защищая их от выстрелов снаружи. Ведь сейчас их могли бы увидеть стрелки Сутера и снять наёмника одним точным выстрелом.
Даут, перехвативший взгляд, Вадима, издевательски развёл руками, точнее, одной рукой, той, что была без оружия. Дуло пистолета во второй попеременно смотрело то на Вадима, то на Айюнар. В большей степени на Вадима.
В этот момент у выхода с террасы появились два гвардейца, и у Вадима отлегло от сердца. Сейчас они пристрелят нимейского предателя или арестуют его, чтобы потом сдать Сутеру.
Но Даут лишь кивнул гвардейцам, а те ответили ему тем же сдержанным жестом и перехватили поудобнее автоматы. За их спинами в комнате можно было увидеть лежащую на полу одну из служанок.
- В настоящее время наши дайхетские друзья берут под контроль казармы и склады, - сообщил он.
- Ваши? – Айюнар старалась выглядеть спокойной.
- Ну, - Даут, не прекращая держать Вадима на прицеле, вернулся в кресло, в котором сидел пару минут назад. – Нимей давно ведёт переговоры с дайхетами и надо признать, что совсем недавно мы достигли обнадёживающего результата.
«Что это сейчас происходит? – подумал Вадим. – Зачем это представление? Разве что…»
Даут мог нажать на крючок в любой момент, но не делал этого. Его взгляд одновременно выражал и презрение, и ненависть и ещё целый набор эмоций, среди которых не было и намёка на жалость, сострадание или хотя бы элементарное уважение.
Не каждому дано вершить тёмные дела с холодной расчетливостью профессионала. На самом деле это очень и очень трудно. Потому что ты хочешь не только видеть, как в жизнь претворяется твой план, но и знать, что твой враг знает, кто за этим стоит. А враг знать должен, ведь какой тогда смысл? Тогда не будет удовольствия. Именно поэтому убийца возвращается на место преступления - потому, что хочет испытать удовольствие от содеянного ещё раз. Почему маньяк собирает трофеи, оставшиеся от его жертв, и тайно любуется ими - ровно потому же. Чтобы насладиться моментом в полной мере.
А Даут хотел именно что насладиться. Вадим понял, что открыл этого человека с другой стороны. Не сказать, что ему и раньше нравился, но чтобы всё повернулось вот так?!
- Да, Айюнар, дайхеты помогут нам в достижении наших целей, с нескрываемым превосходством (ведь он владел ситуацией) произнёс Ашраб ан Даут.
Вадим скосил глаза на гвардейцев, у обоих на плече красовались шевроны дайхетов. Братушки, чтоб их!
- Дайхеты? – казалось, Айюнар не верит ни услышанному, ни своим глазам. - Да они же всё равно что мы! Ты лжёшь, Даут!
- Ну, вот видишь, ты сама сказала, что они всё равно, что вы! А они не хотят быть вами! Им надоело постоянно быть вторым номером, - он сделал паузу и с нескрываемым презрением в голосе добавил. – И уж тем более, они не хотят быть ровней тебе, полукровке. Случайному гибриду! Или этому иномирцу. Ты даже не представляешь, как реагировали вожди пустынных племён, когда узнавали о твоей истинной богопротивной природе.
Дуло пистолета в руке нимейца посмотрело в сторону Айюнар и снова нацелилось на Вадима.
Лицо Айюнар стало каменным.
- Ты думала, я этого не знаю? Скажу больше, теперь это знаю не только я. И знаешь, моим друзьям-дайхетам это тоже не понравилось. Не для того их предки воевали с пришельцами, чтобы потом они служили убл*дку, каким бы влиянием не обладал её родной дядя, - продолжал Даут. – Сколько же он сил и средств потратил, чтобы сначала спасти свою сестру, а потом скрыть истинное происхождение своей племянницы.
Лицо Айюнар менялось на глазах, отображая одну эмоцию за другой.
- Всё-таки правильно поступило то племя, когда отдало красным пескам твою мать! – Даут всё-таки взял бокал с вином, который налил себе ранее, и как бы провозглашая тост, поднял его перед собой. – Глава клана, с которым договаривался твой отец, скончался от старости, а, может, его отправил к предкам его собственный сын, который Сутеру не был должен, кто знает. Агент, которого отрядил твой дядя следить за вами, погиб в стычке с дайхеддами. Так что некому было вас защитить. Да, Айюнар, они-то просто считали твою мать обесчещенной женщиной, которая родила неизвестно от кого.
На скулах Айюнар заиграли желваки, а глаза сузились.
- Представляешь, чтобы они сделали, если бы они узнали, от кого родила твоя мать такого… - он подбирал слова, - необычного ребёнка? Но тогда они посчитали, что ты ещё слишком мала и не в ответе за беспутное поведение своей матери. У них, видите ли, были свои принципы.
Вадим смотрел на происходящее и не знал что предпринять. Любое из его действий, которое он пытался просчитать в уме, обязательно заканчивалось тем, что его и Айюнар расстреливали на месте. Нимеец явно наслаждался происходящим, и при этом сделать что-то, что улучшило бы их положения, не представлялось возможным. Ладно, пусть говорит. Пусть говорит, как можно дольше. А мы пока подумаем.