Виктор Климов – По ту сторону границы (страница 118)

Проблема в том, что я пока не получил ответов на по-настоящему важные вопросы. Подобрать правильные слова я не смог.

Я сидел, рассматривая бокал тонкой работы (некий ящер из серебра обвивал стеклянный сосуд) и размышляя над услышанным, много становилось понятным. И в то же время мне становилось не по себе. Должно быть, именно так ощущают себя люди, больные шизофренией. Я – это я? Или нет? Или не совсем я?

- Что подвигло моего отца отправить меня сюда, он сообщил? – я выпил залпом остатки напитка.

- Увы, нет.

- Но странник в стане дайхеддов вообще сказал, что я не тот.

- Это тогда, когда вы шли караваном? – уточнил Сутер.

- Да

Старший полковник постучал пальцами по каменной столешнице. Камня здесь вообще было много, видимо этот мир, или, по крайней мере, эта его часть действительно страдала от нехватки древесины. Неудивительно, что земляне смогли довольно легко наладить торговлю лесом.

- Почему странник решил, что ты не тот? – повторил вопрос Сутер. - Вижу два варианта ответа. Первый - ты действительно оказался не тем, кого они ожидали увидеть.

- А второй?

- Второй – поработал твой отец, скрыв твою личность за другой, искусственно созданной. Поэтому странник и допустил ошибку при сканировании. А потом, когда они поняли, что ошиблись, спровоцировали дайхеддов на штурм крепости.

- По-моему они напали из-за ночного побоища. Чтобы просто нам отомстить.

- Одно другому не мешает, Вадим. Поверь, это даже хорошо, когда одно событие прикрывает другое. Ты лучше вспомни, кто тебя потащил на ту встречу с дайхеддами?

- Да вроде никто, - пожал я плечами, - сам собрался. Посчитал, что это мой долг.

- Думаешь? Ценного гостя, за которого отвечают жизнью, взяли на встречу, которая с высокой степенью вероятности должна была закончиться резнёй?

- Настолько ли ценного, - усомнился я.

- А ты сам подумай.

- Меня могли просто убить согласно Договору, и никто ничего бы не сказал. И тот, кто это сделал бы, был бы в своём праве.

- Да, могли убить, - согласился Сутер. - И вероятность такого исхода была далеко не нулевой. Особенно, если бы тебя нашла не моя племянница, а какое-нибудь местное племя кочевников. Но посмотри сам: спустя несколько десятилетий, в твоём мире появляется пришелец, из числа тех, с которыми ты воевал, верно, но и выгодно торговал. И вообще, он мог бы сообщить много новой и полезной информации. Ты бы отказался от возможности, чтобы наладить с ним контакт и изучить его?

- Пожалуй, что нет, - я кивнул, признавая правоту Сутера. – Но Айюнар собственно так и поступила, разве нет?

- Айюнар, как была взбалмошной девчонкой, так ей и осталась! – взмахнул рукой Сутер, впрочем, в голосе его не было особого разочарования, или злобы. – Вся в мать! Она тебя спасла не потому, что понимала твою ценность, по крайней мере, это она поняла не сразу. В первую очередь она руководствовалась своими эмоциями и любопытством! А то, что она потом в тебя влюбилась, это лишь подтверждает.

Кажется, на этих словах я покраснел. И что уж там, испытал гордость за себя, рост моей самооценки побил очередной рекорд. Если уж об этом знает Сутер, который либо догадался, либо Айюнар сама ему призналась в чувствах ко мне, то между нами всё намного серьёзнее, чем я даже мог себе представить. И да, мне это нравилось.

- Тогда не знаю, - ответил я. – Тогда я посчитал, что обязан отправиться вместе с ней на ту встречу с дайхеддами. Тем более, что всё завертелось из-за меня.

Сутер пристально посмотрел мне в глаза. Сказал:

- Да, это был твой выбор. Но тебя должны были остановить.

Глава 46

Мы просидели так ещё около двух часов, за которые к нам один раз приходил адъютант и приносил новые документы, которые Сутер мигом пролистал, нахмурился, но потом вернулся к теме нашей беседы, а, скорее, такого своеобразного допроса. Я был уверен, что каждое слово в этом кабинете писалось, а потом плёнки с записями и бумага с расшифровкой станет очередным томом в деле под грифом «секретно». В конце концов, если этот мир населяют люди, то почему здесь должно быть по-другому? Вообще не должно. Тайная канцелярия была, есть и будет. Называться может по-разному, но суть всегда останется прежней. И вообще, вы мне тут утопию не рисуйте, утопия на то и утопия, чтобы существовать только в головах тех, кто её придумывает. А если где-то вам покажут, тыкая пальцем, что, мол, вот же, вот настоящая утопия и рай на Земле, не верьте! С высокой степенью вероятности, что эта утопия будет иметь такое неприглядное закулисье, что впору её будет использовать приставку «анти».

- Что-то не так? – взял я на себя смелость спросить, когда адъютант покинул кабинет. Всё-таки я хоть и ценный экземпляр, но именно что экземпляр. Гость не гость… Враг не враг…Друг не друг. Интересная диковинка, ставший таким даже сам для себя.

- Ничего особенно, - отмахнулся Сутер. – Большей частью внутренние сводки. Рутина. Ну и ещё данные по тебе.

- По мне? – переспросил я.

- Нас ждут в столице, Вадим. Руководство моей службы хочет с тобой встретиться.

- А руководство государства не хочет? – саркастично заметил я.

Старший полковник бросил на меня мимолётный взгляд, никак не отреагировав на мою мелкую колкость.

- Там видно будет, - как ни в чём не бывало, ответил Сутер. – Может, и до встречи с другим руководством дойдёт.

Я вздохнул и поставил на стол давно опустевший бокал. В воздухе повис легкий аромат от напитка.

- Значит скоро в путь? – я мысленно представил себе тоннель, с уходящими в темноту рельсами, где-то там, за незримым барьером был мой родной мир. Там была Земля, моя страна, мои друзья и близкие, мой личный мир и даже мирок. И я вместо того, чтобы пытаться попасть обратно, отдаляюсь от пресловутой точки перехода всё дальше и дальше.

- Возвращаясь к нашей истории, когда странники тебя не узнали, - Сутер, словно не услышал мой вопрос, или сделал вид, что не услышал. Отложил папку в сторону, но от меня не ускользнул его взгляд, полный серьёзности, которым он наградил подшивку документов, казалось бы, рутинных, как он сам выразился, документов. Или не совсем рутинных? – И немного раньше… Ты утверждал, что видел незнакомца в городе землян.

- Да, по крайней мере, так мне показалось.

- Показалось, или видел? – уточнил Сутер.

- Видел, - подтвердил я один из вариантов. - Я уже рассказывал Айюнар и главе её охраны о том, что видел человека в пограничном городе, когда остался там на ночь. Они тогда ещё решили. Что это он мог меня отравить.

- Да, отравление… - задумчиво повторил Сутер. - А ты не думал, что странники ждали именно его? Могло так быть, как думаешь?

Я пожал плечами. Думал ли я? Да, думал. Правда, КПД от таких размышлений пока никакущий. Кто это мог быть: абориген из местных, или кто-то, кто прошёл тем же путём, что и я с Земли, а потом обратно? А ветер и песок просто затёрли следы его пребывания. Как по мне так варианты вполне равноценные. Другое дело, что сам факт, если бы он подтвердился, что кто-то смог вернуться на Землю, добавил бы белый камушек на моли личные весы надежды.

Что было важно и что отложилось у меня в голове, так это то, что незнакомец, который если мне и не привиделся в пограничном городе, смог вернуться на землю. Или залёг на дно в этом мире, благо при желании и знании мест укрыться от любопытных глаз здесь не составило бы труда. Но как бы то ни было, это давало хоть и призрачную, но всё-таки надежду на моё возвращение домой. Конечно, вместе с Айюнар.

Не знаю, насколько она будет готова там жить, сможет ли вписаться в наше общество – придётся выдать её за гражданку жарких южных стран, с которой я познакомился во время поездки, - может ли её принять моё окружение (хотя здесь мне их мнение было абсолютно безразлично), но это будет её выбор. И мой.

- Его не нашли, - произнёс я, припомнив малоприятные обстоятельства моего отравления. - Даже его следов.

- Я в курсе, - покивал Сутер. - Даже то, что тебе он мог привидеться. Пустыня быстро заметает следы. Ладно, Вадим, - он откинулся в кресле, но его взгляд всё равно скользнул по папке, принесённой адъютантом, - я вижу, что тебе пора отдохнуть. Продолжим наш разговор позже. Вдруг к тому времени наш пленник проявит хоть какую-нибудь активность.

Он вызвал адъютанта, которому и перепоручил меня.

- Мои люди доставят тебя обратно в апартаменты.

Я поднялся, коротко поклонился и вышел из кабинета.

***

А ведь мне в определённом смысле повезло с Сутером. Он не стал вести себя как какой-нибудь оторванный от реальности особист, которому мерещится государственная измена на каждом шагу, не стал с энтузиазмом параноика выбивать из меня информацию, даже ту, которой я не обладал, но под пытками с радостью и облегчением подтвердил бы любую даже самую дикую небылицу.

Похоже, что Сутер был довольно прагматичным человеком, который честно делал свою работу, и при этом избегал, по причине той же прагматичности, лишней жестокости. Ну и то, что он по-отцовски любил свою племянницу, несмотря на весь, так сказать, её бэкграунд, тоже много стоит. И теперь он в значительной степени покровительствует не только единственной племяннице, но и её жениху, то есть мне, прошу любить и жаловать.

Но ведь на его месте мог оказаться кто-то другой. Взять хотя бы Даута, который скрепя сердце решил меня не кончать на месте лишь потому, что подчинялся приказам своей нанимательницы и, допускаю, что знал, кому она приходится родственником.