Виктор Климов – Перевал (страница 4)

— А кто сказал, что будет легко, Алексей?

Полковник Егоров был вроде как одновременно и расслаблен, и в то же время предельно серьёзен. Забавное сочетание, свойственное, как правило, профессионалам своего дела.

— В общем, отправляемся сегодня, жду тебя в 10 вечера на КПП заставы. Вылетаем сегодня ночью, а потом… потом надо будет пешочком немного пройтись. Ну, так как? Принимаешь предложение?

Иногда ты просто понимаешь, что тебе позволили услышать слишком много, чтобы ты мог просто отказаться.

— Как будто у меня есть выбор, — пожал плечами Плетнёв.

— Догадливый, — снова улыбнулся полковник. — Инструкции получишь у своего командира. Всё, рассчитываю на тебя.

— Разрешите последний вопрос?

— Давай.

— Если что-то пойдёт не так, то от нас отрекутся? — уточнил Плетнёв.

— Зачем отрекаться от того, кого никогда не существовало? — задал риторический вопрос полковник Егоров.

Всё становилось одновременно и яснее и непонятней. По всему выходило, что некая сводная группа должна будет действовать не просто за пределами российской территории, а сразу на территории Афганистана, где, на секундочку, сейчас заправляют талибы, если не считать небольших территорий вокруг баз, подконтрольных американцам и правительственным войскам.

Алексей поднялся и озадаченный поступившим предложением направился к выходу из кабинета. Когда закрывал дверь, услышал:

— Витя, насчёт зверя, — это был Егоров. — Ты бы хоть на какую вылазку сходил, а то дело такое, сам понимаешь.

— Не учи учёного. Лучше за своим смотри, — без тени юмора ответил начальник заставы, прежде чем за Плетнёвым закрылась дверь.

***

На юге темнеет очень быстро, сумерки короткие. Летом в десять вечера уже полная темнота, не то, что севернее, где период сумерек довольно растянутый и солнце садится за горизонт словно бы нехотя.

Когда Алексей подошёл на КПП, там уже стояла машина, обычный армейский тентованный фургон, рядом с которым собрались несколько человек, и, судя по всему, ещё столько же находились в кузове. У кабины стоял полковник Егоров и что-то обсуждал с бойцом, с явно выраженными монголоидными чертами лица. Парень был либо из Сибири, либо откуда-то из Якутии.

Кроме тунгусов или эвенков Алексей сейчас не мог вспомнить названий других коренных народностей. Ну да, ещё, конечно же, якуты.

В руках полковника была бумажная карта, а азиат с серьёзным видом показывал что-то на ней, тыкая пальцем, и короткими фразами отвечая на вопросы офицера.

Заметив подошедшего Плетнёва, полковник тут же переключился на него.

— О, ты вовремя!

Как будто могло быть иначе.

— По вашему приказанию прибыл! — отрапортовал Плетнёв, отдав честь.

— Так, старший сержант, — произнёс полковник, — мы люди дисциплинированные, но лишний формализм не приветствуем. Так что вольно, и давай, просто «товарищ полковник» или «Денис Евгеньевич».

Неожиданно, но ладно, сойдёт.

— Мне внутрь? — спросил Плетнёв.

— Да, скоро отъезжаем, ещё пару человек ждём и в путь.

— Товарищ полковник, можно вопрос?

— Задавай.

— Мы на самолёте полетим через Каспий или на подлодке будем добираться до Туркмении?

Полковник как-то хитро улыбнулся и похлопал Алексея по плечу.

— Увидишь, всё схвачено, не переживай зря.

***

Вертолёт летел ночью и крайне низко, чтобы не попасть под действие местных радаров. Отношения с Туркменистаном, в принципе, сохранялись нормальные (учитывая всю странность тамошнего режима), но незаконное пересечение границы военными, пусть даже и дружественной страны, вряд ли может кого-то обрадовать. Был, конечно, риск зацепить какую-нибудь линию электропередач, или впечататься в высоту, но судя по тому, как машина огибала рельеф местности, пилоты за штурвалом были опытные и досконально изучили местность.

Потом сделали посадку, дозаправились и подобрали каких-то мутных по виду типов из местных, если судить специфичному разрезу глаз и скулам. В этом месте Алексей серьёзно напрягся, так как категорически не доверял представителям среднеазиатских государств бывшего Советского Союза. А эти так и подавно были, хр@н пойми кем, и больше походили на каких-то боевиков-моджахедов, разве что одеты они были не в шлёпанцы и тюрбаны, а во вполне себе сносного вида обмундирование, годное для долгих переходов по горам.

Но сейчас он вообще сидел, словно бы пришибленный, стараясь понять то, что произошло, когда фургон, в котором было десять человек бойцов, не считая водителя и полковника с тунгусом, которые находились в кабине, остановился посреди ночи в неизвестном месте и поступил приказ покинуть машину.

Тунгуса, оказалось, зовут Афанасий, и он отправился куда-то в темноту, сойдя в сторону от горной дороги, по которой они тряслись уже часа два, съехав с основной трассы.

С одной стороны протекала горная речка, от которой даже летом веяло прохладой и сыростью, а с другой стороны возвышались скалы. В их-то сторону и направился Афанасий, перед этим просидев минут пять по-турецки прямо посреди дороги.

Картина была мало, что сказать, странной, но никто из присутствующих даже и не думал смеяться.

Вскоре Афанасий появился из-за камней и махнул рукой остальным, приглашая проследовать за ним.

Вся группа, за исключением водителя, проследовала за Афанасием в темноту, группу бойцов замыкал Егоров.

Алексей не мог понять, какой смысл ползти по камням, здесь и сейчас, когда по идее надо было отправляться на аэродром, чтобы пересечь Каспий. Ну или быть погруженным на подводную лодку, о существовании которых на этом море Плетнёв мог только догадываться.

Но нет, сейчас они пробирались среди валунов, а под ногами осыпался щебень.

В какой-то момент, когда Алексей уже хотел было открыто задать вопрос «А что собственно происходит?», он понял, что под ногами у него далеко не крошащиеся камни, а упругий дёрн, а кисти рук щекочет высокая трава, достающая чуть ли не до пояса.

В нос ударили незнакомые ароматы ночного травостоя, а в воздух взмыл рой стрекочущих светлячков, устремившихся в небо.

Небо… Когда Алексей посмотрел наверх, он даже споткнулся и чуть не упал, попытавшись найти Полярную звезду. Звезду, которая была знакома ему с самого детства, и знать о существовании которой должен был любой мало-мальски адекватный турист, который любит ходить в походы с рюкзаком и палаткой.

Полярной звезды на небе не было. Совсем. Ровно также как не было и любого другого знакомого созвездия. Ни Большой Медведицы, ни Лебедя, ни Ориона…Ничего.

Но главное — исчезли горы! Позади не было ни ущелья, ни стремящихся в небо скал.

— Не зевай, солдат! — весело поддел его Егоров. — А то светлячка проглотишь — совсем мёртвый будешь!

Плетнёв захлопнул рот, который действительно оказался открытым от самого что ни на есть детского удивления.

— Давай, не теряй темпа! — подгонял полковник.

Быстрым шагом тонкая змейка людей продвигалась по бескрайнему морю саванны, над которой горели совершенно чужие звёзды.

Алексей ощутил, как его сердце начинает колотиться гораздо чаще обычного, и это никак не было связано с тем, что он тащил набитый рюкзак и полный боекомплект с оружием.

Он обернулся на ходу к полковнику, но тот только замотал головой:

— Потом. Всё потом, Лёха!

И они продолжали идти быстрым шагом среди перекатывающихся травяных волн, освещаемых лишь звёздами, да разбуженными светлячками.

Вскоре он заметил впереди растущие вместе три дерева, которые выделялись на фоне звёздного неба резкими силуэтами. Судя по всему, Афанасий вёл их именно к ним.

Чем ближе они подходили к деревьям, тем чаще им стали попадаться огромные каменные валуны, которых издали не было видно из-за высокой травы. Как оказалось, рядом с деревьями тоже имелись большие камни, в расщелину между которыми и нырнул Афанасий, а за ним и все остальные бойцы их группы.

Алексей действительно решил оставить вопросы на потом.

История повторилась, только уже наоборот: после сгустившейся темноты они внезапно оказались примерно в такой же местности, в какой оставили армейский грузовик.

— Добро пожаловать в Туркменистан! — полковник хлопнул по плечу ошарашенного Алексея.

В это время в долине их уже дожидался вертолёт с опознавательными знаками местных военно-воздушных сил с местными же пилотами, которые сделали вид, что ничего необычного не происходит, а просто дождались, пока все загрузятся на борт и запустили двигатели.

Так, допустим, что они сейчас действительно в Туркмении и вертолёт несёт их по направлению к Афганской границе. И что, Егоров хочет сказать, что у него тут всё схвачено? Туркмения, если что, ни разу не союзное государство и не надо быть пяти пядей во лбу, чтобы понять, что с ними сделают, если вдруг кому-то из непосвящённых чинов захочется посадить вертолёт и проверить его экипаж и пассажиров. Как там сказал полковник: зачем отрекаться от того, кого и не было?

Ну что, Алексей, ты сам на это подписался.

А посмотришь на остальных — спокойные как слоны на пастбище: кто спит, кто книгу читает, кто закорючки в блокноте рисует… Или не закорючки? Не важно.